Книга Азраила - Эмбер Николь

изучать ее профиль. Прохладный ночной ветерок едва заметно колыхал распущенные волосы у ее лица.

– Значит, все это – другие миры?

Ее вопрос застал меня врасплох, но я не стал медлить с ответом.

– Частично. Некоторые из них – древние мертвые миры, существовавшие задолго до того, как родился мой отец.

На Дианне все еще была моя куртка, и она плотнее в нее закуталась.

– Значит, до тебя уже были боги?

Я знал, что она избегает разговора о том, что на самом деле ее тяготит, но решил не настаивать. Того, что она со мной заговорила, было уже достаточно.

– О да. Множество. Честно говоря, в детстве я был невеждой. Я должен был уделять больше внимания учебе, но, насколько я помню, есть великие существа, которые достигают пределов вселенной. Это бесформенные, гигантские создания. Мой отец говорил, что мы отправляемся к ним после смерти. Царство, которого даже мы не можем достичь, находится за пределами звезд и времени – царство вечного покоя.

Она кивнула, ее глаза изучали сверкающее темное небо.

– Я тебе завидую.

Я нахмурился и в недоумении посмотрел на нее.

– Что?

Она пожала плечами, в ее глазах отражался лунный свет.

– Я никогда не увижу другие миры. Это царство – все, что мне доступно. Но я хотела бы увидеть больше.

– Возможно, однажды.

Она повернулась ко мне, легкая улыбка тронула ее губы. В ее глазах не было слез, но печаль тронула ее прекрасные черты.

– Мы оба знаем, что когда это закончится, если я и не умру, то окажусь в вечном заключении. Нам не нужно притворяться.

Я ничего не ответил. Я не раз думал о том, что ожидает ее в конце сделки, и все возможные варианты ложились тяжким бременем на мою совесть.

– Мне нужно еще одно обещание.

Она тяжело сглотнула, как будто ей было трудно подобрать слова.

– Но я уже дал тебе много обещаний.

Я попытался поднять ей настроение. Больше всего мне хотелось успокоить ее боль.

– Если Каден доберется до меня, позаботься о Габби, хорошо?

Ее слова застали меня врасплох.

– Эта внезапная перемена в твоем настроении связана с тем, что человек на фестивале сказал о Кадене?

– Ты не знаешь его так, как знаю я. Я провела рядом с ним столетия. Он всегда доводит задуманное до конца. Это не пустые угрозы, Лиам. Если он сказал, что вернет меня, пусть даже по частям, так и будет.

Дианна смотрела на меня так, словно ее судьба была уже решена. Она была уверена, что Каден ее заберет.

– Я не позволю ему завладеть тобой.

Она грустно улыбнулась.

– Я знала, на что я подписалась. С самого начала я знала о рисках. Я знала это, когда убила Алистера и заключила с тобой сделку. В тот момент, когда я решила тебе помочь, моя судьба была решена. В сделке с Каденом свобода и рабство шли рука об руку, но я осознанно приняла его условия. Я заплатила за жизнь и свободу Габби кровью. Мы оба знаем, что я покрыта ею с головы до ног.

Дианна покачала головой и посмотрела на свои руки, словно могла видеть на них следы крови. Мое хорошее настроение бесследно испарилось – осознание реальности оказалось слишком болезненным.

– Я знаю, что я плохой человек. – Она сделала паузу и издала короткий, горький смешок. – Боги, я вообще не человек. Я осознаю свою судьбу и заслуживаю ее, но Габби невиновна. Я воровала, чтобы мы могли есть, я сражалась, чтобы мы могли жить, но она всегда была той, кто держал меня на плаву. Ее единственная вина состоит в том, что она меня любит. Даже в самые ужасные, тяжелые моменты она никогда не переставала меня любить. Она заслуживает счастья. Я насильно привязала ее к такой жизни. Так что обещай мне – если что-то пойдет не так и я не справлюсь, поклянись, что позаботишься о ее безопасности. Пожалуйста. Просто пообещай.

Она повернулась и пристально посмотрела на меня. Ее потухшие, несчастные глаза были наполнены молчаливой мольбой. В тот момент я решил, что эта женщина никогда не должна просить. Она заботилась о своей сестре, но кто заботился о ней? В те минуты она казалась такой невинной, такой уязвимой. Она не была тем злобным огнедышащим зверем, которого я встретил несколько недель назад. Она была всего лишь девочкой, родившейся в хаосе. Каден загнал ее в угол, превратив ее в оружие. Она стала такой, чтобы защитить единственного человека, который все еще видел в ней что-то хорошее.

Не в силах видеть ее такой одинокой, я протянул руку и сжал ее ладонь так же, как она делала во время моих ночных кошмаров. Это мне помогло, и я хотел сделать то же самое для нее.

– Я обещаю обеспечить Габби полную безопасность. И я обещаю, что он никогда не сможет причинить тебе вред. Если он попытается забрать тебя, я заставлю его пожалеть о том, что он родился на свет.

– Опять твое эго.

Она всхлипнула, слегка покачав головой.

Я криво усмехнулся.

– Эго? В моих воспоминаниях ты видела, что я заставлял монстров и людей молить о смерти.

– О, я видела там и свои мольбы…

Ее слова вызвали во мне странное чувство. Оно зародилось в моей диафрагме и вылилось наружу. Я откинул голову назад и рассмеялся – по-настоящему рассмеялся. Смех овладел мной так быстро, что стал неожиданностью для меня самого. Я оглянулся на Дианну и обнаружил, что она смотрит на меня с выражением полного удовлетворения на лице.

– Теперь ты слишком много обо мне знаешь. Даже Лига тебе позавидует.

Дианна опустила взгляд на наши соединенные руки.

– Обещаю им не рассказывать. – Ее большой палец провел по тыльной стороне моего. – Ты милый, когда увлечен кровопролитием.

– Я не понимаю, что это значит.

Она взглянула на меня и слегка улыбнулась, прежде чем убрать свою руку.

Это было ложью. Я понимал, что она имеет в виду, но ее попытки объяснять слова и фразы приносили мне удовольствие. Она повернулась и откинулась на локти. Я придвинулся ближе, пока она поправляла джинсовую куртку. Затем она опустила подбородок и глубоко вдохнула, прежде чем вытащить из кармана полоску бумаги.

– Ты сохранила их?

Она тихо и коротко рассмеялась, но этот звук мгновенно успокоил мои нервы.

– Я думал, ты оставила их в фотобудке.

Ее глаза светились радостью, когда она смотрела на фотографии.

– Ты сам предложил их сохранить.

– Большую часть времени ты меня не слушаешь.

– Я всегда слушаю.

Она указала на одно из изображений.

– Это моя любимая.

На фотографии она одной рукой указывала на мигающую камеру, а другой пыталась повернуть мое лицо. Мой взгляд, полный чистого замешательства, оказался навеки запечатлен на пленку.

– Могучий король дружит со своим заклятым врагом, Иг’Моррутеном.

Я усмехнулся, заставляя ее повернуться ко мне.

– Ты не мой заклятый враг. Чтобы заслужить этот титул, тебе придется победить меня в