Наполеон - спаситель России - Андрей Буровский

Труп адмирала везли в Лондон в бочке с бренди. Весе­лые британцы рассказывали, что моряки тайком от началь­ства через соломинки отпивали из этой бочки. Скорее все­го, это миф — Нельсон пользовался суеверным почитанием и уважением флота и всей Британии.

Более достоверно, что перед началом Трафальгарского сражения вице-адмирал Горацио Нельсон поднял на своем флагманском корабле «Виктория» сигнал: «Англия ожида­ет, что каждый исполнит свой долг».

Эта фраза стала крылатой, ее часто цитировали по са­мым различным поводам.

После Трафальгара стало очевидно, что высадить де­сант в Британии Наполеону не удастся. Он сосредоточил­ся на сухопутной войне с Австрией.

Аустерлиц

Решающее сражение Наполеона против армий Австрии и России вошло в историю как «битва трех импе­раторов»: Наполеона, австрийского Франца II и русского Александра I Павловича.

Сражение состоялось 2 декабря 1805 г. Союзная армия насчитывала порядка 85 000 человек, из которых 60 тысяч русских и 25 тысяч австрийцев с 278 орудиями.

Общая численность французской армии, прибывшей вслед за Кутузовым в район Аустерлица, достигала 200 ты­сяч человек. При таком перевесе Наполеон боялся только одного: что союзники отступят и не дадут себя разгро­мить, и на поле боя выставил пока «всего» 73 тысячи че­ловек. Союзники и впрямь могли бы вовремя отступить, если бы М.И. Кутузов действительно мог бы командовать. Формально он и был главнокомандующим, но фактически присутствие двух императоров лишало его той власти, ко­торая должна быть у главнокомандующего. Александр I легко мог отменить решение Кутузова, навязать свое соб­ственное, одним движением руки заставить Михаила Ил­ларионовича молчать.

План австрийского генерального штаба (план Вейротера) основывался на оценке численности французской ар­мии в 40 тысяч человек, и на крайне низкой оценке полко­водческих талантов Наполеона. Этот план предусматривал, что союзники имеют и не оставят до конца стратегическую инициативу. Французы же будут только обороняться.

Кутузов знал, какова численность войск Наполеона, и не был согласен с австрийцами. Но, совершенно пара­лизованный присутствием Александра, не возражал и со­ставлял собственного плана сражения. В то же время он и не отказывался от формального руководства войсками. Так фактически и оба императора, и Кутузов разделили ответственность за поражение.

Наполеон же был осведомлен о том, что фактическое командование союзной армией принадлежит не Кутузову. Он знал, что Александр скорее всего примет планы ав­стрийских генералов. А австрийцев он бил много раз.

Наполеон предполагал, что австрийско-русские во­йска будут наступать широким фронтом, стремясь его окружить. Он сконцентрировал войска в центре, против Праценских высот. Этим он создал у австрийцев иллюзию, что они действительно могут быстро его окружить. И под­готовил свои войска для стремительного удара по центру союзников.

Союзники начали передвижения еще в сумерках. Напо­леон выждал до девятого часа и начал наступление. Здесь он сосредоточил до 50 тысяч человек против 3-4 тысяч русских солдат.

Заняв Праценские высоты, Наполеон нанес удар глав­ных сил на левое крыло союзников, охватывая его с фрон­та и тыла. Союзники начали отступление. Часть войск была отброшена к прудам и оказалась вынуждена отступать по замерзшему льду. Наполеон, заметив это движение, при­казал бить ядрами в лед.

Позже пропаганда Наполеона в бюллетенях говорила о 20 тысячах погибших. Реально их было «всего» от 800 до 1 тысячи человек[92].

Правое крыло союзной армии под командованием Ба­гратиона отступило только после того, как Наполеон на­правил против него в помощь своему левому крылу и кава­лерию Мюрата. Императоры Александр и Франц бежали с поля боя еще задолго до окончания сражения. Если верить легенде, Александр плакал, видя гибель союзной армии.

Союзные войска потеряли до 27 тыс. человек, причем большую часть — 21 тыс. — русские. Потери французов, по разным данным, составили от 9 до 12 тысяч человек.

После этой битвы австрийский император Франц зая­вил Александру о том, что продолжать борьбу бессмыс­ленно. Австрия вышла из войны, на чем и кончилась Тре­тья антифранцузская коалиция европейских держав[93].

В России поражение вызвало тяжелое чувство, потому что общественность считала русскую армию непобеди­мой (в точности как французы считали непобедимой ар­мию Наполеона).

Сражение при Аустерлице часто представляют как пример сражения, приведшего к полному разгрому про­тивника. Но, во-первых, союзная армия отступила в по­рядке, ушла со знаменами и половиной артиллерии. Она сохранилась и могла продолжать военные действия.

Во-вторых, как ни тяжело переживали поражение в России, дух армии и русского народа не упал. Поражение рассматривали не как неверность тезиса о непобедимости, а скорее как следствие австрийской измены и случайного стечения обстоятельств.

Очень характерный момент: после поражения генерала А.Ф. Ланжерона уволили со службы (скоро взяли обрат­но). Генералов И.Я. Пржибышевского и Лошакова отдали под суд. Военный суд полностью оправдал И.Я. Пржи­бышевского, и тогда его делом занялся Государственный совет. Генерала приговорили к разжалованию на месяц в рядовые, а после к отставлению от службы. Император Александр I утвердил приговор уже в 1810 году, хотя ге­нерал был совершенно невиновен[94].

Никаких претензий к Кутузову не предъявлялось.

Император Александр I является лицом наиболее ви­новным за разгром русско-австрийской армии при Аус­терлице. Но к нему не только не предъявляли претензий. 13 декабря 1805 г. Кавалерственная дума ордена Св. Ге­оргия обратилась к Александру с просьбой возложить на себя знаки ордена 1 -й степени. Но скромный Александр отказался, заявив, что «не командовал войсками», и при­нял лишь 4-ю степень.

22 ноября 1805 г. было заключено перемирие, по кото­рому русские войска должны были покинуть австрийскую территорию.

26 декабря 1805 года в Пресбурге (Братиславе) Напо­леон фактически продиктовал Австрии мирный договор. По нему Австрия окончательно отказывалась от покро­вительства германским княжествам, уходила из Северной Италии. Самое худшее для России: Австрия отдавала На­полеону Венецианскую область, а также свои балканские провинции: Историю и Далмацию.

В руках у Наполеона оказался сухопутный мост из Се­верной Италии на Балканы. Возводившаяся Российской империей система обороны Балкан, центральной частью которой был остров Корфу. Теперь Наполеон мог не плыть и вести войска по морю, а сухим путем идти на Балканы, перебрасывая туда любые контингента войск.