Тень Белого Тигра - Ксения Хан

их перед понимающим всё врагом он не стал и теперь упирался в противоречие: врать Нагиль не мог.

– Лю Соджоль, – сказал Дэкван, когда Нагиль поделился с ним этой проблемой. – Ему было выгодно подставить госпожу Сон Йонг и вас лично.

– Сделать его мишенью было бы очень удобно, – кивал Нагиль. Пусть лучше этого выродка казнит Император, чем оглушённая яростью Йонг найдёт его и загрызёт сама. – Предатель Лю Соджоль не стоит того, чтобы марать об него руки.

– Могу поспорить, госпожа не согласится с вами, – усмехнулся Дэкван.

– Верно, – протянул Нагиль. – Но её нет здесь, возразить она не может.

Её нет здесь, и Нагиль не знает, в безопасности ли она. Её нет здесь, и Нагиль снова чувствует себя пустым, потерянным, словно полгода их разлуки не миновало и он всё ещё ждёт её возвращения из родного мира, боясь этого и надеясь на это.

Он зажмурился, помотал головой. Отросшие длинные пряди облепили влажную кожу скул и шеи, забрались под воротник старой чогори, которую Нагиль не менял уже месяц. Когда он вернётся, показаться на глаза Сон Йонг будет стыдно…

Вот, снова! Кончики пальцев жгло, так сильно Нагиль хотел прикоснуться к Йонг и развеять сомнения в том, что она всё ещё находится с ним в одном мире, что она в безопасности, жива и здорова. Мер’тонъ, а он-то думал, что хуже, чем в дни её первого появления в Чосоне, он себя чувствовать не будет.

– Генерал, – вдруг позвал Дэкван, пока Нагиль сжимал кулаки. – Генерал, Дракон…

Нагиль опустил глаза, глядя на свои руки – те покрывались проступающей из-под кожи чешуёй. Зачесались ладони, зуд пошёл от кистей вверх, достиг шеи. Пот выпаривался с неё с тихим шипением, будто резко тело опалил жар.

Наконец-то, подумал Нагиль с воодушевлением. Наконец-то!

Прежде, когда Дракон брал власть над телом, Нагиль не ощущал такого давления. Сейчас казалось, что силу ему приходилось тянуть с трёх сторон сразу, что его держат канаты: руки и ноги, и в груди торчит крюк, и тащит за собой грудную клетку.

«Глупый человек. – Пробудившийся Великий Зверь говорил слабо, тихо, и генерал напрягался, чтобы расслышать его голос в глубине своего тела. – Раз проклятый змей пробудился окончательно, тебе не поможет ни Хранитель, ни твоя женщина. Мы говорили тебе, имуги должен умереть».

Они летели невысоко, в нескольких бу от Великой стены, осматривали полуразрушенные башни, построенные в прошлых веках. Так же как и сторожевая башня Восточной заставы между небом и морем, ближайшие к ней смотровые точки были заброшены – рядом не было ни воинов, ни следов их присутствия. «Должно быть, силы на охрану своих земель с этой стороны Империя не тратила, – думал Нагиль, осознавая себя острее, самостоятельнее, чем в прежние обращения. – Теперь-то они должны обеспокоиться нарастающей мощью Японии. Почему никто не посылает людей на юго-восточное направление? О чём думает Император?»

Правителю могущественной страны должны были уже донести, что его любимая дочь мертва. Правитель могущественной страны уже должен был отправить по следам её убийц верных слуг, головорезов, подобных тем, что преследовали Сон Йонг в горах Чосона. Почему он медлит? Почему до сих пор никто, кроме одного случайного отряда, не явился к восточной заставе, чтобы выгнать незваных людей вражеского государства?

«Люди переменчивы, забывчивы, – шептал Дракон. Сегодня его голос сливался в один, было не разобрать, кто ругает генерала – старший брат, младший ли. Звучали они одинаково, и это тоже, в числе прочего, несколько беспокоило Нагиля. – Так ли силён Император, которого мы не видели? В древние времена правители этих земель были упрямы и считали себя посланниками небес. Небесный Император, так они себя величали. Многое изменилось с тех пор. Империя угасала и воскресала из пепла, короли сменяли друг друга, гнали прочь Великих Зверей, звали их обратно… Люди обмельчали, но их амбиции только выросли».

«Это не значит, что нынешний Император не в силах истребить весь Чосон из мести, – ответил Нагиль. Он устал: всего полчаса, проведённые в теле Великого Зверя, а силы уже покинули его. Нужно было снижаться, возвращаться в сторожевую башню. – Он молчит, либо выжидая случая, чтобы нанести удар в спину нашему войску, либо договариваясь с Японией о союзе».

«Ты не должен бояться одного человека, – прорычал Дракон. – Он нам не страшен».

«Нам – нет. Но мы не можем защитить всех».

Он вернулся в сторожевую башню, облюбованную людьми Чосона, и упал мимо прохода, не сумев удержать равновесия. Земля и небеса слились перед глазами в одно, пространство накренилось и сжалось, будто хотело выплюнуть генерала из тела Дракона. Он и сам чувствовал себя в этом полёте лишним, сознание отделилось от общего потока, Нагиль отчётливо понимал, где течёт его Ци, где течёт Ци Дэквана… И где протекает нить совсем чужой энергии, которую теперь он старался отторгать, лишь бы не утянуть её из тела любимой женщины.

– Генерал! – Дэкван спустился к Нагилю, нашёл его в снегах лежащим лицом вниз. – Что случилось? Я не почувствовал опасности, но вы, кажется…

– Дракон ведёт себя странно, – ответил Нагиль, хмурясь. Тело гудело, каждая кость в нём гудела, тянуло жилы, связывающие суставы друг с другом. Генерал с трудом поднялся на ноги и тут же согнулся: спазм, поднявшийся со дна желудка, сковал пищевод, грудь, горло. Нагиль закашлялся, прижимая руку ко рту.

– О нет… – протянул ошарашенно Дэкван. На ладони Нагиля осталась кровь, густая капля. – Если это из-за меня, генерал, я…

– Не из-за тебя, – прервал его Нагиль. – Думаю, дело в другом.

Думаю, моё тело отторгает силу Дракона. Сказать этого вслух Нагиль не мог, но гадал о причинах своего состояния не первый день, чтобы делать такие страшные предположения уже увереннее. Может, он ошибается. Может, рассказы Дракона о прошлом, сказки о том, как Великие Звери, населявшие земли Империи, покинули её, не означают, что Дракон готовится оставить и земли Чосона. Но с тех пор как Нагиль впервые спас Йонг в этом мире, с тех пор как стал думать о своём будущем отдельно от бремени, что взвалила на его плечи судьба… С тех самых пор он стал замечать, как грубее, упрямее становится Дракон внутри его. Как тянет из него силы, желая отсрочить момент своего исчезновения.

В конце концов, Лан говорила, что новое должно сменять старое. Для этого старому нужно уйти, освободить место. Сгинуть.

Точно так, как умерла она, открывая дорогу новой мудан Ордена Белого Тигра, – по своей ли воле или по воле случая, – Нагиль, как Дракон, должен был уступить своё место новому защитнику страны.

Только он ожидал, что произойдёт это в далёком будущем, что он просто станет звеном Великого Цикла, одним из многих. Но что, если их с Йонг решения