Клуб гениальных психопатов. Странности и причуды великих и знаменитых - Марк Ильич Котлярский

интернете, посвященная любопытной коллекции Александра Киланянца, жителя Воронежа, который собирает все, что связано со спиртным. В том числе, какие горячительные напитки употребляли те или иные знаменитости – художники, писатели, актеры, политики. «Список Киланянца» составляет примерно 600 человек.

И для вступления немного статистики, почерпнутой из недр Всемирной паутины.

Итак, клиническими алкоголиками считаются:

• 36 % – знаменитых поэтов и писателей мира;

• 24 % – гениальных композиторов и музыкантов;

• 18 % – художников;

• 16 % – известных политиков и государственных деятелей;

• 12 % – изобретателей и знаменитых шахматистов.

Кстати, отвечая на вопрос анкеты «Ваше представление о счастье?», Фридрих Энгельс ответил коротко: «Шато-Марго 1848 года». (Разумеется, речь вовсе не о Французской революции).

Призрак бродит по Европе. Призрак алкоголизма

Карл Маркс называл внука исключительно Шнапсиком, а своим псам дал клички Виски и Тодди (шотландский напиток). По свидетельствам современников, в юности Маркс позволял себе образ жизни, не приветствовавшийся общественной моралью.

Для тех, кто не знает: Карл Маркс и Фридрих Энгельс – это такие философы, которые однажды посмотрели на капитализм, пожали плечами и коллективно сказали: «Нет уж, спасибо». Это два друга, которые встретились за кружкой пива, разговорились о том, как несправедливо устроен мир, и в итоге придумали теорию, изменившую ход всей мировой истории.

Маркс – борода, мозги и буря идей. Вечный критик всего, что связано с деньгами, трудом и эксплуатацией. Он писал «Капитал» так долго и с таким страданием, что в какой-то момент сам стал символом интеллектуальных мук революционера.

А Энгельс? Он был тем парнем, который снабжал всем: деньгами, фактами, реализмом – и временем на размышления. Пока Маркс философствовал, Энгельс управлял фабриками, изучал жизнь рабочих и подпитывал марксизм не только идеями, но и финансами. Без него Маркс бы, возможно, просто злился на мир где-нибудь в библиотеке.

Вместе они создали манифест, который начинался со слов «Призрак бродит по Европе…», и действительно заставили этот призрак очень бодро бродить по планете. Они предсказали падение капитализма, но не предсказали, что спустя годы их портреты будут висеть в учебных классах, а их цитаты – украшать диссертации о вещах, о которых они даже знать не могли…

Пожалуй, Энгельс считал бы горькой иронией, если бы ему на старости лет пришлось стать трезвенником. Но этого не случилось – день своего 70-летия встретил достойно: в шумной компании, которая выпила лафету без счета, а потом 16 бутылок шампанского. Продолжалась пирушка до четырех утра.

Пьяный композитор ударился виском о камень!

Моцарт – это тот самый гений, который писал оперы быстрее, чем вы пишете сообщения, родился музыкальным вундеркиндом, сочинял симфонии с детсадовского возраста и всю жизнь блистал, как рок-звезда XVIII века – только без гитары, но с париком. Жил недолго, зато шумно: любимец публики, враг скуки и постоянный источник зависти для менее талантливых коллег. Так вот, Моцарт в последние годы жизни допивался до такой степени, что все время падал – и дома, и на улице. Существует версия, что и умер он от того, что ударился виском о камень и заработал опухоль мозга.

Ловил алкогольные глюки

Композитор Глюк скончался от белой горячки; можно представить, какие «глюки» его мучали… Кристоф Виллибальд Глюк (1714–1787) – композитор, решивший, что в опере должно быть больше драмы, чувств и логики. Он сказал: «Снова я считал, что большая часть моей работы должна сводиться к поиску прекрасной простоты, и потому я избегал устраивать показную сложность в ущерб ясности. Я не придавал значения открытию новизны, если она не возникает естественно из ситуации и не связана с выражением» – и начал музыкальную реформу оперы. «Орфей и Эвридика» (Orfeo ed Euridice) – самая известная его опера, в которой он первым делом выкинул сложные вокальные фокусы и добавил душевной драмы. Легенда о любви, подземном мире и попытке все исправить, но – спойлер – не получилось.

Видел чертей в алкогольном бреду

Эрнст Амадей Гофман, гениальный сказочник, музыкант, художник и юрист, черпал из… спиртного (чем не каламбур?) очередные сюжеты для своих книг. Он садился за рабочий стол, пил и все время смотрел в темный угол кабинета. Как только там появлялись «чертики», писатель хватал отдельные листы бумаги и быстро фиксировал подробности о проделках нечистой силы. Так затем рождалась знаменитая гофмановская проза.

Винодел-энтузиаст делает кислое вино

Джузеппе Гарибальди, революционер, объединитель Италии, герой в красной рубашке и по совместительству – винодел-энтузиаст. Лично разводил лозу и варганил вино такой кислотности, что оно немедленно пробуждало патриотизм. И если кто-то не хвалил его авторскую кислятину – Гарибальди искренне расстраивался. Освобождал Сицилию – с легкостью, принимал критику вина – с болью.

Пьяная императрица разрезала платья

Елизавета Петровна – та самая императрица, которая правила Россией почти 20 лет, ничего не подписывала по утрам (потому что спала), отказалась казнить даже самых злобных заговорщиков (слишком кроваво, не ее стиль), принарядила страну в барокко, построила московский университет и крепко держалась за моду и веселье. Жила она весело: пила запоем, настолько, что к вечеру не могла дождаться, пока горничные развяжут платье – просто разрезала все к черту, вместе со шнурками. Гардероб у нее, кстати, легендарный – несколько тысяч платьев, и все. Управляла империей как хозяйка бала, где все в шелках, в пудре и слегка навеселе. (Как тут не вспомнить по случаю цитату из А. К. Толстого: «Веселая царица была Елизавет. Поет и веселится – порядка только нет…»)

Начинала день с водки

Екатерина I – императрица, ставшая вдовой Петра и по совместительству первой женщиной на русском троне. В последние годы правления у нее была особая утренняя церемония: появлялся князь Меншиков (главный приближенный, друг дома, а по факту – серый кардинал со стопкой) и задавал сакральный вопрос: «А чего бы нам выпить?» Начинали, конечно, с водки, продолжали – наливками, венгерским вином и прочими горячительными напитками. Тогда же датский посол подсчитал, что при совокупном доходе в 10 млн рублей Россия только на приобретение венгерского вина и данцигской водки тратит около 1 млн в год. Империя держалась – но слегка покачивалась.

Император напивался до поросячьего визга

Александр III – император, который пришел к власти после смерти отца (Александра II) и решил: никаких вам больше реформ и либеральщины, Россия – самодержавная, православная и очень устойчивая. Он был здоровенный, с роскошными усами и железной волей. Любил порядок, дисциплину и так, на всякий случай, держал армию в полной боевой готовности. При нем Россия не вступила ни в одну войну – миролюбивый великан на троне, по прозвищу Миротворец. Построил Транссиб – чтобы страна не расползалась по