Майя Плисецкая. Пять дней с легендой. Документальная история - Вадим Эмильевич Верник

быть терпелив только русский человек, о котором пишет Николай Лесков. Я даже один пример приведу. Так неожиданно все это у нас с вами поворачивается, весь разговор. Щедрин – заядлый рыбак, просто такой профессиональный. Без рыбы, без трепещущей рыбы он не приезжал. На рыбную ловлю ездил с компанией друзей, каждую субботу или воскресенье, я сейчас не помню. В четыре часа утра они уезжали в какое-то место, куда надо было часа три или даже четыре ехать. И там ловили рыбу. Для этого, чтобы меня не беспокоить, Катя себе ставила на три часа утра будильник. На цыпочках шла в нашу комнату, и вот так за одеяло, за ногу его дергала, и он сползал и тихо уходил. И я, хотя очень чутко спала всю жизнь, этого не слышала. Настолько все было по воздуху… Вот так обычно продолжалось весь февраль. Потом наступил март, апрель, май, уже всякая зимняя рыбалка закончилась, и вдруг Катя однажды днем говорит (она звала Щедрина «хозява»): «Хозява, а ты бы мне отключил будильник, а то он меня каждый день в три часа утра будит». Это через несколько месяцев! Понимаете, вот вам пример терпения.

– Сейчас вы живете в Мюнхене, с вами нет Кати. Приходится что-то самой готовить?

– В Мюнхене мы все делаем сами. Родион Константинович ходит в магазин, он все приносит, я что-то такое приготовлю, примитивное.

Майя Плисецкая, Белла Ахмадулина и Родион Щедрин.

Фото из архива Бориса Мессерера.

Не жарю, не парю. Если картошка, то мы ее отвариваем, это несложно, даже если сосиски Родион принес, это несложное приготовление. А потом он сам моет посуду, потому что не хочет, чтоб я портила руки.

– Идиллия продолжается.

– Люблю пройтись с Щедриным вечером по Мюнхену. Недалеко от нас чудная крошечная пивная, там такое пиво, которого нет больше нигде. И вот это мы любим тоже. Пройтись, попить пива. И очень милые там ресторанчики, – в нашем районе есть все, никуда не надо далеко ходить. Там есть аптека в двух шагах от нас, банк, оптика, – все, что нужно.

– Как же вы пьете пиво? От пива полнеют.

– Вы знаете, полнеют, но если пить вот такими огромными фужерами каждый день. Все-таки я не каждый день пью.

Родион Щедрин. 1966 год. Фото Василия Малышева.

Картину семейного быта дополняет Родион Щедрин:

«Капризной Майя Михайловна никогда не была. И сегодня не капризная. У нее на это нет времени, чтобы изображать птицу. Она погружена в искусство, в балет, а когда люди заняты, им не до того, чтобы в жизни играть какую-то роль. И никаких особых таинств в нашей обыденной жизни не происходит. Мы на кухне пьем чай, Майя необыкновенно хорошо заваривает чай. На кухне никаких специальных разговоров не ведем – не говорим о Шопенгауэре, о выставках. Она дома занимается и хозяйственными делами, когда нам некому помочь, постирает и рубашку, и свитер, и пришить что-то может запросто, не придавая этому ровно никакого значения. Умеет быстро и с аппетитом что-то приготовить, и сама получает от этого удовольствие. Замечательно у нее получается грибной суп из тех белых грибов, что мы вместе собираем. Она большая грибница, любит походить в лесу, поискать грибы, потом мыть, чистить, жарить. Предвкушает, как она сейчас будет готовить – обязательно с перловой крупой. Если нет перловой крупы, она не поленится сходить в магазин или у соседей попросит. Умеет она справиться и с рыбой, которую я ловлю. Единственное, что доверяет мне, это чистка рыбы.

Здесь у меня опыт большой. Видите, и в жизни она совершенно нормальный человек, никаких отклонений в роли жены у нее за все прожитые годы не было и, слава богу, нет».

Майя Плисецкая.

1964 год. Фото Александра Конькова и Владимира Савостьянова.

Родион Щедрин.

1966 год. Фото Василия Малышева.

Так случилось, что разговор с Родионом Константиновичем в наш фильм не вошел. Мы должны были встретиться с ним в Миккели, но он приехал позже, когда съемки уже закончились. Я договорился с кем-то из администрации «Имперского балета», чтобы интервью сняли на любительскую камеру, и оставил для Щедрина свои вопросы. На такой вариант общения Родион Константинович согласился. В Москве мне передали запись. Увы, качество съемки оказалось слишком любительским. Но, к счастью, у меня сохранилась расшифровка интервью, даже с тайм-кодом.

– Вы говорили, что Щедрин не шаблонно за вами ухаживал, – например, не дарил цветы.

– Сейчас дарит. Просто, опять же, буквально под нашими окнами – цветочный магазин, и у нас всегда дома цветы, всегда. Бывает, я где-то в поездке, а он мне по телефону говорит: «Пора приезжать, потому что я уже посадил цветы на балконе».

– Ваш брак когда-нибудь был под угрозой?

– Брак под угрозой? Нет, нет. Никогда. Я не думала, что могу когда-то с ним расстаться. Даже мыслей таких не было. Я знала, что никогда с ним не расстанусь.

Родион Щедрин и Майя Плисецкая. 1962 год. Фото Василия Малышева.

Майя Плисецкая на берегу Москва-реки.

1956 год. Фото Евгения Умнова.

Из разговора с Родионом Щедриным:

«Мы не ссоримся, мы живем дружно. За все годы нашей совместной жизни мы еще не успели надоесть друг другу. Видел ли я плачущую Плисецкую? Вы знаете, она не плакса. Она со стержнем. Иначе бы сломалась. Конечно, у нее бывает и комок в горле, но это эмоциональные встряски».

– А у вас есть какой-то рецепт идеальной семейной жизни?

– Наверное, нет. Мне даже могут сказать: «Так хорошо, как вы описываете, в реальности не бывает».

– И я могу сказать.

– Поэтому какой уж тут рецепт? Этого ведь тоже могло и не быть, мы же могли и не встретиться.

– Судьба.

– Судьба, конечно. Выяснилось, что на свете есть такой человек, может быть, второго и нет. Я так думаю, что нет. И потому тут какой же может быть рецепт? Человек относился и относится ко мне лучше, чем мать…

Родион Щедрин и Майя Плисецкая.

1987 год. Фото Бориса Бабанова.

К рекомендациям у Майи Плисецкой вообще стойкий иммунитет:

– Я никогда не даю советы, потому что за совет могут и проклясть.

Родион Щедрин, Майя Плисецкая, дирижер