Сын лекаря - Матвей Курилкин

Вождь поднял руку, дождался восстановления тишины, и заговорил:

– Не понимаю вашего возмущения! Человек наш родич, союзник, а, главное, он наш гость. И, безусловно, может претендовать на руку прекрасной невесты, – вид у говорившего при этом был донельзя довольный. Я все больше убеждался, что делаю как раз то, что от меня ожидают. Орк хотел меня проверить – и добился своего. – Есть еще желающие?

Как ни странно, больше желающих не появилось. Хотя в глазах у некоторых из отказавшихся участвовать в соревновании промелькнуло сожаление. Похоже, господа орки не отказались бы лично попробовать свои силы в противостоянии с одним из их общих с эльфами потомков. Остановило их только опасение случайно заиметь в жены Иштрилл. А меня вся эта ситуация ужасно злила. Я мог понять стремление меня испытать – но зачем портить жизнь девушке? Можно ведь было найти и какой-нибудь другой предлог!

– Что ж, сегодня у нас всего шестеро женихов, – констатировал Кашиш. – А испытаний будет столько же, сколько и всегда – четыре, по числу самых важных для мужчины качеств. Все вы, конечно, знаете, в чем эти испытания состоят, но я все равно повторю – нашему гостю это будет интересно. Итак, начнем с самого простого – мужчина должен быть вынослив. Не важно, кто он: кузнец, воин, охотник или даже торговец – от выносливости зависит если не жизнь, то благосостояние его и его семьи. И проверить это качество очень просто. На вершине Хмурой горы – видишь, гость, вон она виднеется, – растут белые цветы. Задача простая – подарить невесте цветок. Двое последних из соревнования выбывают. И вот еще, мужчина должен быть готов к любым неприятностям и невзгодам. Так что побежите босиком. Тебе все понятно, гость? Карабкаться по кручам не придется, к вершине проложена тропа.

Разуваясь, я рассматривал гору, на которую указывал Кашиш. Задание меня не напугало – до вершины было примерно восьмая часть дневного перехода – не так уж и много. Бегать мне в последнее время приходилось много, в себе я был уверен. Неприятно, что бежать придется босиком, но не смертельно. Мягкими и нежными, как у ребенка ступнями я уже давно похвастаться не могу, в плену меня обувью не обеспечивали.

Пока я размышлял, орк подошел к концу речи:

– Ну что ж, не будем тянуть. Бегите!

Мои соперники рванули с места сразу, ломанулись к воротам так, что только пыль поднялась. А я замешкался – не ожидал, что соревнование объявят вот так, без подготовки. Тем более у меня еще оставался вопрос. Ноги сами рвались бежать, но я заставил себя обернуться:

– Мешать друг другу, отбирать добытое разрешено?

– Нет, конечно! – возмутился вождь. – Ваши боевые качества будем проверять потом. – Последнее я слышал уже издалека – бросился догонять убежавших вперед соперников. Последнее оказалось не слишком просто – орки бежали так, будто и в самом деле были влюблены в оли Лэтеар по уши, все разом. Если они смогут выдержать такой темп в течение всего забега, шансов у меня нет – отсеюсь на первом этапе соревнования. Я заставил себя успокоиться и не нестись сломя голову – бежать с максимальной скоростью четверть дневного перехода я все равно не смогу. Лучше поберечь силы на тот случай, если соперники просто не привыкли бегать на дальние расстояния и не знают, как правильно распределять силы. Уверен, им тут в горах нечасто приходится подолгу бегать. И действительно, через некоторое время я заметил, что расстояние между мной и последними из соперников перестало увеличиваться, а потом постепенно стало сокращаться. Орки начали выдыхаться. Подъем становился все круче, но я не только не замедлил скорость, а даже чуть прибавил, рассудив, что на обратной дороге буду все время спускаться, а это намного легче. Бежать стало сложнее – под ногами попадались острые камни, и пришлось смотреть под ноги, чтобы не пробить ступню каким-нибудь особенно зловредным минералом. Поэтому спину ближайшего соперника я увидел только после того, как услышал его тяжелое дыхание. До вершины было уже совсем недалеко, так что я еще немного ускорился и вырвался вперед. Сзади послышался удивленный кашель.

