Люди Льда. Книги 1-47 - Маргит Сандему

Один из свартскугенцев давно уже пытался что-то сказать.

— Господин нотариус, мне показалось, что я слышал удаляющийся стук копыт, как только мы пришли сюда.

— Я тоже слышал, — подтвердил другой.

— Я видел, вниз ведет дорога, — добавил третий.

— Куда ведет эта дорога? — спросил нотариус судью.

— Я не знаю.

— Не валяй дурака, это не в твоих интересах!

— Я — я думаю, что она ведет… к усадьбе Воллера.

— Вот это мы и хотели узнать. Маттиас, я останусь здесь: ответственность за судью и его кнехтов теперь ложится на меня и моих людей. Но вы можете взять с собой несколько солдат из Акерсхюса, хотя вас и так много. Скачите поскорее к Воллеру, я прибуду следом, как только мы обезвредим всех этих людей.

Все тут же сели на коней и поскакали вниз по лесной дороге.

Покинутая усадьба была скрыта за скалами и лежала в глубоком ущелье на границе с округом Энг — вот почему так трудно было найти ее.

В усадьбе Воллера было темно и тихо. Это было четырехугольное строение, внутри которого находился скрытый от глаз двор. К их большому удивлению, ворота оказались открытыми — и они, не задумываясь, въехали туда на всем скаку.

Фермеры на своих битюгах не могли скакать так же быстро, как остальные, часть из них отстала. И тут ворота закрылись, пропустив лишь небольшую группу, ехавшую впереди.

Во дворе зажгли факелы — и тут Люди Льда и свартскугенцы — немногие, кому удалось проскочить, — увидели, что на них со всех сторон наставлены копья, колья и вилы.

Но Бранда это не испугало: в нем загорелся страшный гнев, и он бросился к двери и принялся колотить в нее.

— Выходи, воллерский помещик, и держи перед нами ответ! Если ты убил наших детей, я сам отправлю тебя на плаху!

Все напряженно ждали. Атмосфера во дворе была крайне напряженной, люди Воллера нервничали, но гости не шевелились. Они получили приказ от Калеба не ввязываться в драку.

Наконец дверь распахнулась.

— Кто вы такие, чтобы нарушать ночной покой честных людей? — крикнул Воллер.

— Не притворяйся, — холодно произнес Бранд. — Ты держишь здесь Виллему и Доминика. Мы требуем их выдачи живыми. И знай, что сюда скоро прибудет нотариус с кнехтами из Акерсхюса, так что твоя песенка спета!

— Вряд ли. Они будут сторожить кнехтов судьи.

— Будь разумным! Давай по-хорошему, без кровопролития! Мы не хотим устраивать здесь драку!

Воллерский помещик бросил взгляд на освещенный факелами двор. Быстро прикинув соотношение сил, он решил, что они примерно равны. Потасовка могла превратиться в настоящую кровавую бойню, и еще не известно было, чья возьмет. Его люди впустили слишком много «гостей».

— Мы можем договориться полюбовно, — коротко произнес он. — Вы получите их, если подпишете документы, уже заготовленные мной.

— И что же говорится в этих документах?

— Что я взамен получаю во владение Гростенсхольм, Липовую аллею и Элистранд.

Все охнули. Во дворе воцарилась полная тишина. Наконец арендатор Свартскугена мрачно произнес:

— Твой отец тоже выкинул такую злую шутку, когда отнял Воллер у моего отца!

Помещик не нашел, что ответить.

Габриэлла, побелевшая, как полотно от страха и боли в плече, больше не могла выдержать этого.

— Сначала покажи нам наших детей! Мы хотим видеть, что они живы!

— Зачем вам они? Ваша дочь — ведьма, которую рано или поздно сожгут на костре. Мы просто хотим немного укоротить ее мучения.

— Виллему не ведьма!

— Неужели? Спроси любого из них! Спро…

— Я хочу видеть ее! — в ярости и отчаянии бросила ему в лицо Габриэлла. — Что вы сделали с ней?

Воллер сделал знак одному из мужчин, стоящих за его спиной — и Виллему вывели на ступени, освещенные светом факелов. Руки ее были связаны за спиной, из носа текло, она сопела и шмыгала. Она казалась такой маленькой и беспомощной, остриженная, дрожащая от холода.

— Один мой взгляд, и она умрет, — сказал воллерский помещик.

— Виллему! — крик Габриэллы был похож на душераздирающий вопль.

— Мама! Дорогие мама и папа! — всхлипывала Виллему, и в ее плаче слышались все перенесенные ею страдания.

— А где Доминик? — спросил Бранд. — Где внук моего брата Тарье?

— Молодой человек оказал сопротивление, когда мы тащили сюда девицу, так что нам пришлось немного образумить его — сам виноват. Но с ним все в порядке. С моим сыном Монсом было в тот раз куда хуже!

— Что Вы заладили об одном и том же? — вспылил Калеб. — У Вас что, нет других наследников?

Это было сказано грубо, Калеб сам понял это, но вид измученной дочери заставил его потерять над собой контроль.

— У него есть наследник, — ответила Виллему, и все услышали, как страшно она была простужена. — У него есть дочь и внук, который смертельно болен. Дядя Маттиас, не могли бы Вы спасти его? Вместе с Никласом…

— Заткнись, девка! — крикнул Воллер.

— Я мог бы попробовать помочь ему, — дружелюбно сказал Маттиас. — Я прихватил с собой лекарства на случай, если они понадобятся нашим детям.

— Мне не нужна помощь учеников дьявола!

— Маттиас обычный врач, — сказал Бранд. — Но у Никласа целительные руки. Он может…

— Никогда в жизни! — выкрикнул помещик. — В этот дом Люди Льда не ходят! Всем известно, что Люди Льда — потомство Сатаны! Я сам смогу присмотреть за своим внуком.

В западной части дома распахнулось окошко.

— Отец! Прошу тебя, пожалуйста…

Все посмотрели туда: у окна стояла невзрачная молодая женщина, дрожащая от страха, потому что осмелилась перечить отцу.

Побагровев, он погрозил ей кулаком.

— Тебя это не касается! Закрой окно — и немедленно!

На ее лице появилась гримаса нерешительности: она уже взялась было за оконную раму, но остановилась, услышав голос Андреаса:

— Это ее ребенок, она имеет право принимать решение! Если она хочет, чтобы сначала Маттиас — не Никлас — осмотрел его, послушайтесь ее!

— Послушаться ее? Женщину?

Бранд наклонил голову и посмотрел исподлобья, по-бычьи, на Воллера.

— Ты боишься не Сатану, поскольку ты сам находишься скорее под его покровительством, чем под покровительством Господа! Ты воплощение самого зла! Ты просто ненавидишь Людей Льда — и это становится для тебя делом принципа! Забудь о своем жалком самолюбии и не приноси ему в жертву жизнь ребенка и душевный покой матери! У твоего внука есть возможность спасения — а ты ею не пользуешься! Какой же ты после этого дед!

— Вы все равно не сможете спасти ребенка, так что нечего и болтать об этом! — презрительно бросил Воллер.

— Этого ты не знаешь. Если ты боишься сверхчеловеческих способностей Никласа, то прими, по крайней мере, помощь Маттиаса! Он