Ночь пламени - Амелия Ламберте

равных, Его Величество потребовал еще и компенсацию в кругленькую сумму.

– А что архимаг? – спросил я, пытаясь уложить в голове все то, что услышал.

– Он согласился восстановить земли, а в казни некромантов отказал. Сказал, что после Войны Магов некромантов днем с огнем не сыщешь, а их способности могут быть полезны. В общем, вернул королю его же аргумент: маги королю не подчиняются, и судьбу некромантов решать будет только он, а казнь в его планы не входит. К тому же поди найди их в эльфийских лесах, – невесело усмехнулся магистр Калерон.

Я медленно кивнул.

– В общем, слово за слово… Уж не знаю, как архимаг с королем выясняли отношения, но к единому мнению не пришли. В отместку на притеснение магов архимаг отозвал всех мастеров из городов, а королю кинул напоследок что-то в духе: «Попробуй обойтись без нашей помощи, и мы посмотрим, долго ли выстоит Артения».

– Когда это произошло? – осторожно спросил я.

– Почти три недели назад, – ответил магистр. – А что?

– Да так…

Получается, заговорщики очень долго готовились к осуществлению плана, а механизм запустили чуть больше трех недель назад, чтобы Тайная Канцелярия не связала все воедино, а хваталась за отдельные скандальные дела.

– А чем тебя так заинтересовали некроманты? – спросил магистр Калерон.

– Мой помощник нашел следы работы одного из них. От его рук погиб талантливый артефактник в городе Ветра. Видимо, перестраховался на случай допроса мертвых. Тело просто истлело при попытке применить к нему магию, – пояснил я.

Получается, Саймон подстраховался не на случай встречи с магами стихий. Он опасался, что тот же некромант из Прибрежного города сможет разговорить мертвеца.

– Саймон ведь жил на эльфийской границе, так? – уточнил я.

– Именно, – подтвердил Калерон. – Но при чем здесь эльфы?

– Я начинал расследование с гибели алхимика, работавшего на короля. Но путь оказался настолько непредсказуем, что я оказался у вас. К архимагу и в Гильдию магов меня не пустят, а вот вы – другое дело. Я расскажу вам все, но учтите, что времени у меня немного.

Тяжело вздохнув, я пустился в долгий рассказ о расследовании, упустив только подробности о Лимирей и Телириене. Пока магистр Калерон с широко распахнутыми глазами осознавал все услышанное, я быстро набросал схему верхушки власти.

В центре стоял король. В его непосредственном подчинении находился Совет министров, Совет обороны и армии, а также Гильдия магов и Тайная Канцелярия. В Совете министров и Тайной Канцелярии творился полный бардак, а маги отказали в поддержке королю. Совет обороны подорвали смертью королевского алхимика, оставив рядовых и их командиров без зелий. Пока он держался, и ему подчинялись рыцари Его Величества, однако надолго ли?

– Когда погиб Габриэль, я понял, что буду следующим, – произнес я. – Я начал размышлять, кто и где мог нас заметить и рассказать о том, что мы слишком глубоко копаем. Я пришел к выводу, что так быстро действовать могли только в Торговой Гильдии.

– С эльфийской границы прилетают тревожные новости, – сказал магистр Калерон. – Поговаривают, что очередная война за земли не за горами.

– А Артения к войне не готова, – заметил я.

– Это все очень серьезно, Дэниэл. Выглядит складно, но архимаг потребует доказательств. Только в этом случае он тебе поможет. У тебя же пока только голая теория.

– Потом может быть поздно! – отчаянно воскликнул я и потер переносицу, прикрыв глаза.

Похоже, все-таки придется действовать самому. Но я хотя бы попытался вернуть расположение магов…

Единственное, в чем был прав магистр Калерон, – доказательств у меня действительно не было. А завтра все здесь наверняка будут в курсе, что я нахожусь в розыске. В полицейское отделение дома соваться смысла нет: там меня сразу арестуют. А жаль. Наверняка на рабочем месте меня ждет жалованье, на которое я смог бы некоторое время существовать в бегах.

– Дэниэл…

Я жестом попросил магистра Калерона молчать.

– Ладно. Но не говорите потом, что я не предупреждал, – тихо произнес я и поднялся на ноги. – Спасибо хотя бы на том, что выслушали.

– Я посмотрю, что можно сделать, – негромко сказал магистр Калерон. – Но обещать ничего не могу…

– Не обещайте, – сразу же ухватился я за эту возможность. – Но хотя бы попытайтесь примирить архимага и короля. Можете не вдаваться в подробности. Просто убедите его выйти на диалог с королем. И пусть теория заговора останется между нами. Так будет лучше для всех, – улыбнулся я магистру. – Тогда и доказательства не потребуются.

Магистр Калерон, помедлив, кивнул. За окном уже сгущались сумерки.

– Я провожу тебя на выход.

– Буду благодарен, если еще откроете портал в пригород, – смущенно произнес я. – Как помните, сам я их открывать так и не научился.

– Помню, – вздохнул магистр. – До сих пор ума не приложу, что не так с твоими потоками энергии…

Мы вышли из преподавательской башни. Магистр Калерон зажег магический свет и повел меня к выходу. Да, один на обратном пути я бы точно заблудился.

Затем магистр Калерон открыл для меня портал. Я с благодарностью взглянул на него и ненадолго задержался.

– Дайте знать, как пройдут переговоры, – попросил я. – И постарайтесь все сделать как можно быстрее.

– Не обещаю, но постараюсь, – произнес магистр.

Я улыбнулся и кивнул ему. Что мне в нем нравилось – так это предельная честность. Магистр Калерон никогда не давал обещаний что-то сделать безоговорочно, если не был уверен в успехе.

Я шагнул в портал и оказался на темной улице пригорода. Из окон домов падал свет магических светильников. Я горько подумал о том, что завтра меня здесь быть уже не должно. И о результатах переговоров я, скорее всего, не узнаю.

А пока отправлюсь к Генри. Последнюю ночь отосплюсь, заберу енота и отправлюсь… Куда-нибудь. Надеюсь, к тому времени, как мы с Лимирей доберемся до столицы, будет не слишком поздно.

Еще я запоздало подумал, что ее нельзя отправлять в королевский дворец: заговорщики могут ее заметить и снова попытаться убить. Но и сложа руки сидеть мы тоже не сможем!

– Спасайте короля, – пробормотал я, вспоминая слова Юстаса и стучась в дом Генри.

Он открыл почти сразу. Войдя внутрь, я вспомнил наш утренний уговор и тяжело вздохнул, не ожидая, что Генри мне поверит. Скорее для него это прозвучит как невероятная сказка. Но уговор есть уговор.

Одолеваемый тяжелыми мыслями, я прошел в гостиную и кивнул Генри. Эта беседа обещала быть долгой…

* * *

Генри выслушал меня с интересом и даже спросил, какого автора я читаю, кто все это придумал и как его труд пропустила цензура Его Величества. После такого заявления мне, честное