Испытание империи - Ричард Суон

голоса и тени. Я протолкалась сквозь последние ряды гвардейцев, помчалась по утоптанному песку и сухой траве Настьянских полей. Хаунерцы с язычниками перестраивались, чтобы занять место имперской гвардии, ушедшей отбивать стены – которые не нужно было отбивать! – и я уже видела первый проблеск света под створками ворот.

В проем протиснулась когтистая рука.

– Это что за дьявольщина? – услышала я чей-то голос. Ему вторили схожие возгласы. Я отыскала взглядом Вонвальта. Тот находился рядом с графом Майером, подгонял его людей, мечом указывая направление.

– Это одержимые, – выпалила я, задыхаясь.

Пот струился по моему лицу, я хватала ртом воздух.

Вонвальт метнул взгляд на ворота.

– Мне необходимо попасть на стену, – сказал он, протирая глаза. У него был растерянный вид. Мы ожидали худшего и готовились к худшему, но никто не ждал такой напасти с первых же минут.

– В чем там дело? – с высоты седла окликнул меня граф Майер.

Я подняла голову.

– Это одержимые. Демоны в телах людей.

– Немино вымя, – проворчал он, глядя на ворота. – Это что же, мы уже побиты? Как нам с ними сладить?

Внезапно в памяти ожили слова храмовника, услышанные в недрах Керака, и отчаянная схватка с одержимой монахиней в замковой уборной.

– Огонь, – припомнила я. – Пламя… Пламя Савара!

Вонвальт и граф Майер посмотрели на меня как на дурочку.

– Чего?

Я стиснула зубы, меня захлестнула волна отчаяния. Времени объяснять не было. Это древняя магия. Она не поддавалась объяснению.

Я выставила перед собой руки, словно держала мяч.

– Я так сожгла монахиню в Креаке. Сказала «Пламя Савара», и что-то произошло, какое-то перерождение. Словно какая-то сила прошла через меня и наделила огонь особенным свойством.

– И где нам достать освященный огонь? – спросил Майер.

– Пламя Савара. В храме, – немедленно догадался Вонвальт.

– Дурацкий костер, что там горит?

– Вечный огонь, да, – ответил Вонвальт и неожиданно замолк.

Мы все замерли. Я услышала голос, он прозвучал у меня прямо в голове.

– Вы это слышали? – спросил нерешительно Майер. Его лошадь зафыркала, Генрих улегся на землю и заскулил.

Я не заметила, как подошел сэр Радомир, и вздрогнула.

– Что за бесовщина там творится? – спросил он, указывая мечом на ворота.

Десятки солдат пытались застопорить створки и не дать им открыться. Язычники в порыве безрассудной отваги образовали, по сути, пробку в бутылочном горлышке ворот.

– Демоны в людском обличье. Их необходимо предать огню, и быстро, – мрачно ответил Вонвальт.

Несколько рыцарей из свиты Майера, поглядывая на нас, слушали этот безумный разговор. Впрочем, многие были заняты тем, что пытались успокоить лошадей. Перепуганные животные с пеной у рта грызли удила и ржали. Чье-то незримое присутствие внушало им ужас.

– На стенах смолы хватит, чтоб залить половину Совы, – сказал сэр Радомир, указывая на сторожевую башню. – Если вам нужен лишь огонь…

Он двинулся было отдавать распоряжения, но я перехватила его за руку.

– Пламя нужно освятить. Это должно быть Пламя Савара.

Сэр Радомир взглянул на меня так, словно я повредилась умом.

– Как нам это сделать?

– Вечный огонь в храме Савара! – прокричал Вонвальт, теперь уже без тени сомнения. – Ступай туда, – сказал он мне и ткнул сэра Радомира пальцем в грудь. – И вы отправляйтесь с ней. Принесите факел, зажженный от жаровни. Мы подожжем от него смолу и будем молиться Неме, чтобы это сработало.

– Вот, берите мою лошадь, – сказал граф Майер, спешиваясь. – Быстрее твари вы не найдете. Сэр Далибор! Отдайте этому человеку своего коня.

Сэр Радомир вскочил в седло.

– Будь я проклят, – проворчал он себе под нос и пришпорил коня. – Ну, помчали! – выкрикнул он, и мы погнали лошадей по улице.

* * *

Под грохот копыт мы неслись через город, боевые лошади развивали сумасшедшую скорость. Вопреки комендантскому часу я видела людей. Многие смотрели в небо, напуганные и сбитые с толку темнотой. Другие плакали и причитали в отчаянии, вероятно, под действием зловещих энергий, пронизывающих город.

Мы выбрали уже знакомый маршрут по главным улицам западной части города, вверх по улице Александры Доблестной, затем на запад по Петранской и к северу по Велеврийской. Копыта лошадей громыхали по мостовой, и я знала, что скачка по такой жесткой поверхности плохо сказывается на их суставах, особенно под тяжестью наших доспехов. Путь был неблизкий, нам пришлось преодолеть около трех миль на полном скаку. Мы загнали лошадей, обратной дороги они бы не выдержали, нужно было найти им замену.

Храм Савара пребывал в том же состоянии разрухи, в каком мы видели его в последний раз. По фасаду над сожженным порталом чернела копоть. Мы спешились с безрассудной поспешностью, нами явно двигало отчаяние. Я запросто могла подвернуть ногу, и тогда толку от меня было бы чуть больше, чем от безногой. Мы ворвались в храм…

…и я сбавила шаг. А потом и вовсе остановилась. Внутри все было не так. Мы оказались не в том просторном, сводчатом зале, где горел Вечный огонь и рядом с исполинским Аутуном стояла статуя Бога-Отца.

Нет. Это было другое место.

В первый момент мне показалось, что с потолка вниз тянутся сталактиты, но это были человеческие тела. Тысячи тел. Многие из них оказались мумифицированы и стали серыми, от других остались лишь скелеты, с коих свисала высохшими лоскутами кожа. Тела висели на длинных порой в десятки футов лентах. Между телами имелось одно сходство – рана, глубокий разрез от горла до самого паха. Каждое тело было вскрыто, выпотрошено и разделано, как скот. Пол был залит кровью по щиколотку, она капала и стекала струйками в темноте, словно дождевая вода в пещере.

Изменилась и статуя Савара. На месте изумительного алебастрового колосса стояла жуткая демоническая фигура, обсидианово-черная, безглазая с раздутой головой фаллической формы.

Она скалилась на меня.

– С-сэр Радомир? – прошептала я.

Но шериф пропал. Я резко обернулась. Дверь, через которую я вошла, тоже исчезла.

В конце зала возвышался громадный трон. Казалось, он был обтянут разлагающейся и покрытой пятнами человеческой кожей. Храм наполнился кошмарным зловонием.

– Девчонка, – в полумраке возникла фигура. Это был сэр Радомир, но плоть его почернела, а когда он говорил, изо рта истекала кровь и сбегала по подбородку на грудь.

Я попятилась. Низкий, раскатистый стук, точно биение исполинского сердца, разнесся в глубине моего сознания.

– Кто ты? – спросила я спокойно, насколько могла.

– Тот, кто станет тебе другом, – чужим голосом ответил двойник сэра Радомира.

Я отступила еще на шаг. Горячая кровь плескалась вокруг моих ступней.

– Что это за место?

– Не важно. Назови мне свое имя, и я назову тебе свое. После мы сможем обсудить, как спасти твоих