Перелом во времени - Джули МакЭлвен

Мисс Купер даже не придется подшивать накидку. Кендра осознала это, когда горничная спустя какое-то время зашла в комнату, чтобы помочь с вещами. Они были примерно одного роста. Но Кендра была ошеломлена реакцией мисс Купер, когда она предложила ей накидку.

Обыкновенно суровое выражение ее лица куда-то резко исчезло, ему на смену пришло удивление и радость.

– Спасибо, мисс Донован, – проронила мисс Купер, потянувшись за нарядом и с благоговением погладив мягкую ткань. – Она прекрасна. Я буду бережно относиться.

От благодарности служанки Кендре стало не по себе, она снова заметила ту огромную пропасть, которая разделяла в эту эпоху разные классы. Она – или скорее леди Этвуд – провела только что полдня, заказывая платья, которые, возможно, могли бы заполнить три комнаты, а эта поношенная накидка в глазах мисс Купер была чем-то драгоценным.

Кендра испытала облегчение, когда они с Ребеккой вышли из спальни и направились в кабинет.

– Когда вы делаете кого-то счастливым, вы часто при этом становитесь такой мрачной, мисс Донован? – спросила ее мягко Ребекка. – Мисс Купер была благодарна за ваш подарок. Почему вы выглядите так, будто отравились чем-то?

– Я не хочу, чтобы она была мне благодарна.

– Вам больше нравится, когда вы ее раздражаете?

– Нет, конечно, нет. – Как она могла объяснить то чувство вины, которое она испытывала? – Вас разве не беспокоит, как сильно слуги зависят от людей, которые их нанимают?

Ребекка нахмурилась.

– Положение личной горничной завидное, и мисс Купер, кажется, нравится ее статус.

– Кому может такое нравиться? – Всю жизнь кому-то служить, подумала Кендра. И радоваться всяким обноскам.

– Моя горничная вполне себе довольна. А мисс Купер кажется образованной женщиной. Если она несчастлива, она могла бы податься и в гувернантки. Или выйти замуж.

Кендра громко вздохнула.

– Это не должно быть ее единственным вариантом. И даже если мисс Купер выйдет замуж, что дальше? Она будет должна своему мужу. А что случится, если ее муж умрет? Ей снова придется прислуживать, как миссис Дэнбери.

Ребекка удивленно посмотрела на нее.

– Кто сказал вам, что миссис Дэнбери была замужем?

– Никто. Я просто предположила, раз она миссис Дэнбери. А она не была замужем?

– Нет. Это почетное звание – выражение уважения к ее статусу домоправительницы.

– Ох, боже. Об этом я и говорю. Почему приставка замужней женщины сделает ее более уважаемой, даст ей больше чести?

– А вы как думаете? – Ребекка раздраженно на нее посмотрела. – Как вы думаете, против чего я все это время выступаю, мисс Донован? Женщины в этом обществе имеют небольшое значение, если они никак не связаны с мужчиной, даже с выдуманным мужем. Я осознала, что наш пол должен получить право голосовать в парламенте, если мы хотим достигнуть чего-то существенного и изменить нашу жизнь.

Кендра вдруг поняла, что не она одна оказалась не в своем времени. Ребекка, может, и родилась в этом веке, но она опережала его по своим взглядам. Движение суфражисток сформируется лишь спустя полвека. И даже тогда пройдет еще несколько десятков лет, прежде чем женщинам позволят голосовать. Ребекка не доживет до этого.

От этой мысли у нее внутри все похолодело, и она решительно отбросила ее, когда они вошли в кабинет.

Герцог, Алек и Сэм Келли уже были там, они сидели вокруг стола, на котором были расставлены блюда и тарелки с холодными закусками, кусочками сыра и серого хлеба. Когда они вошли, мужчины поднялись.

– Как прошел ваш поход в магазин? – спросил Элдридж.

– Успешно. – Ребекка озорно улыбнулась. – Ваш кошелек теперь стал намного легче, ваша светлость.

– Думаю, я переживу этот удар. Хотите чая или кофе? Или хереса?

– Кофе, – сказала Кендра и подошла к серванту, чтобы самой налить себе напиток. Когда она села рядом с Алеком, она заметила, что Сэм держал в руках стакан своего любимого виски. Ей показалось странным, что при том, что она часто видела его с выпивкой, пьяным она его никогда не замечала. Этот мужчина – какая-то загадка для медицины.

– Я выпью чая. И есть хочется, – заявила Ребекка, потянувшись за толстым куском серого хлеба. – Мистер Келли, есть ли у вас новости? Узнали ли вы что-то о прошлом леди Довер?

– Мои люди сейчас пытаются получить какие-то сведения, насчет ее связи с Медведем тоже. Но, как я только что рассказал его светлости, я нашел домоправительницу, миссис Фрост.

– А есть ли мистер Фрост? – поинтересовалась Кендра. – Или он тоже плод чьего-то воображения?

Сыщик моргнул.

– Простите?

Ребекка в этот момент клала почти что прозрачные кусочки ростбифа на хлеб, но после вопроса Кендры остановилась и пояснила:

– Не обращайте внимания, мистер Келли. Мисс Донован просто дурачится. Так миссис Фрост сообщила вам что-нибудь новое?

– Она не видела пару, для которой ее наняли готовить и убирать. Она общалась только с каким-то человеком по имени мистер Кент. Но она все же знала, что мужчина был аристократом. Он обронил вот это. – Он показал на маленькую серебряную коробочку, лежавшую на столе.

– Что это? – спросила Кендра.

Элдридж поднял коробочку и передал ее ей.

– Это табакерка.

– Миссис Фрост нашла ее в спальне после того, как ей сказали исчезнуть, – сказал Сэм.

– Что ж, очевидно, это принадлежало Вестону, – сказала Ребекка.

– Может. – Кендра изучала деревенский пейзаж на инкрустированном предмете. – Или, может, она принадлежала новому мужчине в жизни леди Довер.

Сэм от удивления поднял брови.

– Был какой-то другой мужчина? Откуда вам это известно?

– От мадам Годе. – Кендра поставила табакерку и взяла тарелку, положила на нее хлеб, мясо и сыр. – Леди Довер никогда ей этого не говорила, но у нее создалось впечатление, что графиня стала встречаться с кем-то еще.

Алек посмотрел на нее скептически.

– Впечатление? Вы будете полагаться на чувствительность модистки?

– Да. – Кендра продолжала делать себе сэндвич. Свежеиспеченный хлеб стал самой большой ее радостью в этом веке. – Мадам Годе зарабатывает на жизнь, хорошо чувствуя нужды своих клиентов и правильно оценивая их эмоции. Она сказала, что заметила изменение в поведении леди Довер пару недель назад. Я склонна ей верить.

– То есть этот мужчина мог быть отцом ребенка леди Довер, – сказал Элдридж.

– Нет.

– Тогда он вряд ли убийца.

– Это две разные вещи, – заметила Кендра и откусила кусок сэндвича. Прожевала его и проглотила. – Если лорд Вестон узнал, что его любовница использовала их любовное гнездышко, чтобы встречаться с другим мужчиной, он, вероятно, не был счастлив.