Монстер Хантер Интернейшнл - Ларри Корейя

главным корпусом. В основном сабы или пассажирские фургончики. Мы точно вернулись уже не первыми. Стол администратора пустовал. Короткая записка от Доркас гласила, что она «уехала в Форестдейл с ребятами немножко поубивать упырьков, пудинг в холодильнике. И только попробуйте тронуть шоколадный, вас ждёт мучительная смерть».

Охотники собрались в кафе. Я не знал большинство из них. Интересная собралась команда. Большинство давно скинули броню по углам и пытались урвать столько отдыха, сколько вообще получится. Некоторые ещё ходили в броне, в основном те, кого за день ещё недостаточно измазали всякие телесные жидкости ходячих мертвяков.

Логотипы команд, помимо знакомого рогатого смайлика включали довольно широкий набор. Были совсем мультяшные — робот-убийца Скад, огнедышащий кабан, Самурай Джек, и что-то вроде гибрида акулы с осьминогом. Но были и логотипы с претензией — пробитый ножом череп с зубами вампира, стилизованный дракон, пара скрещенных «калашей» и «Крик» Мунка. Объединяла их все только гамма из чёрного и оливкового цветов.

Кто-то ел, пытаясь урвать на ходу калории. Большая группа собралась у телевизора, где продолжали смаковать массовую истерику вокруг отменённых пяти минут, но большая часть просто чистила оружие или затачивала выщербленные клинки. Кто-то включил им фоном плеер с классикой рока.

— Эрл! — крикнул мужик с длинным хвостом волос и логотипом «Харли Дэвидсон» на груди. — Народ! Харбингер пришёл!

Охотники прекратили свои дела, и немедленно собрались вокруг нас. Многие с вопросами.

— Спокойно! — прогрохотал Харбингер. — Как только все прибудут, устроим нормальную планёрку. Статус? Кого нет?

Байкер начал загибать пальцы, дублируя имена. Знал он тут, похоже, всех. — Потерь за день нет. Большинство вампиров так и не поняли, что их убило. Мы их штабелями укладывали. Бун здесь, но взял на себя охрану периметра. Ван Зант, Пакстон и Майорга отзвонились в дороге. Эддингс только что выполз из какой-то шахты, говорит, что приедет сильно затемно. Будет последним.

— Ну да, типа не получил сообщения, засранец, — сердито буркнула Джулия. — Вот говори им после этого не оставаться в дыре с вампирами ночью!

— Чокнутый ублюдок, — восхищённо кивнул Сэм.

— А где мой... — Харбингер запнулся. — Где Босс?

— Звонил пятнадцать минут назад. Он с новичками задал жару в Форестдейле. Уже едут. Судя по голосу, он просто счастлив.

— Не удивляет. Столько лет никого толком не убивал. Спасибо, Филипс, — Харбингер хлопнул мужика по спине и повысил голос на весь зал. — Вам, ублюдкам, лучше бы что-то для меня оставить! Я не жрал!

— Фред готовит ужин, он же бывший шеф-повар, — откликнулся кто-то из людей с драгоценным шоколадным пудингом Доркас в руках. — Но вообще там ещё осталось немного быстрого перекуса в холодильнике.

— Обречённый ублюдок, — тихо пробормотал Сэм. Я просто тихо надеялся, что к моменту их встречи Доркас закроет дневную норму боли и насилия вампирами.

— Эй, шеф! Мы тут вообще-то извелись уже, — добавил Филипс. — Ходят слухи, что вы как-то причастны к тем пяти минутам. Что за дела?

— Это кто вообще сказал?

— На зашифрованных каналах федералов обсуждают. Демоническая бойня в Нэтчи Боттом, — сказала незнакомая женщина. Я только порадовался, что взлом закрытой правительственной связи в этой компании, похоже, никого даже не беспокоит.

— Да, мужик, там какую-то срань несут, — добавил невысокий охотник. — Типа весь мир просто спятил.

Многие согласно кивнули. В телевизоре показывали толпу перед оградой Белого дома. В новостной строке упоминали особый режим противодействия терроризму и военное положение на всей территории юго-востока США.

— Ну, про это мы тоже поговорим. Но придётся дождаться всех. Я устал и больше одного раза эту историю рассказывать не буду, — Эрл потянулся за сигаретой. Трое охотников протянули зажигалки. Все охотники слишком уважали Харбингера, чтобы просить его не курить в кафе. — Кто-нибудь, притащите мне что-то горячее, и при жизни бывшее коровой. Это приказ.

Он наклонился, запалил сигарету и жадно затянулся.

— Адский выдался денёк!

С Харбингером по этому вопросу я был полностью согласен. Команда Эрла разошлась по старым знакомым. Я бросил снаряжение на пол и отправился на поиски еды. Я проголодался, устал, у меня всё чесалось, саднило, а пиявки и клещи размером с палец вытянули из меня добрых полбанки крови. Но я всё же оставался джентльменом в достаточной степени.

— Джулия, тебе с кухни что-нибудь принести?

— Погоди, я с тобой сама пойду, — она бросила снаряжение рядом с моим и первая ухватилась за двустворчатые кухонные двери. Я последовал, громко урча желудком, на запах чего-то жареного. В присутствии еды я чувствовал себя голодным зомби. Джулия ухватила меня за руку, потянула за собой, и, махнув на ходу нескольким охотникам, поглощённым работой за плитой или копающимся в холодильниках, утащила в отнорок[95] за отдельной дверью.

— Что такое? — спросил я, косясь в сторону кухни. После всего, что произошло, человеку моих габаритов нужно хотя бы 4500 калорий. Она торопливо повела меня за собой по лестнице на второй этаж. Эту дорогу я не знал вообще, так что послушно шёл следом.

— Мы сегодня умерли.

— Угу. Я так даже не в первый раз. Но всё равно ни капли с этого не легче.

Она встала, кинула беглый взгляд по сторонам, и убедилась, что мы одни. Повернулась довольная и заглянула мне в глаза.

— После такого как-то задумываешься. Когда всё происходит настолько рядом и всерьёз. Правда?

— Ну, типа, — я чувствовал себя изрядно смущённым.

— Ты нас всех спас. Я не знаю, как, но ты особенный. И я не могу это объяснить.

— Это ты особенная. Я с первой нашей встречи это понял, — искренне ответил я.

— Та же фигня. Только я даже объяснить её себе не могла тогда.

— Правда? — вот это меня искренне удивило.

— Да. Правда. Слушай, всё так внезапно, но ты сказал, там, на болоте, когда, ну, заслонил меня собой, — я тут же вспомнил, как инопланетное копьё пробило мне сердце. — Ты же это всерьёз?

— Ну, я, это, типа... — ответить искренне я боялся.

— Потому что если нет, я это пойму, — зачастила она. — Напряжённый момент, и я не хочу типа слишком торопиться, или чего-то в этом роде. И вся эта фигня с моей семьёй, и, ну, — пропажу Гранта она не вспоминала, но совершенно искреннее чувство вины запросто читалось