Закон Благодарности. Ведьма - Маргарет Астер

В ожидании фамильяра я решила разложить всё произошедшее по полочкам. Уселась за стол, придвинула ближе бумагу и чернильницу и взялась за перо. Новые сведения упорно отказывались вписываться в привычную схему. Цельная картина не складывалась. Задумчиво покусывая краешек пера, я вынуждена была признать, что упускаю что-то.

Раздосадованная неудачей, всё сильнее злясь из-за отсутствия альрауна, я скомкала листок с записями и швырнула его в жестяное ведро, которое приспособила под мусор. Но – будто без этого было мало расстройств – промахнулась. Бумажка отлетела под стол. Ругаясь на чём свет стоит, полезла следом. Забросив записи в мусорницу, попятилась, но зацепилась подолом за торчащую из половой доски щепку. Мало того что я посадила занозу, вдобавок ещё и затылком о столешницу приложилась. Напряжение последних дней хлестануло через край. Я растянулась на полу, громко всхлипывая. Давясь слезами, я собралась было потратить добрые полчаса на разведение слякоти из жалости к себе, но тут что-то едва заметно блеснуло как раз возле злополучной щепки.

Подцепить находку с первого раза не получилось. Пришлось ковырнуть ногтем плохо отшлифованную доску. Ценой второй посаженной занозы, я вытащила из деревяшки тонкую пластиночку, переливающуюся сине-зелёным цветом. Поднеся зажатую между пальцами находку поближе к глазам, я нахмурилась. Чешуя!

То-то Вальдар в последнее время так заматерел: в весе прибавил, в плечах поширел. Небось таскает с кухни что плохо лежит. Эдак нас с ним раскроют, поймав прожорливого кота на горячем.

Странная чешуйка. Не припомню в наших местах рыб такого окраса. Я принюхалась. Да и не пахнет она рыбой. Гладкая такая, шелковистая. Блестит, как драгоценность. Может, от ящерицы какой или даже дракончика? Диковинка. К монаршему столу везут припасы со всего королевства. А частенько и заморскими дарами да подношениями балуют. Чему уж тут удивляться. Вдоволь налюбовавшись, я сунула чешуйку в книгу и улеглась на кровать, размышляя над разговором с магом. Его слова порождали больше вопросов, чем ответов.

Подкрался вечер. Продрав глаза, я с ужасом поняла, что пропустила ужин. Съеденное во время чаепития с магом печенье, давным-давно переварилось. Я зажгла свечу и потянулась под громкий аккомпанемент пустого желудка. Опомниться не успела, как в дверь постучали. Заботливая Ари с подносом еды в руках спасла меня от незавидной участи лечь спать голодной.

С наслаждением уминая ароматное жаркое с ломтем ещё тёплого хлеба, я осмотрелась.

– Эй, Ал, иди сюда, обжора!

Ответа не последовало. Странно! Если я ещё могла пропустить приём пищи, то охочий до еды альраун был готов жевать что-то безостановочно. Подозрительно, что он не явился претендовать на долю ужина.

Закончив с трапезой, я принялась рассеянно листать первую попавшуюся книгу, чтоб хоть как-то успокоиться. Разбушевавшееся воображение рисовало одну за другой ужасные сцены: незадачливый фамильяр, пойманный на кухне; его вырывающееся тельце в лапах дородного повара; изысканное блюдо из кошатины, поданное какому-нибудь заграничному послу… Тряхнув головой, отогнала пугающие мысли. Какая глупость! Стал бы Ал безропотно дожидаться, пока его изловят! Истинный вид примет и будет таков. Впрочем, о таком исходе оповестил бы переполох в замке. Наверное, альраун просто загулял. Пусть только попадётся мне на глаза, всё ему выскажу!

Соскользнувшая с колен книга, шумно грохнулась на пол, возвращая к реальности. Пожалуй, пора вернуть фолианты в библиотеку. Работа с ними закончена. Продолжать держать в своей комнате ценнейшие тома из запретного книгохранилища попросту опасно.

