Вычисляя звезды - Мэри Робинетт Коваль

квартиру за одеждой для нас обоих послал водителя, а еще попросил его прихватить и твой рецепт? Так он, несомненно, и есть источник информации Паркера, а больше ведь некому.

Так получается, что мой секрет известен не только Паркеру, но еще и по крайней мере водителю. И как долго… Сколько времени в таком случае еще пройдет до того, как новость о том, что я на регулярной основе принимаю «Милтаун», попадет в газеты? А потом меня уж точно взашей вышвырнут из Программы. Непременно вышвырнут! Вопрос теперь стоит лишь как скоро!

Мой желудок скрутило, и я с великим трудом поднялась на ноги и, пошатываясь, добралась до туалета. Скорчившись там на кафельном полу, я обхватила обеими руками унитаз, и меня в него и вырвало. Подошел Натаниэль и, устроившись прямо на полу позади, обнял меня за плечи.

И я ненавидела себя. Папа был бы разочарован мною, поскольку я не выдержала оказанного на меня незначительного, по его мнению, давления. Да и вообще, если мне не по силам справиться с текущим, земным стрессом, то, похоже, и участвовать в космической Программе не следует. Я была глупа и слаба, и то, насколько усердно я работала, значения не имело, поскольку во мне постоянно жила моя исконная болезнь.

Натаниэль наполнил стакан холодной водой и протянул мне.

– Никому не позволю причинить тебе боль.

Горло у меня саднило, и я, приняв из рук мужа стакан, прилично отхлебнула из него. Затем, прислонившись спиной к ванне, сиплым голосом поинтересовалась:

– Каким именно образом?

– Сам пока не знаю. – Он провел раскрытой ладонью по моим волосам и вниз по спине. – Но уверен, вскоре разберусь.

Натаниэль встал и открыл аптечку.

– Нет, – запротестовала было я.

Не обращая на меня внимания, Натаниэль достал бутылочку «Милтауна» и присел передо мной на корточки.

– Элма… Тебя тошнит, и ты чувствуешь себя несчастной? Так именно этого, очевидно, Паркер и добивается.

– Я не… – От боли в горле мой голос сорвался, но я спустя несколько секунд усилием воли все же закончила: – Я в том вовсе не уверена.

– Тогда позволь мне рассказать тебе то, что вижу я. – Натаниэль, устроившись на полу рядом и тоже прислонившись спиной к стенке ванны, обнял меня одной рукой за плечи и притянул к себе, в другой же у него по-прежнему был зажат пузырек с таблетками.

– Ладно уж, излагай.

– Тебе лучше. С этими пилюлями тебе несравненно лучше. – Он встряхнул флакон так, что таблетки в нем зазвенели. – Я так… Так беспокоился о тебе, прежде чем… До того, как ты стала их принимать. Я слышал, как тебя частенько рвало. И ты почти ничего не ела. Мы вместе ложились в постель, но ты не спала. И ты не делилась со мной своими проблемами. Я полагал, что ты – беременна, но потом… Помнишь, тогда в моем кабинете?.. Я действительно испугался за тебя тогда. А прямо сейчас? Сейчас я уверен, что Паркер намеренно усложняет твою жизнь, заставляя тебя отказаться от средства, которое тебе действительно помогает… И будь он сейчас поблизости, я бы его что есть силы ударил.

Последнее его заявление совершенно не вязалось с характером моего мужа, но произнесено оно было столь будничным тоном, что меня невольно разобрал смех. Вытирая выступившие вдруг слезы тыльной стороной ладони, я посмотрела на Натаниэля, но глаза его оказались плотно закрытыми, а между бровями явственно обозначилась глубокая складка.

– Ты… Ты не шутишь?

Он неторопливо глубоко выдохнул.

– Нет. – Перекатывая бутылочку в пальцах, Натаниэль покачал головой. – У меня никогда прежде не было столь сильной тяги к насилию. Если бы я оказался в нужное время в нужном месте, то, несомненно, ударил бы его. Ну а уж потом он бы, разумеется, из меня всю дурь вышиб.

При каждом вращении флакона маленькие белые таблетки внутри с дребезгом перекатывались, и едва слышный стук их сулил укутать меня простынкой спокойствия.

– Ума все же не приложу, как мне должно поступить, – призналась я.

– Полагаешь, проблемы, сами собой сгинув, перестанут довлеть над тобой?

– Хотелось бы, да только такое навряд ли случится.

Тяжело вздохнув, я прижалась к Натаниэлю и свернулась калачиком. Он крепко обнял меня и положил свою щеку мне на макушку.

– Вот что я, дорогая, думаю. Ты станешь отныне и впредь, пусть и с помощью пилюль, пребывать в полном здравии, а с Паркером мы уж как-нибудь да разберемся. Разберемся, разумеется, вместе, хотя и чуть позже. Пока не знаю, как именно, но уверен, что мы его вместе одолеем.

– С чего такая уверенность?

– А с того, что мы с тобою вместе уже пережили конец света. – Он поцеловал меня в затылок. – Да и к тому же ты, не забывай, – моя Леди-Астронавт.

* * *

Я проследовала за горничной Николь в гостиную, где, как оказалось, неторопливо жевали закуски и потягивали коктейли большинство членов «Девяносто Девятых». К сегодняшнему сборищу присоединились даже Хасира и Сабиха, но ни Бетти, ни Виолетту я к своему удовольствию здесь не узрела.

– Извините, что опоздала. Телефонный разговор вопреки всем моим стараниям прервать без грубости никак не получалось.

– А как ты, моя разлюбезная, поживаешь? – Поднявшись с подлокотника дивана, мне навстречу поспешила Николь. – Начнешь, надеюсь, с мартини?

– Поживаю я ничего себе. И от мартини для разгонки, разумеется, не откажусь.

Близкое знакомство с женой сенатора было вообще приятно, а дополнительную ценность ему придавало еще и то, что в доме Уоргинов недостатка в выпивке никогда не наблюдалось.

Из своей сумочки «Милтаун» я уже давненько выложила, но все же от него окончательно не избавилась, поскольку сам факт его наличия, пусть и не с собой и не сейчас, пусть даже и только дома в аптечке, уже сам по себе ощутимо снижал напряжение, вечно возникающее в минуты неуверенности.

Хелен, все еще держа в руке руководство, которое только что изучала, опрометью пересекла комнату и обняла меня.

– Скучала по тебе.

– Я тоже. Раза два, признаюсь, проходила мимо вычислительного отдела после своего «повышения», да только зайти всякий раз мне казалось как-то неловко. Может, в ближайшее время поужинаем вместе? А что ты читаешь?

Она пожала плечами:

– Да всего лишь штудирую расчеты орбитальных траекторий. В общем-то основы основ.

– Основы для вас обеих! – Николь со смехом протянула мне мартини. – А некоторым из нас с этими основами еще бороться и бороться.

– На этом-то наша торговля изначально и строится. Ты раскрываешь мне тонкости прохождения теста на симуляторе, а я на наглядных примерах учу тебя приемам вычисления орбит. – Я подняла свой бокал. – И если