Цена разрушения - Адам Туз

работали не только на строительстве завода IG Farben в Моновице, но и на сооружении предприятий тяжёлой промышленности по всей Силезии. Примеру Аушвица последовал Ораниенбург, в сентябре 1942 г. командировавший 800 заключённых на завод Хейнкеля, и Равенсбрюк, поставлявший работниц для Siemens. Вскоре и Маутхаузен наладил сотрудничество со Steyr Daimler Puch. Заксенхаузен обслуживал завод Daimler-Benz в Генсхагене. Дахау поддерживал деловые отношения с BMW. В число других важных партнёров СС входили Reichswerke Hermann Göring, завод VW в Фаллерслебене, Akkumulatorenfabrik AG в Ганновере и Rax — филиал Henschel в Вене[1681]. Вплоть до конца 1943 г. главным эксплуататором труда заключённых в промышленности, несомненно, оставались авиазаводы, причём тон задавали Heinkel, Messerschmitt и BMW[1682]. Но на поздних этапах войны не найдётся ни одного нового крупного военного завода, который не был бы рассчитан на использование лагерного труда. 23 февраля 1944 г. Альберт Шпеер направил «дорогому соратнику по партии Гиммлеру» личное послание с просьбой о принятии всех мер к тому, чтобы оружейные предприятия получали из лагерей рабочую силу[1683]. И Гиммлер не стал ему отказывать. Согласно оценкам, к концу 1944 г. лагеря Гиммлера давали германской военной экономике не менее 500 тыс. рабочих, или примерно 5% всей промышленной рабочей силы; ещё 140 тыс. под контролем СС трудились на строительстве гигантских подземных заводов, 130 тыс. работали на организацию Тодта, ответственную за строительство на оккупированных территориях, и 230 тыс. было передано в распоряжение частных предприятий[1684].

Во всех концентрационных лагерях производительный труд сочетался с жестоким обращением, переутомлением и недоеданием, являвшимися причиной высокой смертности. Это происходило на глазах у немецких управляющих и рабочих, не говоря уже о гражданском населении в целом, которое нередко проживало по соседству с филиалами лагерей, такими как лагерь BMW в Аллахе. По большому счёту уничтожать заключённых непосильным трудом было лишь чуть менее иррационально, чем убивать их сразу. Однако здесь важно проводить различие между логикой, работавшей на макро- и на микроуровнях, и учитывать фактор времени. В то время как заточение все большего и большего числа потенциальных работников в смертоносных концлагерях явно носило иррациональный характер с точки зрения военной экономики в целом, с точки зрения отдельного нанимателя концентрационные лагеря нередко были настоящей находкой. Гиммлеру даже в 1944 г. удавалось поставлять новых работников. Хотя эти люди быстро «изнашивались», преимущество СС состояло именно в том, что они были в состоянии, по видимости, бесконечно обеспечивать своих клиентов из промышленности новыми рабами. В этом отношении решающую роль тоже играл отбор[1685]. Пока контролёры СС регулярно проводили инспекции, отбраковывая тех работников, чья производительность падала ниже приемлемого уровня, и заменяя их свежими заключёнными, нанимателю было не на что жаловаться. Этот процесс непрерывного отбора и замены представлял собой сущность системы лагерного труда. Лагерная рабочая сила являлась не резервом, а потоком. СС предоставляли в распоряжение фирм не конкретных индивидуумов, а конкретные единицы рабочей силы. Именно СС, а не наниматель, отвечали за то, чтобы этот поток не прекращался. Однако в некоторых случаях наниматели явно были заинтересованы в том, чтобы добиться по крайней мере некоторой степени постоянства своей подневольной рабочей силы. Фирма IG Farben, использовавшая труд заключённых из Аушвица, вела переговоры с СС о том, чтобы премировать их увеличенными пайками[1686]. С другой стороны, в тех случаях, когда требовалось наказание, руководство IG явно отдавало предпочтение тому, чтобы заключённых избивали за колючей проволокой в концлагере[1687]. Оно не оспаривало права СС на любой произвол по отношению к заключённым, но выражало недовольство по поводу «исключительно неприятных сцен, происходящих на строительной площадке», сетуя на то, что порка «начинает оказывать деморализующее влияние на вольнонаёмных рабочих [поляков], а также на немцев». В самих лагерях происходил параллельный процесс адаптации к приоритетам, диктуемым военной экономикой. Сущность лагерной жизни ещё с 1933 г. сводилась к режиму наказаний и недоедания, призванных сломить волю заключённых и в большинстве случаев приводивших к медленной и мучительной смерти. К 1942 г. смертность в лагерях достигла таких масштабов, что экономическое управление СС не имело возможности дать экономике столько рабов, сколько требовал Гиммлер. Для того чтобы концлагеря действительно могли стать важным резервуаром рабочей силы, темпы истощения заключённых явно следовало снизить. С этой целью экономическая администрация СС предприняла ряд практических мер[1688]. Медицинскому персоналу лагерей было приказано серьёзно относиться к своей ответственности за поддержание работоспособности заключённых. Но самое важное то, что начиная с зимы 1942–1943 гг. экономическое управление СС приказало повысить нормы питания заключённых. По примеру IG жестокие наказания всё чаще сочетались с бонусами в виде увеличенных пайков или сигарет, призванными стимулировать повышение производительности. В результате смертность в 1943 г. существенно снизилась во всей системе.

Кто именно в большей степени выиграл от использования лагерного труда, представлявшего собой самый варварский аспект немецкой программы по привлечению иностранной рабочей силы, — вопрос достаточно спорный[1689]. Понятно, что в промышленном производстве соотношение между стоимостью труда заключённых, выраженной в «отчислениях», достававшихся СС, и производительностью среднего заключённого было очень выгодным для нанимателя. Но в строительстве, где в основном и применялся труд заключённых, это соотношение было менее благоприятным. Здесь всё зависело от того, как быстро рабочая сила пополнялась новыми заключёнными. В профессиях, не требовавших квалификации действовала извращённая логика: наниматели фактически были заинтересованы в повышении темпов «отбора». Был ли труд заключённых более или менее выгодным, чем труд немецких наёмных работников, зависело от конкретного соотношения между относительной производительностью труда заключённых, деньгами, выплачивавшимися за них СС, дополнительными накладными расходами, связанными с использованием заключённых, и ценами за выполнение заказов, установленными управлениями вооружений.

Таблица 16. Экономика рабского труда Оплата труда, рейхсмарки Производительность труда заключённых как доля от нормальной немецкой производительности*, % Был ли труд заключённых выгоднее наёмного труда?* Плата за труд заключённых Обычнаяставка Оправдывающая содержание Реальная МЕТАЛЛООБРАБАТЫВАЮЩАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ Квалифицированные рабочие 0,545 1,21 45 40-60 Да Полуквалифицированные рабочие 0,364 1,011 36 40-60 Да