Сады Луны - Стивен Эриксон

— Ну что же, давай говорить сейчас, — отрешенно произнес Беллурдан.

— В свое время Тайскренн отправлял тебя в Генабарис. И ты там искал для него какие-то свитки. Да?

— Да.

— Какие это были свитки?

— Неужели давнишние дела так важны для тебя?

— Более чем важны, Беллурдан. Твои правдивые слова помогут мне решить, идти ли с тобой или умереть здесь.

Беллурдан задумался.

— Хорошо, я скажу тебе. Когда тамошних магов казнили, малазанцам достались их рукописи. Среди прочих свитков обнаружились отрывки «Глупости Гофоса». Древняя джагатская летопись.

— Это я уже слышала. Продолжай.

— В жилах теломенов течет джагатская кровь, хотя Гофос яростно стал бы это отрицать. Верховный маг Тайскренн доверил мне внимательно рассмотреть свитки и прочитать их содержание. Мне нужно было найти сведения, касающиеся погребения одного джагатского тирана. Насильственного погребения, которое сродни заточению в тюрьму.

— Погоди! — замотала головой колдунья. — Но у джагатов и государства-то не было. А тиран, насколько я знаю, — это правитель.

— Кровь этого джагата наполнял яд власти. Желание повелевать окружающим миром и соплеменниками превосходило в нем вес остальные желания. Он поработил окружающие земли на долгих три тысячи лет. Тогдашние кланы тлан-имасов задумали уничтожить тирана, но не сумели. А расправились с ним его же соплеменники: он вызывал у них не меньшее отвращение, чем у тлан-имасов.

У колдуньи вновь заколотилось сердце.

— Скажи, Беллурдан, а где погребен этот тиран?

— Мне думается, что где-то на Гадробийских холмах, к востоку от Даруджистана. Наверное, ему соорудили громадный курган.

— Беллурдан! Ты даже не представляешь, что ты сказал!

— Я сказал только то, что знал. Не понимаю, почему тебя взволновали древние события.

— Зато я теперь понимаю, зачем Лорне понадобился в провожатые тлан-имас.

— А я вообще тебя не понимаю, Дырявый Парус.

— Буйвол ты безмозглый! — накинулась она на мага. — Да они же намерены освободить тирана! У Лорны — отатаральский меч!

— Опять твои домыслы? — загремел Беллурдан. — Они ни за что этого не сделают. Адъюнктесса прекрасно сознает страшные последствия такого шага. Возможно, они хотят предупредить чье-то злодеяние… Как видишь, я выполнил свое обещание. Нам пора.

— Я не вернусь в город, — заявила колдунья. — Мне нужно идти дальше. Прошу тебя, не удерживай меня.

— Мы должны вернуться в Крепыш, — упрямо повторил Беллурдан. — Я удовлетворил твое любопытство. Теперь мне нужно поскорее отвести тебя назад и заняться поисками надлежащего места для погребения Ночной Стужи.

Безвыходное положение, из которого она должна найти выход. Разговор с Беллурданом дал колдунье столь необходимую ей передышку. Дырявый Парус вспомнила слова теломенского великана: дальнейшее нахождение внутри Тюра могло стоить ей жизни. Воздействие древней магии тлан-имаса сожгло бы ее дотла. Колдунья взглянула на рогожный мешок, лежавший позади Беллурдана. Оттуда струился тоненький ручеек магической силы.

«Заклинание! Я должна произнести заклинание», — подумала Дырявый Парус.

Вон оно, заклинание!

«Сострадание… оно меня сохранит. Это и есть мой выход».

Она подумала о Хохолке, о переселении из умирающего, изуродованного тела в… безжизненное вместилище.

«Шеденаль, будь к нам милосердна», — мысленно прошептала колдунья.

Отступив назад, Дырявый Парус открыла свой магический Путь. Магия Тюра взяла ее в огненное кольцо. Она увидела, как в ужасе отпрянул Беллурдан. Он что-то кричал, но колдунья не слышала. Потом он бросился к ней.

Напрасно Беллурдан это сделал. Неужели он испугался Тайскренна? Дырявый Парус раскинула руки, готовая обнять подступавшее пламя.

Лорна ехала вровень с шагающим тлан-имасом. Оное Тулан глядел на запад. Пространство вокруг него сжалось, словно пучок волос в кулаке, и сделало его самого почти невидимым.

Над горизонтом взметнулся фонтан белого огня.

— Что это? — насторожилась Лорна. — Такого я еще не видела.

— Я тоже. Но огонь далеко, за преградой, которую я возвел вокруг нас.

— Но такого не может быть! — упорствовала адъюнктесса.

— До недавнего времени не было, — невозмутимо ответил древний воин. — То, что вспыхнуло, сгорело мгновенно. И все же…

Он не договорил. Они продолжали путь, а огненный столб полыхал и полыхал в вечернем небе. Его окружал ореол тьмы с мерцающими звездами. Столб вдруг показался Лорне бездонным колодцем. Не только свет струился оттуда. Магия! Примчался ветер и принес с собой странный запах, от которого Лорны слегка закружилась голова.

— Тебе известен этот магический Путь, Тул?

— Мне известны многие Пути, адъюнктесса. Теллан, Тюр, Деналь, Дрисс, Теннес, Теломен, Тоблакай, Старвальд Демелен…

— Старвальд Демелен? Это еще откуда?

— Один из Древних Путей.

— Я всегда думала, что Древних Путей всего три, но у них другие названия.

— Три? Нет, адъюнктесса, их было множество. И все они вышли из Старвальда Демелена.

Не сводя глаз с огненного столба, Лорна поплотнее закуталась в плащ.

— И что, были маги, способные перемещаться по этому Пути?

— Был один… когда-то. О других не знаю.

Огненный столб закачался и погас. Оттуда послышались громовые раскаты.

— Потух, — прошептала Лорна.

— Распался, — возразил Оное Тулан и задрал голову. — Не могу понять. Источник огня полностью разрушен. Но что-то появилось взамен. Я чувствую присутствие новой жизни.

— Какой еще жизни? — спросила адъюнктесса, опуская руку на эфес меча.

— Новой. Она сразу же покинула то место.

Лорне надоели эти короткие, загадочные фразы. Вот и сейчас не поймешь, опасны ли для них последствия огненного столба. Тлан-имас замолчал и занялся сбором пучков сухой травы для их походного костра. Западную часть неба заволакивало тучами, и под их пеленой скрывались вновь ставшие неожиданно яркими звезды. От земли тянуло сыростью. Лорна поежилась.

Ее потянуло в сон. Тлан-имас не нуждался во сне. Он будет охранять ее всю ночь, так что можно спать спокойно. За длинный день она выпила почти всю воду. В теле появилась непонятная слабость, вызванная отнюдь не дорожной усталостью. Лорна побрела к огню. Тлан-имас неподвижно стоял. Пламя играло на его костяном шлеме. Совсем как восходящее солнце два дня назад, когда Оное Тулан появился перед нею. И вновь у нее внутри шевельнулось что-то очень далекое, древнее, вызвав необъяснимый страх перед темнотой. Адъюнктесса приблизилась к огню.