Жизнь и война генерала Василия Рязанова. Книга 2 - Василий Васильевич Рязанов

Восьмерки и девятки «Ильюшиных» вытягивались в пеленг. Перестраиваясь в замкнутый круг, они с пикирования обрушивали тонны гремящего металла, обжигая землю пушечнопулеметным огнем. И немецкая земля горела под крыльями грозных бронированных машин. Авиация противника ответила на яростный натиск летчиков Рязанова яростно возрастающим сопротивлением. «ФоккеВульфы» и «Мессеры», летавшие с утра двойками и четверками, являлись уже группами по восемь – двенадцать – шестнадцать машин. Они метались по небу, стремясь отвести удары штурмовиков от своих войск, разрознить группы «Ильюшиных» и бить их поодиночке. Но летчики и стрелкирадисты отсекали их заградительным огнем, а истребители прикрытия навязывали им воздушные бои. Кружась в многоярусной карусели, «Яковлевы» парализовывали действия немецких истребителей.

Шесть «ФоккеВульфов» горящими факелами рухнули на землю к шестнадцати часам. «Ильюшин» Куличева с разбитой приборной доской и трясущимся мотором пронесся над радиостанцией курсом на восток. Вспыхнул в воздухе самолет Алексеева, и летчик на моих глазах опустился на объятой пламенем машине в пятистах метрах от деревни. Командир штурмового соединения продолжал наращивать удар, выбрасывая в воздух новые группы бронированных машин с горбатым профилем. Враг дрогнул, будучи не в силах устоять перед комбинированными ударами с земли и воздуха.

Отход немецких войск наметился со всей очевидностью. Авиационный генерал поспешно диктовал в эфир кодированный приказ начальнику штаба усилить напряжение до предела и бить отходящего врага на перекрестках, дорогах широкого плацдарма за Одером. Бить так, как били под Львовом, в Бродах, Сандомире, Ченстохове, Розенберге, под Глейвицем, Гинденбургом, Лигницем и многими другими городами Германии.

Сегодня – бить до темноты. Ночью готовиться к предстоящему перелету на новые аэродромы на запад, согласно намеченному плану… ГЕРМАНИЯ.

Считанные минуты время работы штурмовиков над целью. Но эффективность этих минут часто превышала часы и сутки работы пехоты и танков. Основная причина такой высокой эффективности – творческое отношение летчиков, работников тыла, всех служащих корпуса к своему делу, постоянная упорная вдохновенная работа духа, чему их учил Рязанов, демонстрируя своим примером горение высоким накалом.

Ветеран войны Зинаида Александровна Шипанова вспоминала о своем земляке, Георгии Иустиновиче Мушникове: «…это было уже в Германии, – Мушников услышал от товарищей: «Тебя со звездочкой!». Он подумал, что разыгрывают. Но на КП увидел красное полотнище с надписью белой краской: «Поздравляем с присвоением звания Героя Советского Союза Фаткуллина, Мушникова, Полукарова». Золотые звезды им вручал прямо на летном поле командир Гвардейского штурмового корпуса генерал-лейтенант авиации В.Г. Рязанов. Тот самый Рязанов, который приводил в восхищение летчиков своим мастерством. Тот самый советский ас, который мог лететь на изрешеченном пулями самолете и уверял: «Дай мне метлу, приделай к ней сектор газа – и я полечу»». Это, видимо, легенды. Несравненно большим достоинством, чем летать на метле или на изрешеченном самолете, было умение грамотно, оперативно, верно и свободно мыслить, и отдавать команды, помогающие не одному изрешеченному, а сотням самолетов.

Летчик–штурмовик Григорий Максимович Рябушко вспоминал, что немецким солдатам рассказывали: «Русские летчики, летающие на штурмовиках, такие свирепые и бесстрашные потому, что они смертники. Терять им нечего, их на штурмовиках летать приговорили. Летают на штурмовиках у русских такие сволочи, такой сброд, который в любой бы нормальной армии, вроде немецкой, уже давно бы расстреляли, а варвары – русские приговаривают их летать на штурмовиках. И летают на «илах» такие отпетые головорезы, которым и своей жизни не жаль, только бы была возможность хоть кого–то убить. А в перерывах между полетами, чтоб эти сволочи не разбежались и опять какое–нибудь зверство не учинили, дает им русское командование немецких пленных расстреливать». «Много нам эти немцы интересного рассказали, от них я и узнал, что нет для немецкого солдата–окопника самолета страшнее, чем Ил–2. Все остальные русские самолеты летают где–то там, далеко и высоко, их и не видно. А штурмовик – он вот он, постоянно висит над самой головой и смерть несет. Настоящая жуть. Поэтому я и говорю, что из всех советских самолетов Ил–2 боялись немцы больше всего». Геббельс заявлял: «Что такое война, как не использование хитрости, обмана, заблуждений, ударов и неожиданностей?» А Ю. Мухин в работе «Асы и пропаганда» делает выводы: – противника дешевле и более безопасно разгромить морально, нежели на поле боя; – в связи с этим пропаганда является главным родом войск в любой войне; – «пятая колонна» предателей является более действенными пропагандистами, нежели пропагандисты противника; – ложь и коварство для обмана противника естественны в любой войне, они естественны и в военной пропаганде. Выводы эти актуальны и сейчас в связи с постоянными информационными войнами.

В годы войны 2271 авиатору было присвоено звание Героя Советского Союза. При этом больше всего Героев дали стране штурмовики – 860, затем шли истребители – 836, бомбардировщики – 203, разведчики – 86, и другие авиаторы. Из 65 советских авиаторов, награждённых двумя медалями "Золотая Звезда", лётчики – штурмовики также занимают ведущее место – 27 человек, затем идут истребители – 26 и бомбардировщики – 12.

Владимир Гуляев, штурмовик, ставший после войны популярным киноактером, написал две книги о военных днях. В одной он писал «Оказалось, что двое из моих попутчиков летают на истребителях, а третий – на пикирующем бомбардировщике Пе-2. Когда очередь дошла до меня и выяснилось, что я летаю на "илах", один из истребителей, качнув головой, с чувством произнес: "О-о!" Все участливо смотрели на меня. Я даже как бы вырос в своих собственных глазах, тем более что мне уже пошел двадцатый год! Еще бы! Раз нашу работу так расценивают коллеги, авиаторы-истребители и бомбардировщики, то тут было чем гордиться!» А в книге В. Швабедиссена написано: "Агрессивность, наступательность советских летчиков-штурмовиков достаточно запечатлена в докладах большинства командного состава немецких ВВС и армии, рассказывающих о периоде 1942-1943 годов… Немцев поражала все возрастающая стойкость русских летчиков, их упорное стремление выполнять до конца поставленные перед ними задачи, их сражающиеся сердца и отчаянная храбрость. Авторы всех немецких источников в своих мнениях сходятся в том, что самолет Ил-2 был эталоном самолета-штурмовика… Самолет Ил-2 – свидетельство исключительного прогресса, он являлся главным, основным противником немецкой армии…"

Ил-2 – самый массовый самолет в истории. Более 36 тысяч их было выпущено. И ни одного не осталось. Потом, уже для памятников доставали из болот, озер, рек, выкапывали из-под земли. Самолет – боец, самолет – солдат, защитивший страну, выигрывавший битвы. Так и мой отец – командир Ил-2. Царство небесное ему, его летчикам, офицерам, солдатам, служащим и самолетам. Упокой, Господи, души отца и матери моих, всех летчиков и авиаторов, прости им их прегрешения, дай радости, любви