Родная кровь - Ярослав Коваль

Только дай слабину – и люди могут усомниться в нём. Может быть, это даже разрушит фундамент обороны против бестий, которую он только-только начал возводить. Ответственность, которая ложилась на плечи Роннара ощутимым, всё растущим грузом, начинала ему активно не нравиться. Но что поделаешь, если шея уже в хомуте!

– Я думаю, им можно предложить отвоёвывать Арисфорт самим, без меня, – сказал он Аригису, когда встретился с ним.

Тот посмотрел очень сумрачно – значит, что-то обдумывал.

– Я могу к ним присоединиться.

– Ни в коем случае. Там же Годтвер! Пусть обходятся им одним, либо тогда присоединиться должен я. Ещё подумаю, может быть, поеду позже…

– Не стоит.

– Да, не стоит. Лучше бы они обошлись одним Годтвером.

– Кстати, сюда скоро приедет Раян.

– Тот самый поборник? Южанин? Лучший из них?

– Угум…

– Как он об этом сообщил?

– Никак. Просто я узнал, и вот, тебе говорю.

– А как ты узнал?

Аригис пожал плечами.

– Во сне. У меня, как у каждого из нас, есть своя ухватка. Ты, к примеру, лечишь, а Годтвер, как ты говорил, ловко работает в паре. А я могу искать наших. Могауд, кстати, тоже возвращается. Он был на востоке Предморья, сейчас направляется в Далгу.

– Что он там делал?

– Кажется, решал какие-то личные вопросы.

– Поборник?! В нынешние времена? Пламя пресветлое, не верю собственным ушам!

– А что такого? Мы ж тоже люди, – искренне удивился его собеседник. – У Могауда есть семья, он о ней волнуется, конечно. Мало у кого из нас есть семья, а ему повезло.

– Повезло ему, значит…

– Он уже едет сюда. Он скоро будет тут, в полном твоём распоряжении. Может быть, тебе стоит простить ему эту слабость?

– Возможно. – Роннар и сам не понимал, почему взбеленился. Повод был пустой. – Я это с ним и обсужу. А Раян когда тут будет?

– Дней через пять.

– Им всем нельзя встречаться с Годтвером. Придётся всё очень тщательно продумывать, чтоб держать смутьяна подальше от новых ребят.

– Всё равно кто-нибудь из них встретится с этим шалопутом. Что тут поделаешь. – Аригис смотрел беспокойно и выжидательно. – Ты уже решил, что будешь делать с Годтвером потом?

– Нет. Не знаю. Чем больше с ним общаюсь, тем сложнее мне решиться. Поддерживаю себя надеждой, что у нас война, любой может погибнуть. Может быть, через годик-другой проблему Годтвера вообще не нужно будет решать. – Роннар усмехнулся, оценив, как «интересно» звучит то, что он сказал. – А если и нужно, то… Знаешь, всё ещё может измениться. Мир меняется каждую минуту.

Молодой поборник по-старчески пожевал губами.

– Как считаешь – у тебя есть шанс собрать обратно разваливающийся Опорный? Что об этом говорит магия?

– Шанс всегда есть, а магия… – Принц хотел соврать, что давно уже направляется Пламенем напрямую и получил новые возможности, но живо сообразил, что лгать близкому другу не то чтобы дурной тон, но ещё и глупость. На кого ж ещё ему положиться? – Магия молчит. Ты знаешь, после приезда принцессы и её откровений я ждал, что почувствую нечто особенное, совсем новое. Понимаешь? Я думал, мне станут сниться другие сны – может быть, Пламя покажет мне точное положение дел в Опорном, обучит управлять людьми, организовывать их. Но ничего подобного. Для меня вообще ничего не изменилось, понимаешь? Я каким был, таким и остался. Иногда вижу тренировочные сны о приёмах боя, иногда о лечении. Освоил новый способ вправлять кости при переломе – и мне проще, и пострадавшему легче. Теперь знаю, куда нажимать, чтоб нужная часть тела совершенно онемела на какое-то время. Полезное умение, верно. Но я освоил бы его, даже если бы и не был принцем.

– Может быть, тебе просто нужно подождать?

– Я жду. И мне начинает казаться, что ждать бесполезно. Пламя не наделит меня особенными возможностями.

– Но есть же у принцев какие-то отличия от обычных людей!

Роннар пожал плечами.

– Должны быть. Возможно, хотя одна из принцесс признала мои права, само Пламя этого не сделало… Только я прошу тебя никому об этом не говорить.

– Разумеется, буду молчать. Но на твоём месте я бы не беспокоился, – помолчав, добавил Аригис. – У нас тут происходит полный кошмар, всё рушится, народ разбегается и гибнет, князья ничего не могут поделать и уже готовы это подтвердить. В подобной ситуации люди объединятся в любом случае, дай только им повод. Если они верят в тебя, они будут сражаться, и тогда, знаешь, с магией или без неё – шанс на победу велик.

– Если только никто из них не узнает, что я остаюсь всего лишь обычным поборником.

– Да брось, разве это так? То, что ты сын короля, известно давно, и это не ложь. Дар? Он у тебя есть, ты искусный поборник и лекарь, и вместе с твоим происхождением этого уже достаточно, чтоб верить в твою победу и следовать за тобой. – Он опять пожевал губами. До чего ж неприятно это у него получалось! – Но вообще я бы присоединился к чужим советам вот насчёт чего: заканчивай ты вертеться на глазах у простого люда, ходить с солдатами в атаку и прочее. Тебе бы лучше быть всегда далеко, всегда таинственным, управлять издали. Быть эдаким символом, понимаешь? Дохнуть – это для простых людей, а ты должен парить над всеми.

– Ну да, не первый раз слышу подобный ценный совет… А как, скажи, ты вообще это себе представляешь? Вот если говорить серьёзно? Я же не военачальник! Я понятия не имею, как следует управлять армиями. Ещё вести в бой – как-нибудь справлюсь. А по-другому…

– А по-другому – всё то же самое, только при этом не лезешь в бой лично.

– Сказать-то легко. А сделать? Я не вижу себя в роли главнокомандующего на холме.

– Тебе придётся учиться. – Молодой поборник был невозмутим.

– А если не получится?

– Всё получится. У всех же получается, и ты сумеешь тоже.

Роннар посмотрел на спокойного, как жующая корова, Аригиса и понял, что спорить тут бесполезно, да и глупо. Друг искренне хочет его поддержать, и делает это как может. Самым разумным было переключиться на угощение (женщины в честь приезда принца постарались изо всех сил, были и белейшие пшеничные булки, и телячьи котлеты, и такие вкусные пироги с рыбой, что их хотелось есть и есть, хотя уже и не получалось) и всё как следует обдумать. Беспокойство ослепило его, не сразу пришло в голову, что можно просто выбросить из головы лишние мысли и действовать, как действовал раньше. Что-нибудь да получится…

Выспавшись, он спустился к подполу, где давно уже сидел пленный бестия. Девица, которая носила ему еду и пыталась учить языку, теперь спускалась туда только в сопровождении бойца, потому что пленник однажды попытался на неё напасть. Что ж, его стремление было понятно, естественно. И можно было только удивляться, что испуганная, взбеленившаяся от неожиданности девушка сумела отбиться от него всего лишь при помощи рефлекторно выплеснутой миски горячей похлёбки и ударов деревянным подносом.