Ночь пламени - Амелия Ламберте

руке представилась мне даже слишком легко. Правда, без доспехов, а в том же охотничьем костюме. Воображение быстро нарисовало, как ее покрывает прозрачная переливающаяся чешуя дракона и как Лимирей легко отражает удар меча противника своим клинком…

Я тряхнул головой и усмехнулся, а потом немного помрачнел, снова прочитав последнюю строчку.

– У меня как-то с этим не сложилось. Порой попадались интересные девушки, с ними было легко и приятно общаться, даже можно было выпить, но как только отношения заходили дальше, они начинали от меня что-то требовать: то подарков, то внимания, то того и другого сразу… Я не люблю, когда на меня давят. Считаю, что если кто-то хочет сделать кому-то подарок, то это должно идти от сердца, а не от чувства долга или приличий, например. Праздник – это скорее лишний повод порадовать близкого человека. Самые долгие и серьезные отношения сложились у меня во время работы в Столичном городе. Амаэль была интересной, только вот потом…

Я поморщился.

– Не знаю, что она себе вбила в голову, но она стала постоянно за мной следить. Даже духов подговаривала для этого. Мне это вскоре надоело, и я вызвал ее на откровенный разговор. Скандал был жуткий… Она решила, что если я по работе допрашиваю девушек, то все непременно заканчивается тем, что я с ними сплю. Нет, до такого же еще додуматься было нужно! – возмутился я. – В общем, разошлись мы с ней. Любимая работа мне была намного дороже этих сомнительных отношений.

Лимирей улыбнулась. Кажется, ее эта история позабавила.

– Короче, надоело мне это все, – устало выдохнул я. – Решил пока побыть одиноким холостяком.

Я загрустил и опустил взгляд. Нет, я не чувствовал себя одиноким, но иногда что-то накатывало и хотелось, чтобы дома меня ждал кто-то, кроме домового, а возня в комнате хоть иногда нарушала тишину… Но мои иллюзии развеивались, стоило представить себе образ очередной скандальной дамы.

На этом наш разговор в ту ночь закончился. Лимирей отправила меня спать, но перед тем как закутаться в две куртки и залезть в спальник, я увидел, как она к чему-то прислушивается. Интересно, вампиры слышат так же, как и люди? Или намного лучше?

Поднялась метель. Костер не сдувало, но приходилось следить, чтобы пламя ненароком не перекинулось на хвою. А еще я видел, как Лимирей сидит напротив и качается, будто вот-вот упадет. Глаза у нее закрывались.

– Лимирей, тебе надо поспать, – твердо сказал я и выбрался из спальника. – Нормально выспаться. Ты же еле сидишь!

Она подняла на меня глаза. Но ее взгляд был устремлен не на меня, а куда-то сквозь.

Я поднялся на ноги и присел рядом с ней. Лимирей тут же положила голову на мое плечо. Или просто уронила? Я так и не понял.

– Так, давай забирайся под ель! Я подежурю у костра.

Лимирей только слабо мотнула головой, но я уже не слушал ее отказов. Быстро расчистив снег под елью, я оборудовал лежанку, сломав несколько хвойных лап, которые так и норовили залезть в костер. Затем развернул спальник и уложил в него Лимирей, положив ей под голову рюкзак. Кажется, она заснула даже раньше, чем я закончил. Я с облегчением выдохнул. Только вот…

Я принюхался. Мне показалось или от нее как-то странно пахнет? Будто озоном после грозы…

Этот аромат мне был знаком по одному делу: один аристократ был так недоволен работой своих подчиненных, что поил их «Энергетиком». Естественно, люди не выдерживали такой напряженной работы и умирали. Один такой труп попал в морг, и мы принялись за расследование. Я столкнулся тогда с этим зельем впервые и сразу обратил внимание на необычный запах. Так пах воздух после грозы. В затхлом помещении посреди зимы мне показалось это неестественным, и я обратился к магу-судмедэксперту. Он-то и рассказал мне об «Энергетике» и его свойствах. Организм перенасыщался другой модификацией кислорода – озоном, – и люди из-за этого умирали.

Позже мы нашли еще несколько трупов. От них не пахло озоном, но вскрытие показало, что они тоже умерли от перенасыщения кислородом. Связать одно с другим не составило труда, и нам дали ордер на обыск. В особняке того аристократа мы нашли свидетельства о том, что он часто делал заказы на большие партии «Энергетика». Допрошенные алхимики сразу сдали своего заказчика. Им влетело по приличному штрафу за подобное, а аристократа взяли под стражу на приличный срок. Он прекрасно знал о побочном эффекте зелья, хотя и пытался сделать вид, что ему не было ничего о нем известно. Он совершил преднамеренное массовое убийство, и только связи в высших кругах помогли этому типу избежать смертной казни. Так это дело и закончилось. А запах озона еще долго меня преследовал.

Я наклонился ближе к Лимирей и втянул носом воздух. Он смешался с запахом трав, но аромат озона все еще чувствовался.

– Лимирей!

Меня пронзил холодный страх. Я тряхнул Лим за плечо, но она не отреагировала.

Я коснулся шеи Лимирей, прощупывая пульс. Его не было.

Сердце бешено заколотилось. Так, Дэн, спокойно! Это человека «Энергетик» способен убить… А вампира? Лимирей не стала бы принимать ничего такого, если бы знала, что это может ее убить. Ох, никаких нервов с ней не хватит!

Великие Духи, почему люди уничтожили все знания о вампирах?! Мне бы они сейчас ой как пригодились.

Я присел рядом с Лимирей, не желая оставлять ее одну.

Буря тем временем начала усиливаться. Ветер трепал деревья, бросал пригоршни снега в неровно игравшие языки пламени, пытался выстелить огонь по земле, но ели слишком тесно сомкнулись вокруг нашего островка и не позволяли потокам холодного воздуха разгуляться.

Тут о себе напомнил голод. Идти предстояло еще пару дней, а мои скромные запасы уже заканчивались. Да, Лимирей несколько проще в этом плане: высосала кровь из оленя или зайца и пошла дальше.

Надо будет ее попросить, чтобы она кого-нибудь поймала. Хотя я очень неловко себя чувствовал от того, что в нашей компании добытчицей была именно Лимирей.

Я затушил костер, припорошив его снегом, а затем улегся рядом с Лимирей и крепко ее обнял. Она по-прежнему не дышала. Ее тело уже стало остывать, но страха я не испытывал. Я был уверен, что она очнется. Алхимик она, леший ее забери, или кто? Наверняка она лучше знает, что способно ее убить.

С такими мыслями я накрыл нас пушистыми ветками и закрыл глаза. Я и сам не заметил, как провалился в сон. Где-то в глубине сознания мелькнула мысль, что Лимирей может проснуться голодной, и