Догорающая свеча замигала, и я не нашла ничего лучше, чем задуть её и плюхнуться на кровать. Засыпать без тёплого мохнатого тельца под боком было непривычно. Побарахтавшись под вязаным пледом и уютно свернувшись калачиком, я прикрыла глаза и представила лес.

Утро. Солнечный свет просачивается сквозь молодую листву, рассыпаясь по земле мелкими пятнышками, словно веснушками. Остро пахнет влажным подлеском, прелыми прошлогодними листьями и молодой травой. Весна! Самое любимое время года, когда лес необыкновенно прекрасен. Чуточку заспанный, всклокоченный после пробуждения от зимней спячки, с нежным румянцем раннего утра на каждой травинке и лепестке первоцветов, он кажется сказочным.

Неужели всё это потеряно? Взрослым девочкам никто не рассказывает сказок.

Мысленно гуляя по знакомым тропинкам, сглотнула подступившие слёзы. Когда-нибудь я вернусь. Обязательно!

Сообщение от принца служанка принесла ещё затемно. Я и не думала, что Авин бодрствует в такую рань. Он просил о встрече в саду.

Что за спешка? Неужели что-то стряслось?

Наспех собравшись, пару раз провела гребнем по спутанным кудрям. Гнездо на голове сдаваться не собиралось, и я не нашла ничего лучше, чем просто натянуть шапку.

Заря только-только занялась, а кронпринц уже ждал.

– Доброе утро, мой принц! Вы послали за мной в такую рань. Что-то случилось?

Вопрос вывел его из задумчивости. Услышав в голосе тревогу, юноша успокаивающе улыбнулся.

– Доброе утро! Я хотел поделиться с тобой кое-чем очень важным.

«Ранняя встреча с глазу на глаз в глубине сада? Это не предвещает ничего хорошего. Неужели появились новости об отправителе?» – прежде, чем слова сорвались с губ, Авин подошёл ближе и развернул меня лицом на восток. Туда, где небо начинало светлеть.

Я хотела было возмутиться, но принц перехватил взгляд и отрицательно покачал головой.

У самого горизонта показалась розовая полоса. Несколько минут мы стояли молча. Я никак не могла понять – к чему всё это? И тут над зарождающимся светом сгустилась темнота. Звёзды проявились так ярко, что я только и смогла, что открыть рот от удивления.

– Необыкновенное зрелище, правда? Говорят, ночь темнее всего перед рассветом! Я решил рассказать отцу о том, что потерял королевскую печать. Если после этого он лишит меня права наследования, это будет даже к лучшему. Тогда мы сможем спокойно пожениться.

Ошарашено уставившись на него, я так и застыла с отвисшей челюстью. А принц просто улыбнулся, обнял меня и ласково ущипнул за подбородок.

– Горло застудишь! – подмигнул он мне. – Замёрзла? Давай согрею! – и накрыл мои губы своими.

Прежде, чем я успела прикрыть глаза, падающая звезда прочертила небосвод. В такие моменты принято загадывать желания, но моё уже сбылось. Я пылко ответила на поцелуй.

Зимующие в саду птицы заливались трелями. Авин щебетал почти так же беззаботно. Аккуратные клумбы и укрытые лапником розовые кусты утопали в снегу. В воздухе разлился аромат морозной свежести. Зима властвовала над всем королевством Брандгорд, но в моём сердце воцарилась весна. Я раскраснелась, но не от холода, а из-за близости Авина. В шапке стало жарко, а от шерсти ужасно чесался лоб. Но ради того, чтоб видеть улыбку принца – моего принца! – можно было стерпеть всё. Он улыбался так, словно знал какой-то секрет. Мы переглянулись, и я уже не могла отвести взор от его глаз цвета гречишного мёда. Ах, какой у него был взгляд! Липкий и сладкий… Но разве бывает гречишный мёд без горчинки?