Гимназист. Проигравший - Владимир Лещенко

Творчество Тургенева, Лермонтова, Гоголя, Гончарова, Кольцова, Грибоедова и многих других литераторов развивалось под воздействием его мощной поощряющей и направляющей критики.

Некрасов прямо признавался в том, что его творчество было сформировано под влиянием бесед и поучений Белинского: «Моя встреча с Белинским была моим спасением».

Когда Белинский высказал своё восхищение романом Достоевского «Бедные люди», это стало незаменимым напутствием автору. Вспоминая тот эмоциональный заряд, который сопутствовал ему всю жизнь, Достоевский писал: «И неужели вправду я так велик… Я припоминаю ту минуту в самой полной ясности. И никогда потом я не мог забыть её. Это была самая восхитительная минута во всей моей жизни. Я в каторге, вспоминая её, укреплялся духом».

Первоначально комедия Гоголя «Ревизор» была прохладно встречена в Петербурге. Но Белинский на страницах «Телескопа» вынес свой вердикт:

«Гоголь владеет талантом необыкновенным, сильным, высоким».'Неизвестно, что стало бы с автором, впечатлительным до крайности… Можно думать, что Белинский уяснил Гоголю его предназначение и открыл глаза на самого себя.

В своих идейных поисках Белинский самостоятельно вплотную подошёл к социалистическим идеям и материализму. Работы Маркса и Лассаля он встречал как «революционное слово» единомышленников.

«Идея социализма… стала для меня идеей идей, бытием бытия, вопросом вопросов, альфою и омегою веры и знания. Всё из неё, для неё, к ней. Она вопрос и решение вопроса»., — писал Белинский в 1841 году. — за тридцать лет до Парижской Коммуны и за двадцать — до Великих Реформ… Известна меткая оценка, которой Белинский заклеймил плутократию: «Я сказал, что не годится государству быть руках капиталистов, a теперь прибавлю: горе государству, которое в руках капиталистов».

Известный реакционер князь Вяземский писал о деятельности критика: «Белинский — ничто иное, как литературный бунтовщик, который за неимением у нас места бунтовать на площади — бунтовал в журналах». Нет! — порывисто отвечал неведомый автор — Виссарион Григорьевич не бунтовщик — он просветитель указывающий на пороки — будь то общественные и литературные. Путь Белинского, это непрерывное самоотверженное искание истины, и именно Белинский вывел русскую общественную мысль из тёмных лабиринтов голой абстракции на дорогу реализма…'

Вздохнув попаданец отложил книгу…

Узнал за пять минут новое о русской литературе… И не только о ней… И воистину как говорили древние — «Во многия мудрости — многия печали…». Умные же люди все давно понимали и про капитализм и про плутократов… И чего? Надежды станут прахом, вера развеется, а государства не просто отдадут капиталистам, но еще и с приплатой… И вспомнил классика — «Насмешкой горькую обманутого сына над промотавшимся отцом…»

— Вот так господа, — обратился он к мелкотравчатым «мыслителям» своего времени… Изгадить и высмеять великие идеи и великих людей вы постарались — а что дали взамен? Вибраторы со скидкой? Увы… машины то стали у вас там лучше, а вот люди — люди хуже — и теперь у вас вместо разумных и искренних борцов и граждан — тупая п… а Анн Рэнд — она же одесситка мадам Розенбаум, нудный Оруэлл и сонм политических мошенников — а теперь и вовсе… он презрительно ухмыльнулся про себя — трансгуманисты- транспедерасты… А персонально для России — вместо космоса и прогресса мастурбация на никчемнейшего царя и поклонение жалким эмигрантам. Ну и война… И все повторится — если он не постарается… Внести что ли Анн Рэнд и Оруэлла в свой списочек Арьи Старк?

— Сперва экзамены выпускные сдать надо, — невесело усмехнулся Сергей.

* * *

* Подлинные тезисы того времени. Пусть подобные вольнолюбивые тексты не удивляют читателя — цензура зачастую была весьма либеральна — если вопрос не касался текущей политики правительства и основных принципов монархии (например свободно издавались книги Маркса, Плеханова и Герцена). Еще интереснее было явление когда например петербургская цензура запрещала то что разрешала московская — и наоборот.

Глава 4

Табак и газеты

Организм напомнил что пора подымить… Ощущая подступившую сухость во рту и тянущее легкое головокружение Сергей встал и двинулся на второй этаж в коридорчик ведший к хозяйственным помещениям. Воздух в гимназии, даже тут был пропитан запахом пыльной старой бумаги железистым ароматом чернил…

Оглядевшись — не выскочит ли педель или надзиратель? — он закурил.

Уже неделю с гаком Сергей вел войну с самим собой — с доставшейся от хозяина тела привычкой к табаку. Он попробовал было бросить сразу и резко — понадеявшись что тело еще не слишком привыкло к чертову зелью. Он просто выкинул пачку и поклялся себе больше не прикасаться к сигаретам.

Но бросить резко оказалось не так-то просто. Первая попытка закончилась головной болью, тошнотой и невыносимой раздражительностью, которая заставляла его срываться на товарищей, и постоянное, гнетущее чувство пустоты. Организм, привыкший к никотину, бунтовал он не мог сосредоточиться на уроках, его мысли путались, а сон стал беспокойным.

После нескольких дней мучений, завершившихся полной капитуляцией и выпрошенной у Курилова полупустой пачкой «Дюбека», Сергей понял: резкий отказ — не его путь. Он был слишком слаб, слишком подвержен влиянию своего тела.

Он вспомнил опять-таки статейки что писал — «Веритас» рекламировал разные новомодные средства для бросающих курить. Из материалов следовало что немедленный полный отказ от любого психоактивного вещества, к которому у человека имеется привыкание, здоровью навредит гарантированно, если не купировать абстинентный синдром медикаментозно. Чего он не мог сделать в принципе — ибо тутошние доктора были в деле сем невинны аки агнцы — короче безграмотны вчистую. Курение не считалось большим пороком — гимназистам само собой курение и табак не дозволялись — но им много чего не дозволялось.

Память подсказывала что минимум месяц нужно контролировать давление, глюкозу, плюс — какая-то заместительная терапия. И что самое худшее — когнитивные способности после резкой отмены никотина ухудшаются, причём на долгий срок. Да, критическое падение проходит быстро, за пару недель — прекращается перегрузка легких и хроническое отравление угарным газом. Пока куришь, его симптомы купируются никотином, а как бросишь, баланс нарушается. Нарушения же когнитивной и моторной деятельности, вызванные никотиновой абстиненцией, могут сохраняться долго — на протяжении нескольких лет как минимум, а иногда и вовсе необратимы, пока снова не начнёшь принимать никотин.

«Нет, так не пойдет!» — решил Сергей, глядя на свое бледное отражение в зеркале родной камеры и чуть подрагивающие руки. — «Нужно действовать хитрее. Медленно, как вода, точащая камень.»

И он начал свой «марафон отвыкания». Вместо того, чтобы докуривать сигарету до самого фильтра, он стал оставлять последние несколько затяжек. «Это как бы недокуренная