Когда восходит тень - Кейти Роуз Пул

– Но это… невозможно.

– И всего пару мгновений назад ты считала невозможным, что Король Некромант жив.

– Зачем ты вообще мне об этом рассказываешь? – спросила Беру.

– Потому что нам было суждено встретиться, Беру из Медеи, – сказал Король Некромант и нежно убрал локон ей за ухо. – Мы можем помочь друг другу. Как только я наполню тебя эшей этого оазиса, то смогу вытянуть ее из тебя, как вытягивал из своей тюрьмы последнюю пару столетий. И как только я заполучу Чашу, то смогу вернуть тебе твою жизнь.

– Я не стану тебе помогать, – сказала Беру. – Что бы ты ни задумал, я… я не стану частью твоего плана.

– Моя дорогая, – ответил Король Некромант. – Это очаровательно, но, кажется, у тебя нет выбора.

Его длинные пальцы сомкнулись вокруг ее запястья, и в нее полился теплый поток эши. Она ахнула, наблюдая, как пальмовая роща вокруг них увядает и умирает. Песня птиц над их головами внезапно замолкла, и десятки темных фигурок упали на землю. Песок покрыл траву. Вокруг них оазис высыхал и погибал.

Король Некромант отпустил запястье Беру, и она упала на колени в песок. Вокруг кружился ветер. Энергия полилась в ее вены. Она почувствовала облегчение, словно каждая ее частичка дрожала от жизни.

– Чашу разбудили, – протянул руку Король Некромант. – Пора идти.

Эша, кружащаяся в Беру, походила на бушующее море.

– Я с тобой не пойду, – сказала она. – Я нужна тебе, чтобы покинуть это место, не так ли? Ну так я не пойду.

– Как неприятно, – заметил Король Некромант. – Я-то думал, что ты хочешь, чтобы твой мечник выжил.

Беру посмотрела на него, с ужасом понимая, о чем он.

– Ты не можешь ему навредить. Он ушел.

– Твоя эша связана с ним, – ответил Король Некромант. – Я могу вытянуть ее через тебя.

– Ты… ты врешь, – воскликнула она.

– Неужели?

Беру впилась пальцами в песок, а эша оазиса вопила внутри нее. Она могла позволить ему убить ее в этом пустынном месте. Позволить умереть и Гектору. Или могла пойти с Королем Некромантом и надеяться помешать его планам.

Она взяла его за руку.

Джуд вышагивал перед палаткой лагеря, разбитого паладинами в километре от озера. Воздух становился все холоднее, а свет покидал небо. Аннука и Ярик пытались развести огонь.

Антон лежал в палатке. Прошло три часа с тех пор, как он свалился, прикоснувшись к Реликвии Взора. Джуд коснулся камня, спрятанного в кармане плаща. Тот казался странно холодным, словно превратился в кусок льда.

– Какие-то изменения?

Джуд поднял взгляд и увидел, что в метре от него стоит Осей. Джуд глянул на вход палатки и покачал головой.

– Тебе тоже нужно отдохнуть, – продолжил Осей. – Ты чуть не утонул.

– Я в порядке, – ответил Джуд, качая головой. – Просто я хотел бы…

– С ним все будет хорошо, – заверил его Осей. А потом добавил: – Знаешь, он нырнул сразу за тобой.

Что-то в тоне Осея заставило Джуда напрячься.

– Кажется, ты ему не безразличен.

Джуд отвернулся. Он больше не мог гадать, испытывал ли Антон что-то к нему или нет. И это не имело значения.

– Он пророк, – ответил он. То же самое Джуд сказал и Антону. То же самое он повторял и себе, снова и снова.

Внезапно раздался шорох, и из палатки вышел Антон, моргая в сумеречном свете. Осей тут же встал рядом с ним и спросил о самочувствии. Джуд замер на месте, наблюдая, как Осей объясняет Антону, что произошло после того, как тот коснулся Реликвии.

Антон мгновение молчал.

– Оно снова явилось мне. Мое видение.

Глаза Джуда расширились.

– Я кое-что в нем в первый раз не понял, – продолжил Антон. – Но теперь понимаю.

– Что ты имеешь в виду? – спросил Джуд.

Антон вздохнул.

– Древний бог. Василий считал, что разговаривает с ним. Тот самый, кого, как говорят, убили пророки. Он настоящий. И он вернется, если мы его не остановим.

* * *

– Это невозможно, – сказала Пенроуз. Она уже не в первый раз это произносила. Никакие объяснения Антона не могли на нее повлиять. – Бог не настоящий. Невозможно воскресить то, что никогда не существовало.

– Я просто говорю тебе, что видел, – ответил Антон. – Ты должна признать, что никто не знает, как появились Реликвии или как пророки получили свои силы. Так разве невозможно…

– Нет, невозможно, – резко ответила Пенроуз. – Потому что ты пытаешься мне сказать, что пророки повинны в убийстве какого-то бога. А мы знаем, что это злобная ложь, придуманная, чтобы дискредитировать и оболгать их.

– Или это правда, которую пытались скрыть пророки, – огрызнулся Антон. – Но ты не можешь в это поверить, потому что тогда все убеждения Ордена – ложь.

Пенроуз сглотнула, вздрогнув, словно ее ударили.

– Джуд, – взмолился Антон. – Ты Хранитель Слова. Ты принимаешь решение. Не дать богу возродиться или не делать ничего.

Джуд закрыл глаза. Антон был прав в одном. Если его видение – правда, то Орден последнего света построен на лжи. Лжи, которую им рассказали пророки, – о своем происхождении. Лжи, которая означала, что пророки, а не свидетели и Иерофан виновны в веке тьмы.

Он не был уверен, может ли это принять. И он знал, что Пенроуз не может. Орден последнего света значил для нее все. Он был путеводным светом всю ее жизнь.

Одним ударом Антон хотел забрать это у нее. У всех них. Если Джуд не мог верить в пророков, в Орден, то во что верить?

– Нам всем нужно отдохнуть, – сказал Джуд. – Можем поговорить об этом утром.

Он не мог смотреть на разочарование от предательства в глазах Антона. И ярость в глазах Пенроуз. Он повернулся к палатке.

Пенроуз зашла следом за ним.

– Мне нужно поговорить с тобой.

– Это может подождать до утра.

– Не может, – возразила она. – Это касается пророка.

– Он в порядке.

– Но ты нет, – она вздохнула. – Я знаю тебя лучше других, Джуд. Я знаю, почему ты не можешь вернуть свой Дар.

– Почему же? – голос Джуда стал суровым.

– Потому что не можешь отдалиться, – ответила Пенроуз. – От него. Это затуманивает твои суждения.

– С моими суждениями все в порядке.

– Нет, неправда, – ответила Пенроуз. – Это снова как тогда с Гектором.

– Это никак не связано с Гектором, – огрызнулся Джуд.

– Ты его любил, – твердым голосом сказала Пенроуз. – Ты любишь пророка?

– Что? – спросил Джуд. Ему казалось, что из легких выбили весь воздух. – Это…