Ночь пламени - Амелия Ламберте

я. – Не волнуйся, твоя тайна останется со мной, – произнес я, увидев в глазах Лимирей неподдельный ужас. – Да, еще они просили изготовить зелья. Сказали, список такой же, как и всегда.

Повисло напряженное молчание.

Я не верил, что Лимирей – кровожадный монстр. Она была похожа скорее на загнанного зверя, который мечется по арене, пытаясь найти выход.

– Просто расскажи о себе, – выпрямился я, искоса поглядывая на двух волков, которые улеглись спать неподалеку от нас.

Лимирей понурила плечи и потянулась к сумке. Она достала лист бумаги и перо и нацарапала им:

«Что ты хочешь знать?»

– Все, – просто сказал я и задумался. – У меня в голове не вяжется твой образ и древние кровавые легенды, – честно признался я. – Если тебе надо пить кровь, то как часто? И… – Я потер переносицу, чувствуя, как к щекам приливает кровь. Наверное, задавать такие вопросы вампирам подобно самоубийству, но все же я рискнул: – Ты ведь не убиваешь людей? Хотя, если бы ты это делала, тебя бы уже нашли, – пробормотал я. – Тебя кто-то сделал вампиром? Это многое объяснило бы.

Лимирей выслушала мой поток вопросов, меняясь в лице после каждого из них. Если на первые два она сердито нахмурилась, то в ответ на остальные посмотрела на меня с иронией.

Лимирей наклонилась над бумагой. Она долго писала что-то на коленке. Я уже не знал, чем себя занять, чтобы удержаться от желания подглядеть в ее листок. Наконец она протянула его мне.

«Я уже давно не пью кровь. Николас изобрел для меня зелье, которое ее заменяет. Одного флакона хватает дня на три. Если я сильно поранюсь или что-нибудь сломаю, все заживет быстро, но тогда флакона хватает на день. Я сама готовлю это зелье, но, когда ингредиентов не хватает, а жажда огнем жжет вены, я пью кровь животных. Обычно такое происходит, когда я занимаюсь сбором. Людей я не трогаю, стараюсь держаться от них подальше. Николас меня принял такой, вырастил… А вот люди? По закону меня должны казнить. Поэтому мои родители и погибли. Кто-то узнал, кто они… Я хорошо запомнила этот урок. Я не становилась вампиром, я родилась такой. Если и возможно кого-то сделать таким, как я, то я не знаю как. Может, и хорошо, что не знаю. Убила я лишь однажды. Мне тогда было очень плохо. После этого я ушла. Люди начали подозревать, задавать вопросы.

Николас тоже молчал. Он решил, что мой секрет даже ты можешь узнать, лишь если я сама решу рассказать тебе. А я не хотела тебя в это втягивать. Думала, так будет лучше для тебя. Прости. Я понимаю, что этого слова мало. И спасибо, что занялся расследованием. Надеюсь, поджигатель сам сгорит в пламени Великого Духа огня».

Я отложил лист и крепко задумался. В тишине потрескивал костер. Лимирей выбрала очень удачное место – ели защищали полянку от ветра со всех сторон.

Что ж, это хотя бы что-то объясняло. Но все равно было обидно. Обидно, что она решила все за меня.

Легче мне стало только от того, что людей она не трогает. И даже не пьет кровь. Выходит, не такой уж и кровожадный вампир сидит рядом со мной.

– Ты так и не сказала, куда направляешься, – негромко заметил я. – Ты писала о безопасном месте….

Лимирей кинула на меня быстрый взгляд, выхватила у меня из рук листок и быстро написала:

«Ты зелье пил?»

Вопрос был настолько неожиданным, что я не сразу вспомнил, о каком зелье она спрашивает. Пока я думал, как найти Лимирей, такие мелочи совершенно вылетели у меня из головы.

Лим, похоже, все поняла по моему выражению лица и дала мне довольно болезненный щелбан.

– Я взял его с собой! – возмутился я. – Просто так торопился тебя найти, что совсем о нем забыл! Да и чувствую я себя хорошо.

Лимирей недоверчиво на меня взглянула. Вид у нее был строгий, словно у матери, которая допрашивает нашкодившее чадо. Великие Духи, в какой момент мы успели поменяться местами? Это я должен устраивать ей допрос, а не наоборот!

Лимирей тем временем набрала в небольшой котелок снега и повесила его над костром. Ну вот! Кажется, меня сейчас будут насильно отпаивать зельем. Впрочем, подобную заботу она уже проявляла, когда жила у меня несколько дней.

Словно в подтверждение моих мыслей Лимирей требовательно протянула ко мне руку. Я закатил глаза и поднялся с места, чтобы взять рюкзак. Я принес его обратно к поваленному дереву, служившему нам скамейкой, и принялся перебирать содержимое в поисках баночки с зельем. Как только я нашел ее и взял в руки, Лимирей забрала ее и бережно положила в свою алхимическую сумку. Я только сейчас обратил внимание, что у нее был еще и огромный рюкзак. Интересно, не тяжело ей все это таскать?

– Насколько ты сильнее человека?

Лимирей кивнула на ближайшую ель, а затем сравняла с ней ладонь и показала, как дерево падает. Я перевел это для себя как: «Вон ту ель вполне смогу своротить».

– А волки?

Лимирей усмехнулась и забрала у меня лист.

«Это Райли и Ами. Я их подобрала еще щенками. Мне надо было пройти кое-где. Леший пропустил, но в благодарность попросил присмотреть за этими двумя. Они давно на воле бегают – лет пять, наверное. Но иногда мы встречаемся и путешествуем вместе».

– Понятно, – пробормотал я, вспомнив, как Николас жаловался на то, что его подопечная таскает слишком много диких животных к ним домой. – А Лекса здесь?

«Я ее не видела. Только следы попадались».

– Дай угадаю, – медленно проговорил я, вспоминая наше шебутное детство. – Ты смогла стать Собирателем, потому что духи к тебе всегда были благосклонны?

Лимирей с некоторым удивлением кивнула и перевернула исписанный лист чистой стороной вверх.

«А еще потому что торговцы заламывали за ингредиенты слишком высокие цены. Да и с духами мне всегда было проще, чем с людьми. С ними мне не нужно скрывать свою сущность. Они меня не боятся и даже принимают за свою. Дали прозвище „Дух крови“. С ними несложно договориться».

Я бы так не сказал. Некоторые люди после личного знакомства с лешими приходили из лесов седыми и до ужаса запуганными. Да и духи не всегда были доброжелательны к людям.

– И все-таки, что за «безопасное место»? – предпринял я очередную попытку выведать маршрут Лимирей. – И не смотри так, я иду с тобой!

Она