Еще через несколько дюжин шагов подъем прекратился, и я оказался на широкой каменистой площадке, со всех сторон окруженный крутыми спусками. Кое-где просматривались пучки зелени, но никаких цветов в глаза не бросалось. По площадке равномерно распределились четверо, прибежавшие раньше меня, и сосредоточенно бродили, вглядываясь себе под ноги. Из увиденного я сделал вывод, что загадочные цветочки не отличаются крупными размерами. Я пошел вдоль края площадки, намереваясь обойти ее по кругу и затем сужать спираль, пока не встречу искомое. И – удивительно – почти сразу его обнаружил. Действительно, небольшой цветочек белого цвета, и совсем близко – метрах в двух. Жаль только, что пройти эти пару метров окажется непросто – цветки торчали из небольшой каменной расселины, находившейся уже на склоне горы. Еще раз окинув взглядом вершину, я понаблюдал за стараниями соперников – пока никому из них удача не улыбнулась. Тяжело вздохнув и мысленно задавшись вопросом, так ли уж нужна мне дружба с орками, и не проще ли будет просто сбежать от них вместе с Иштрилл, я полез вниз. Обрыва как такового здесь не было, просто склон уходил круто вниз. Но в другое время я бы десять раз подумал, стоит ли так рисковать. Я повис на руках, упираясь одной ногой в крошечную неровность в камне. Опоры для второй ноги никак не находилось. Я легко представлял, как выбраться наверх, но как спуститься еще хотя бы на ладонь понять не мог. Я посмотрел вниз. Цветок был близко, очень близко, я мог бы коснуться его ногой… Обдумав еще раз эту мысль, я вытянул ногу и, растопырив пальцы как можно шире, я попробовал ухватиться за стебель. Получилось. К счастью, против ожидания, стебель оказался не слишком прочным, оторвался без труда. Наверх я выбрался с большими усилиями и времени затратил намного больше, чем понадобилось на то, чтобы спуститься. Карабкаться, пользуясь всего тремя конечностями, было сложно, а зажать цветок в зубах, чтобы освободить ногу, не было возможности. Для этого надо было сначала взять его в руку, а руки у меня были заняты. Выбравшись, я боялся увидеть пустую вершину, но убедился, что ошибся в своих ожиданиях. Последним я не оказался, был еще один незадачливый садовник. Не дав себе времени на отдых, я побежал обратно в деревню. Впереди маячили спины более удачливых соперников, которые снова повторяли ту же ошибку, что и на пути в гору, – отдохнув во время поиска цветов, бежали почти так же быстро, как в начале пути. А по краям тропинки стали встречаться жители деревни – оказывается, после того, как вождь объявил старт, многие отправились вслед за бегунами, чтобы с близкого расстояния наблюдать за соревнующимися. Почти без усилий я оставил за собой еще одного кандидата на вылет из соревнования, и дальше бежал спокойно – по условиям соревнования я не обязан прийти к финишу первым, а силы нужно было экономить. Я догадывался, что они мне еще понадобятся. Каждого возвращавшегося подбадривали криками – даже мне доставалось внимания, особенно после того, как мне удалось вырваться из рядов отстающих. Маленькие дети даже провожали бегущих, насколько хватало сил. Я бежал не слишком торопясь, даже не давая себе труда пытаться догнать оставшихся соперников, так что вскоре вокруг меня тоже собралась целая стайка детишек, которые изо всех сил меня поторапливали. И это, конечно, вместо того, чтобы смотреть под ноги. В результате нет ничего удивительного в том, что один из них не заметил камня, и со всего маха пропахал лицом каменистую землю. Как назло, взрослых рядом не было – те, кто пошел вслед за бегунами, остались позади, а до тех, кто остался в деревне, было еще далеко. Ну а я, конечно, не мог оставить все, как есть – ребенок раскровенил лицо, колени и руки, и, похоже, сломал нос – мне показалось, что в момент падения я услышал отчетливый хруст. Другие дети тоже остановились, испуганно глядя на стонущего товарища.