Сатурналии - Феодосий Макробий

251

Symm., Rel. XII, 4 (p. 290). Претекстат был еще жив 9 сентября 384 г., но умер до 1 января 385 г. См. Cod. Iust. I, 54, 5 (I, 50, 5 – [1548, p. 72]: «Imperatores Valentinianus, Theodosius, Arcadius. Multarum severa compendia aerario nostro protinus esse quaerenda nullus ignoret, nisi ipse iudex id, quod ad poenam admissi facinoris exculpitur, vel publicis operibus vel cursui publico vel aliis necessariis causis specialiter deputaverit. [* valentin. theodos. et arcad. aaa. ad praetextatum pp. * <a 384 d. v id. sept, aquileiae ricomere et clearcho conss.>]». Cм. Barrow (1973), p. 72. С учетом Сатурналий Макробия (см. выше, с. XXV–XXVI), Претекстат умер после 19 декабря 384 г.

252

Hier., Ер. XXIII, 3: «…ad cuius interitum urbs universa commota est…».

253

Ad loc. (p. 288): «Et ille quidem functus est lege naturae, nos vero socios animi sui vestrique iudicii tanto dolore confudit, ut otii remedium postulemus…».

254

См. также: Symm., Rel. XII, 2 (p. 289).

255

Symm., Ер. II, 36 (p. 54). Возможно, это утверждение следует рассматривать или как то, что существовали два языческих течения, духовные взгляды которых различались (см. Bloch [1963], р. 217–218 [n. 6]), или же как то, что мнение самого Симмаха было экстремистским по отношению к таковому его соратников по партии (см. Brown [1961] р. 4).

256

Этот же титул носил и Макробий. См. Петрова (2007), с. 13–14.

257

Надпись была обнаружена в Риме. В настоящее время хранится в Капитолийском музее в Риме (Capitoline Museum in Rome). Первая публикация надписи датируется 1750 г.

258

Исследователи предлагали различный порядок частей надписи. Например, С – D – В, когда Претекстат начинает говорить первым, а Паулина ему отвечает, и тем самым поэма достигает своей кульминации (см. Boissier [1891], р. 264). О порядке С – В – D см. CSLE (Cholodniak), n. 55 ([1904], p. 20–22); о порядке В – С – D см. Lambrechts (1955), S. 11. Последний порядок является более логичным, поскольку такая последовательность представляет собой форму диалога между мужем и женой: Паулина задает вопрос, Претекстат отвечает.

259

См. Lambrechts (1955), S. 10–14.

260

Ad loc.: «…ut designatum Consulem, de suis saeculis detrahentem, esse… in tartaro». См. также выше, c. x – xi.

261

Ad loc.: «…divitem purpuratum, et non palmatum Consulem, sed atratum…».

262

Hier., Ер. XXIII, 2–3: «…quem ante paucos dies dignitatum omnium culmina praecedebant, qui, quasi de subjectis hostibus triumpharet, Capitolinas ascendit arces, quem plaušu quodam et tripudio populus Romanus excepit, ad cujus interitum urbs universa commota est, nunc desolatus, et nudus, non in lacteo coeli palatio, ut uxor mentitur infelix, sed in sordentibus tenebris continetur», пер. И.П. Стрельниковой (с изменениями).

263

Быть может, Иероним слышал траурную речь, произнесенную по случаю смерти Претекстата. Некоторые положения, озвученные в этой речи, затем могли быть включены в эпитафию. См. Lambrechts (1955), S. 9–10 (n. 5).

264

Погребальное восхваление (laudatio funebris) было древним литературным жанром и неотъемлемой частью аристократической погребальной традиции в Риме. Elogium (надгробная речь) аристократу состояла, как правило, из двух частей. Laudatio funebris произносилось членом семьи на рострах в день погребения, и его краткая версия записывалась на надгробной плите. Согласно Светонию, Август произнес такую речь по случаю смерти Друза, составив ее в прозе и стихах, выгравировав ее текст на камне. См. Suet., De vita Caes.: Cl. I, 5: «…и после его [Друза. –  Μ. П.] смерти [он] так восхвалял его перед народом, что даже молил богов, чтобы молодые Цезари [т. е. Гай и Луций. –  Μ. П.] были во всем ему подобны, и чтобы сам он мог умереть так же достойно, как умер Друз. И, не довольствуясь этой похвалою, гробницу его он украсил стихами своего сочинения, а о жизни его написал воспоминания в прозе» (пер. Μ.Л. Гаспарова).

265

Надпись именуется так, поскольку атрибутирована Квинту Лукрецию Веспилу (Q. Lucretius Vespillo), восхвалявшему свою жену Турию. Однако эта атрибуция не бесспорна (см. Durry (1950), р. lvii – lxii; Wistrand (1976); Lattimore (1942), p. 278 (n. 96); Lambrechts (1955), S. 53.

266

Laudatio Turiae произнес овдовевший муж над гробом жены (между 8 и 2 гг. до н. э.). В надписи кратко изложена биография умершей (описан ее род, говорится о ее добродетелях и заслугах) – это идеализированный образ римской женщины-аристократки, жизнь которой протекала в соответствии с общепринятыми установлениями, касающимися семьи и нравственности. Из надписи следует, что родной отец умершей женщины и мачеха погибли насильственной смертью. В заслугу умершей ставится то, что смерть родителей она не оставила неотомщенной («…non remansit inulta mors parentum»). Далее речь идет о том, что осиротевшая девушка вступила в наследство, завещание ее родителей чуть было не объявили недействительным. В браке она состояла 41 год и была во всех отношениях примерной женой. Супружескую чету постигло горе: ребенок, которого они долго ожидали, умер вскоре после рождения. Других детей не было, и жена даже предлагала мужу разойтись с ней и вступить в другой брак, чтобы иметь потомство. Это дало повод супругу упрекнуть ее за это в прощальном слове. Конец речи посвящен выражению скорби овдовевшего мужа; она завершается его пожеланием, чтобы божественные маны упокоили ее с миром («Те di manes tui ut quietam patiantur atque ita tueantur opto»). См. Машкин (1949), c. 427–428; Kierdorf (1980), S. 59; Lambrechts (1955), S. 12–14.

267

Cм. Durry (1950), p. xxx – xxxi, ixxix. Например, Авсоний составил серию восхвалений своих почивших родственников и коллег (см. О родных; О преподавателях Бурдигалы). Из текста Лукиана (De luctu) следует, что погребальные речи посвящались и мужчинам, и женщинам (см. также: Lambrechts [1955], S. 9–10 [n. 5]). Согласно обычаю, отец и мать, изливая печаль по поводу смерти своего ребенка, должны были выражать горе громко и ясно (Luc., De luctu 13). Лукиан также упоминает людей, произносивших речи у надгробных памятников (Ib. 23).

268

Ср. Mart. Cap., De nupt. I, 97: «…uti postridie omnis