Братья по разуму - Олег Дивов

– «Ольга» не самый удобный вид транспорта в городе, – сказал он. – Нужно выбирать места для старта и посадки. А то получается, что я при всем честном народе то растворяюсь в воздухе, то возникаю ниоткуда. Извини, но мне такая реклама совершенно не нужна. И по крышам лазать тоже надоело. Давай, садись за баранку.

– Да я вроде как нетрезв, – заметил Игорь.

– А тебе это чем-нибудь грозит? – удивился Тим. – Ты учти, я за рулем сорок лет не сидел. И до этого особым мастерством не отличался. Практики не было. То есть я с удовольствием, но…

Игорь задумался. Разумеется, капитану Бойко из линейного контроля МВД вождение в нетрезвом виде заказано не было. Но от выпитого у Игоря уже основательно притупилась реакция.

– Ладно, – сказал Тим, усаживаясь за руль. – Здесь «автомат», так что справимся как-нибудь. Ныряй.

– Спасибо, – кивнул Игорь, садясь рядом. – Выручили.

– От чего? – усмехнулся Тим.

– Да от всего. От благодарного человечества.

– Ха! – Тим поиграл кнопками, подгоняя сиденье под себя. – Между прочим, этот урод тебя действительно собирался на какую-то встречу отвезти. В смысле – не на допрос.

– Меня теперь допрашивать никто не рискнет, – вздохнул Игорь. – Блокировка, – он постучал себя по лбу согнутым пальцем. – То есть у меня-то ее нет скорее всего. Но считается, что должна быть.

– Да нет у тебя никакой блокировки… – проворчал Тим, разглядывая селектор автоматической коробки передач. – Та-ак… Сначала наступаем на тормоз, да? Теперь втыкаем «драйв». Ну, поехали.

Машина плавно тронулась и, набирая скорость, покатила к выходу. На широкой бетонированной площадке перед административным зданием Тим неожиданно газанул, заложил, визжа покрышками, несколько крутых виражей и, удовлетворенно пробормотав «так, вас понял», утопил педаль до пола. Машина стрелой понеслась в сторону Калужского шоссе.

Игорь украдкой посмотрел на Тима. Инопланетянин земного происхождения сидел за рулем так, будто родился в водительском кресле. Внешне расслабленная посадка опытного водителя и даже хват руля, как у московского таксиста. Только глаза он чуть прищурил, и это выдавало напряжение. Невольно Игорь задумался, сколько всего пережил этот красивый и уверенный в себе мужчина в черном, совсем еще молодой. В архивах Службы о Тиме Костенко не было почти ничего. Во всяком случае, так утверждалось официально в справках топ-секретного уровня, а свой временный допуск ЭКСТРА Игорь использовать не успел.

– Вы отлично чувствуете дорогу, – заметил Игорь.

– Наследственность, скорее всего. Отец машину водил гениально, – сказал Тим. – И меня всему научил. А потом не пускал за руль. Пользовался возможностью хоть что-то мне запретить.

– Бестактный вопрос можно? – спросил Игорь.

– Хоть двадцать, – ответил Тим, грамотно обгоняя автобус.

– Почему вы такой молодой?

– А-а… Побочный эффект. Я, кажется, тебе говорил, что у меня даже кровь уже не человеческая. Ты, наверное, решил, что это аллегория. Отнюдь. Первые десять лет в эмиграции я сидел на химической подпитке, чтобы приспособиться к их среде. А последние десять лет, возвращаясь сюда, я вкалываю себе всякую дрянь, чтобы тут дуба не врезать.

– Простите, Тим, а… А зачем вы возвращаетесь?

– А ты меня разве об этом не спрашивал? – удивился Тим. – Странно. Не знаю я, Игорь. Есть у меня подозрение, но… Не знаю. В самом начале я очень зависел от земной энергетики. Мне нужна была дозарядка. Хотя бы раз в несколько лет. А зачем я приезжаю теперь, одному богу известно. В принципе на этом самом кладбище есть могила женщины, которая больше всего на свете хотела родить от меня ребенка и прожить со мной всю жизнь. И я этого хотел больше всего на свете. Но понимаешь, Игорь, я ведь не хожу на эту могилу. Моя Оля со мной, во мне, я ее не забыл, и мне не нужны ритуалы, чтобы кому-то что-то доказывать. Все эти славянские ежегодные плачи на кладбищах – это ведь показуха…

– Люди, которые сейчас провожали Мэкса, будут ходить туда, – сказал Игорь.

– Разумеется, – кивнул Тим, притормаживая на красный свет. Они уже въезжали в город. – Этим людям Мэкс нужен позарез. И гораздо больше мертвый, чем живой. Живой-то он их в упор не видел. А теперь они будут над ним ритуальные пляски учинять. Крутизной мериться. Это же все мелюзга, Игорь. Молодняк. Когда Мэкс штурмовал Объект, их рядом не было, их в Школе оставили, чтобы под ногами у ветеранов не путались. А Школа – это…

– Я знаю, – сказал Игорь. – Это база Охотников. По-моему, Тим, вы преувеличиваете. Как-то вы резко очень…

– Наверное, – согласился Тим. – Только ты не забывай, что их старший у меня на руках умер.

– Извините, – сказал Игорь совершенно искренне.

– Извиняю. Не обращай внимания. Я вообще ужасно злой. Был. А сейчас мне на все наплевать. Я просто не терплю несправедливости. Впрочем, об этом мы тоже говорили.

– Как там получилось с нашим клиентом?

– Легко. Алекс сделал его как маленького. Волков пришел на него полюбоваться в очередной раз, и, пока он кормил своего мальчика с ложечки, мальчик ему устроил сеанс эриксонианского гипноза. И все. Волков не то что– бы совсем вырубился, но среагировать на мою атаку не успел. И я его скрутил. Понимаешь, это сложно объяснить, это нужно видеть… Аура форсированного сенса делится на множество контуров, и самый развитый – это защитный. Он работает постоянно, даже во сне. Реагирует на малейшее раздражение. Поэтому сенса можно убить только по чистой случайности. Например, если сейчас какой-нибудь умник в Вашингтоне захочет меня укокошить и даст по Москве ядерный залп, он вряд ли своего добьется. Пока он решится, пока даст команду, пока команда пройдет все инстанции, пока ракета долетит… Мы с тобой за это время успеем до канадской границы добежать. А вот если противник будет целиться не в меня, а в Васю Пупкина, времени у нас с тобой останется в обрез. Чисто подлетное время ракеты. Я засеку только старт. Ясен принцип?

– Ничего себе… – пробормотал Игорь. – То есть достаточно захотеть причинить вам зло…

– Именно, – кивнул Тим. – Если бы Волков не был психом, наш приятель Зигмунд давно бы уже коньки отбросил. Но Волкову позарез нужно было, чтобы киллер-фантом приехал к Папе-Зигмунду на твоей шее. Кстати, я так и не разобрался до конца, кто из вас кому родственник. Такое ощущение, что вы все друг другу отцы и дети. По идее ты сын Зигмунда. Но кто тебе Волков тогда?

– Считалось, что он мой отец, – сказал Игорь и полез за флягой.

– Да, без поллитры не разберешься, – покачал головой Тим. – Ну, бог с вами. Мне-то что… Был бы человек хороший. Кстати, человек хороший, а тебе куда?

– Домой, – Игорь объяснил дорогу, Тим кивнул: «Знаю. Лучшие места захапали, гады». – Может, зайдете?

– Извини, не получится. Да и зачем?

– Действительно, – пробормотал Игорь. – Зачем?