Вычисляя звезды - Мэри Робинетт Коваль

Вчера сотни энтузиастов авиации собрались у муниципального аэропорта, желая лицезреть первое международное авиашоу женщин-пилотов.

Особый интерес у собравшихся, безусловно, вызвала уроженка России – принцесса Шаховская, которая исполнила на своем старинном биплане несколько искуснейших петель в воздухе.

От запахов чеснока и имбиря, разносящихся по кухне Хелен, у меня уже давно текли слюнки, но я, будучи ответственной за коктейли, занималась делом – смешивала очередную порцию мартини для нас всех. Женщины-пилоты сидели на всех свободных местах, а Бетти – так и вообще на стойке. Она держала в одной руке газетную вырезку, а в другой – стакан с еще недопитым мартини, и голос ее был слышен каждому:

– Я цитирую: «Леди-пилоты проявили себя замечательными мастерами своего дела, чем привели присутствующую публику в восторг. Пилоты совершили множество удивительных подвигов, не последним из которых была военная точность их полета в строю, возглавляемом мисс Идой Пикс из Канзас-Сити».

Ида сидела за столиком в углу, рядом с Имоджин. Напротив них – Перл, которая таки нашла в самую последнюю минуту няню для своих тройняшек и теперь в недоумении оглядывала нашу группу, будто была поражена тем, что вышла из дома после наступления темноты. Удалось даже уговорить Сабиху Гекчен присоединиться к нам, прежде чем та отправится обратно в Турцию, ну а принцесса «с сожалением отклонила наше любезное приглашение».

– «Самый захватывающий момент авиашоу наступил, когда миссис Йорк, жена Натаниэля Йорка…»

– Почему журналюги не используют твое имя? – поинтересовалась Хелен, помешивая ложкой в большой кастрюле, в которой тушились овощи.

– Так уж у них повелось. – Я налила порцию вермута в кувшин с джином. – Да мне и, признаюсь, нравится быть замужем за Натаниэлем.

– А станешь ли ты настаивать на том, чтобы в газетных статьях использовалось твое нынешнее имя после того, как Деннис попросит тебя выйти за него замуж? – Бетти помахала перед Хелен газетой. – Ведь ты станешь миссис Чиень.

– Не поняла, о чем речь. – Я, на время отставив приготовление мартини, обратилась к Хелен: – У тебя, оказывается, есть кавалер?

Та, зажав в одной руке ложку, уставилась на меня и беззвучно, одними губами произнесла слово.

– Кавалер? – немедленно подхватила произнесенное мною слово Перл. – Это по-французски вроде бы значит «парень». И почему мы о нем ничего еще не знаем?

Хелен сначала закатила глаза, а затем снова уставилась в кастрюлю с овощами. Нехотя произнесла:

– Только потому, что он – китаец, вовсе не значит, что мы с ним встречаемся.

Я моргнула.

– Подожди. Деннис Чиень? Тот, что из инженерного отдела? Да он же – рохля рохлей.

– Мы. Не. Встречаемся. – Хелен развернулась и указала мокрой ложкой на Бетти. – А ты, раз взялась, читай уж статью до конца.

– Да, да, мэм. – Бетти сделала приличный глоток из своего стакана с мартини и, снова поднеся к глазам газету, продолжила: – «Самый захватывающий момент авиашоу наступил, когда миссис Йорк, жена Натаниэля Йорка, врезалась в стаю диких гусей и двигатель ее самолета заглох».

Я вздрогнула и, взглянув на Имоджин, обронила:

– По-прежнему сожалею о случившемся.

– Да уж, уверена, что полет стаи гусей ты не контролировала. – Имоджин покачала головой. – К тому же ты сполна оплатила ущерб, так что… Так что просто расслабься.

Хелен фыркнула.

– Удачи тебе в том, чтобы заставить ее не чувствовать себя виноватой хотя бы в чем-нибудь.

Подняв руку, я заявила:

– Я – еврейка. – Именно потому, что я не хотела, чтобы кто-то думал, что мы, евреи, скупы, я и настояла на том, чтобы мы с Натаниэлем возместили ущерб, хотя такой поступок и полностью уничтожил все наши сбережения. – Кроме того, я еще и южанка. Получается, что платить долги сполна закодировано в моей ДНК.

– Попробуй хоть иногда быть католичкой, – предложила мне от плиты Хелен.

– Дельное предложение. – Перл кивнула. – А то я оказываюсь в чем-то виноватой лишь оттого, что сижу здесь рядом с тобой, Элма.

– Да не отвлекайтесь же вы на пустяки! – вмешалась Бетти и помахала газетной вырезкой над головой. – Главное сейчас то, что моя статья попала в Ассошиэйтед Пресс, из чего следует, что ее перепечатали все крупные газеты и уже прочитали миллионы. Так что нам теперь самое время планировать свой следующий шаг.

Сабиха Гекчен подняла руку.

– Еще одно авиашоу? Пользуясь популярностью. Да?

– Может быть, мы могли бы повторить свой успех в другом городе, – предположила Ида. – Допустим, в Чикаго или Атланте.

Кивнув, я добавила льда в кувшин с мартини.

– Или в Сиэтле. Натаниэль разговаривал с руководством «Боинга» об их заправщике KC-135. И нет, к сожалению, управлять таким мы не сможем, но все же… Даже если «Боинг» лишь одолжит нам одну из первых своих серийных моделей для статической демонстрации на поле, это привлечет к нам значительное внимание.

Бетти покачала головой:

– Лица, принимающие решения, находятся здесь, в столице. И нам следует что-то сделать именно здесь. Например, транслировать авиашоу по телевидению. В прямом эфире.

Я чуть не уронила поднос со льдом.

Сталкиваться после авиашоу с многочисленными репортерами было для меня весьма тяжко, а уж предстать в прямом эфире, транслируемом на всю страну?..

Нет уж, спасибо! Только без меня!

– А как насчет шоу Дайны Шор? – Перл хлопнула в ладоши. – У нее частенько бывают самые разные гости.

– И она, замечу я, миссис Йорк, – тоже еврейка. – Бетти наклонилась ко мне через стойку. – Как тебе она? Хочешь, попытаюсь протащить тебя на ее шоу?

– Почти уверена, что для попадания туда мне придется петь. – Я, помешивая мартини, смотрела на кувшин. Джин охлаждался, и на стенках кувшина собирался конденсат. – Петь ни на каких телешоу я не намерена, а участие готова принять лишь в следующем авиашоу. Может, на шоу Дайны Шор меня заменишь ты, Ида?

– Почту за честь, а поскольку я – черная, то, разумеется, и петь умею.

– А у Дайны Шор разве был когда-нибудь чернокожий гость? – прозвучал чей-то голос.

Я вытащила ложку из кувшина.

– Поднимаю более насущный нынче вопрос… Кто еще хочет мартини?

Захотели, разумеется, все, а что до меня, так я сразу налила себе двойную порцию.

* * *

Перед нами стояла все та же сложнейшая цель – достижение Луны.

Я работала над серией расчетов для орбитального сближения. Теоретически все необходимые для коррекции курса данные могли бы постоянно и своевременно приходить на космический корабль с Земли, да только радиосвязь не обещала быть непрерывной, и оттого требовалось, чтобы астронавты в любой точке своего нахождения могли бы принимать решения самостоятельно. Если бы