Преданья старины глубокой - Александр Рудазов

- Ты чего это - неграмотен, что ли? - удивился Иван.

- Отчего ж? - усмехнулся Яромир. - Пограмотней тебя. Только мне так удобней - если кто чужой и увидит, так не поймет, об чем я тут нацарапал. Секреты свои попусту разбрасывать не годится…

Иван только озадаченно шмыгнул носом. У него-то никаких секретов отродясь не водилось - что на уме, то и на языке. Да и зачем скрывать что-то от добрых людей?…

В заброшенном конце Тиборска Ивану доселе бывать не приходилось. Эта часть посада располагается на полуночи, упирается в самый лес, и селится здесь по большей части голь перекатная, нищеброды беспортошные. Вон, избенки все какие ветхие, ажно на глазах рассыпаются…

Усадьба брата Яромира обнаружилась на самом что ни есть краешке. Еще дальше и вовсе никто не жил. Впрочем, смотрелись эти хоромы куда как пригляднее остальных. Настоящий терем - в таком даже боярину поселиться не зазорно.

Однако ж выглядела усадьба яромирова брата запустело. Клети старые, резьба потускневшая, ограда покосившаяся. Звуков с подворья не слышно - ни песьего лая, ни человеческой речи. Людских изб вообще не видно, да и служб никаких нет - только поварня, да мыльня. И конюшни не заметно…

Ну, с собаками да лошадьми ясно - для чего они оборотню? Вреда больше, чем пользы. А вот что в такой богатой усадьбе, да челяди не видно… непонятное что-то.

- Запоздали мы, - обеспокоенно посмотрел на заходящее солнце Яромир. - Брат нас уже дожидает.

- Так мы ж его на ярмарке встретили, - удивился Иван. - Он что ж - бегмя бег, раз первым поспел?

- То меньшой брат был. А здесь старшой живет.

По всему видно, златники у здешнего хозяина все же водились. Крыльцо огорожено не перилами, как у голытьбы, а колоннами в виде кувшинов. Сверху кровля остроконечная, башенки малые. Однако и это все порядочно обветшало - пыль, паутина…

- Что ж бедно-то так? - нахмурился Иван. - Не заботится брат твой о хозяйстве…

- А нашему роду много не нужно. Неприхотливые мы. Видел, небось, где я сам жил? Думаешь, по бедности?… Нет, Иван, по скромности…

Впрочем, внутри оказалось почище. В горнице печь изразцовая, окна красные[40], стол белой скатертью застелен. На нем уже всякое угощение расставлено, а поднимается из-за него…

- Боярин Бречислав?! - поразился Иван.

- Ну, здравствуй, братка, - раскрыл объятия Яромир, широко улыбаясь.

- Да вроде видались уже сегодня… - ухмыльнулся Бречислав.

Лесной оборотень и знатный боярин крепко обнялись, стискивая друг друга могучими ручищами. Затем Бречислав чинно кивнул Ивану и указал на почетное место у стола - рядом с духовитым пирогом. Явно только что из печи.

- Поздорову тебе, княжич, - приветливо улыбнулся боярин. - Вижу, не стал тебе Яромир рассказывать, что мы с ним сродственники…

- А зачем? - насмешливо прищурился тот. - Очень уж хотелось посмотреть, как этот молодец рот разинет…

- Ишь ты как у вас все завернуто… - почесал в затылке Иван. - А это что ж выходит - ты, боярин, тоже Волху Всеславичу сын? Бречислав Волхович, выходит?

- Выходит так.

- И тоже оборотень?

- Опять верно. Прозываюсь Бречислав Гнедой Тур, в быка лесного оборачиваюсь, златорогого. Когда нужда такая выпадает, само собой.

- То-то и в церкве тебя редко видно… - сообразил Иван.

- И тут угадал. Только не потому, что мы креста боимся - мы вашему Христу не враги, и он нам тоже худа не желает. Просто у меня здесь, в тереме своя кумирня стоит, маленькая. Родомыслу Мудрому. Вот, Яромир больше Перуну довлеет, а меньшой наш братец - Стрибогу волосы посвятил… да вот и он сам, кстати.

Скрипнула дверь, и в горницу вошел тот самый парень, которого Иван видал на ярмарке.

- О, все уже в сборе, один я опаздываю, - недовольно погладил усы он, торопливо снимая шапку и усаживаясь за стол. - Наливай!

Ему немедленно налили.

- Ну что, брательники, рассказали ему?… - прохрипел парень, опрокинув чарку.

- Без тебя не начинали, - степенно ответил Бречислав. - Знакомься, княжич - это меньшой наш брат. Прозывают его Финистом Ясным Соколом.

- За знакомство! - опрокинул еще чарку Финист.

- Ага! - поддержал его Иван. - Ух, ну и бражка! Как слеза чиста, как топор остра!

- Хотя с Финистом-то вы уже знакомы… - задумчиво молвил Бречислав. - Ну ничего, от того, что лишний раз познакомились, худо не стало. Верно?

Финист кивнул и что-то невнятно промычал, жадно грызя хлебную горбушку, смазанную маслом, да еще прихлопнутую куском семги. Это все немцы моду завели - складывать два лакомых куска вместе. «Ботербород» называется. Сам Иван такое не любил, а вот братья-оборотни, похоже, не брезговали.

Впрочем, княжич внакладе не остался. На столе и прочего добра хватало. Хлебово и мясное, мучное и молочное, пареное и вареное, соленое и копченое, моченое и квашеное. Уха из судака, судачья же икра, осетрина с грибками, щуки и лещи копченые, заливное из белорыбицы… Всякой рыбы вдоволь.

Вот разве только сушеной нету - сушеную рыбу после Семенова дня подавать не положено. Братья Волховичи хоть и не православные, но русских порядков все же придерживаются. Не зря же говорят - в чужой монастырь со своим уставом не ходи.

Три оборотня - тавролак, волколак и фалколак - уплетали за обе щеки, словно соревнуясь, кто быстрей. Бречислав ел хлебово, мучное да овощи, Яромир налегал на мясо с рыбой, а Финист отдавал предпочтение всяким кашам да ботербородам.

- Как же это ты ухитряешься, боярин? - вытер масляные губы Иван. - Ни хозяйки у тебя в доме, ни челяди - а стол, гляди, богатый какой! Когда ж успел столько наготовить?

- Ну, хозяйки у меня и вправду нету, - усмехнулся Бречислав. - А вот челядь кой-какая имеется… хоть на первый взгляд и неприметная.

- Ты ешь, ешь, не отвлекайся, - посоветовал Яромир. - Мы о скучном говорить будем.

Иван шмыгнул носом и охотно исполнил предложенное - обмакнул очередной блин в сметану, да еще икры сверху наложил. А братья-оборотни и в самом деле завели какие-то неинтересные разговоры - Иван слушал вполуха, продолжая наворачивать за обе щеки.

- Необходимо установить союз, - тихо молвил Бречислав. - В одиночку Тиборск не выдержит.

- Я в царство литовское слетаю, Бову разыщу, - предложил Финист, утирая светлые усы. - Еще в Новгород загляну - с Васькой Буслаевым словом перемолвлюсь. Ну и остальных наших тоже кликну, сколько их осталось… Все не явятся, но хоть кто-то, может…

- С Владимиром сговориться нужно, - настаивал Яромир. - Он ближе всех, и сил у него немало. Будет с нами Владимир - будет и Новгород, будет и Москва, будет и Рязань. Да и Смоленск может помочь. У Всеволода авторитет немалый…