Битва титанов. Несущие смерть - Маркус Хайц

Тасия храбро кивнула, пытаясь взять себя в руки, но от воспоминаний о чудовище отделаться было не так-то просто.

Уложив девушку на сено, Фургас побежал прочь, ориентируясь на шум. В ночных окнах Пористы загорелись огни — грохот разбудил жителей города. Вскоре магистр догнал толпу гномов и солдат, сгрудившихся вокруг Родарио и Гандогара.

Если актеру удалось отделаться парой царапин, то королю это зловещее создание оторвало руку. Гном, потеряв сознание, лежал на мостовой, рядом с ним суетился лекарь, перевязывая предплечье.

Из ссадин и царапин Родарио текла кровь, а на теле виднелись следы ожогов от волшебных цепей монстра.

— Ужасно, — пробормотал актер, поднимая голову. — Он чуть не убил меня! Силен, словно стадо лошадей. — Родарио посмотрел на Гандогара. — Этот отчаянный гном не хотел отдавать бриллиант и даже напал на это чудовище. Но оно набросило ему на руку цепь и… — Побледнев, он закрыл рот ладонью. — Мне лучше не думать об этом.

— Куда оно направилось? — спросил один из солдат.

— Не знаю, — Родарио махнул рукой на крыши. — Оно подпрыгнуло вверх и исчезло. Забралось на тот дом и поскакало дальше. Вам его не догнать. Оно наверняка уже за городскими стенами.

В сопровождении гвардии появился король Брурон.

— Соберите совет, — правитель Гаурагара понял, что опоздал. — И приведите ко мне Тунгдила Златорукого. Нам нужен новый план, и лучше бы нам поторопиться, если мы хотим спасти Потаенную Страну. Нет никаких сомнений в том, что теперь у Бессмертных все бриллианты, — выругавшись, он побрел назад к шатру.

Фургас помог Родарио подняться.

— Что с Тасией?

— Все в порядке, только плечо оцарапала, — успокоил друга магистр.

— Невероятно. — Родарио посмотрел на крыши домов, словно ожидая увидеть там чудовище. — У меня в реквизите был настоящий бриллиант, а я этого не заметил, — он грустно рассмеялся. — Вот я глупец! Не смог отличить бриллиант от горного хрусталя.

— Не печалься, — Фургас ободряюще хлопнул его по плечу. — Ты же не знал, как выглядит волшебный бриллиант. Да и знай ты об этом, нападение чудовища все равно было неизбежно.

Вздохнув, актер молча кивнул.

— Эй, будьте поосторожнее, вы, растяпы! Не отбейте ему нос! — прикрикивал на свой отряд Боиндил. — А то как расколдуется, тут же превратит вас всех в лепреконов!

Гномы, тащившие статую, рассмеялись. Они обливались потом от натуги, но старались нести окаменевшего мага очень осторожно.

И тут ночь взрезал сигнал горна. В Пористе настали беспокойные времена.

— Что все это значит? — буркнул Бешеный. — Им не понравилась пьеса и теперь они решили устроить охоту на нашего актеришку?

Послышался тихий мелодичный звон. Возникнув словно из ниоткуда, вокруг шеи Ризавы обернулась тонкая железная цепь, светившаяся зеленым.

Девушка подняла руки, пытаясь высвободиться и избежать удушья, но уже через мгновение кожа, плоть и позвонки поддались нажиму, словно трухлявое дерево. С липким неприятным шлепком голова Ризавы упала на мостовую, а тело продолжало стоять. Из развороченного горла фонтаном била кровь.

— Отступить к стене! — Отпрыгнув в сторону, Тунгдил прижался к каменной кладке, чтобы цепь не могла обмотаться вокруг него. Подняв Огненный Клинок, он посмотрел наверх.

— О, лягушонок! — прорычал Боиндил. — На этот раз тебе от меня не уйти! О, я вырву твои жабьи лапки и заставлю ползать передо мной, пока ты не подохнешь! Ты поплатишься за то, что лишил меня бороды.

Существо прыгало по крышам то вправо, то влево, словно поддразнивая гномов.

— Что ему нужно? — Года не спускала с чудовища глаз.

Тунгдил посмотрел на обезглавленное тело Ризавы.

— Должно быть, чудовища почуяли, что Потаенной Стране есть на что надеяться, — повернувшись к Дергарду, он приказал десятку гномов охранять мага. — Бешеный и Года, ведите их прочь. Остальные пойдут со мной, — приказал Златорукий и побежал к повозке, где лежал Лот-Ионан. — Нам нужно увезти отсюда статую.

Цепи, звякнув на подлете, сбили с ног двух гномов рядом с Тунгдилом. Тела взлетели в воздух, а на землю упали уже разорванными на несколько частей, словно какое-то дитя в злобе своей поломало нелюбимые игрушки и отбросило в сторону.

Монстр прыгнул на мостовую прямо перед Тунгдилом. Обнажив зубы, он начал раскручивать цепи.

К Тунгдилу подскочила Зирка.

— Вперед! Я отвлекаю, ты бьешь, — не дожидаясь его ответа, гномка бросилась на монстра.

Одна из цепей обмоталась вокруг ее оружия, металл раскалился. Но подземную это не остановило. Выхватив кинжал, она всадила его в ногу противника.

Тунгдил, замахнувшись Огненным Клинком, тоже попытался ударить чудовище. Руны на волшебном топоре засияли, алмазы засверкали в холодном свете, за лезвием потянулось багровое зарево.

Увидев магическое оружие, монстр уклонился, напарываясь на клинок Зирки. Лезвие топора ударило мимо — Тунгдил промахнулся совсем чуть-чуть.

Зато в этот момент в коленную чашечку чудовища вонзился длинный шип вороньего клюва.

— Ну, и как тебе оружие моего братишки, лягушонок? — осведомился Боиндил, давя на рукоять. Чернобородый пытался повалить чудище на землю. — Ты же не думал, что я буду отступать, когда у меня есть возможность добить эту тварь, а, книгочей?

Уродец истошно завопил, и его голос то звенел чистыми нотами, как у эльфа, то скатывался в звериное рычание, напоминавшее орочье. Дернув рукой, существо схватило Бешеного за плечо. Альвийские руны на наруче вспыхнули.

Гном закричал от боли, но рукоять молота не выпустил.

— Берегись! — Тунгдил опять замахнулся топором.

На этот раз ему повезло больше — лезвие раздробило монстру руку, перерубив наручи и цепь.

Чудовище уставилось на покалеченную конечность и черную кровь, бившую из раны. Попятившись, оно завыло и подпрыгнуло. Несмотря на ранение и шип молота в ноге, ему удалось добраться до соседней крыши. На землю посыпалась солома, и монстр исчез.

Года бросилась за монстром.

— Эй, вернись! — Боиндил осел на землю. Его плечо дымилось, в воздухе пахло горелой плотью и раскаленным железом. — Ну, ты только посмотри! Достал меня лягушонок, — сквозь зубы плевал словами гном. — Но мы его почти прикончили, верно, нигочей?

Тунгдил не стал ничего говорить. Другу и без того было достаточно плохо — от магической энергии кольчуга нагрелась добела и прожгла подкольчужник и кожу, оставив следы ожогов.

— Ты всегда был безумцем, Боиндил, — вздохнул Златорукий, помогая гному подняться. — Пойдем, нужно найти Году.

Но гномка уже возвращалась, держа в руках окровавленное оружие с обломанным шипом.

— Я услышала треск и побежала посмотреть, — объяснила она, протягивая вороний клюв учителю.