Шесть имен кота-демона - Чжан Юнь

жреца положила каждому под язык, влияют на разум. И кажется, могут довести до помутнения рассудка и даже сумасшествия.

– Увидеть супругу наследника престола в таком состоянии… Не думал, что такое возможно! – сказал Авата-но Махито, покачивая головой.

После примерно двадцати ударов жрец остановился. Несколько служанок тут же подошли и помогли наложнице Вэй подняться на ноги. Они отвели ее к шатру и скрыли за занавесом, видимо, чтобы переодеть госпожу.

– Это и есть тот самый Танец Великого Света? Неужели… – Авата-но Махито не мог оторвать взгляда от разворачивавшей внизу сцены и, кажется, хотел что-то еще сказать, но вдруг его нога соскользнула, и камень из-под нее с громким звуком покатился вниз.

– Кто там?! – Стражники, что толпились вокруг квадратной платформы, быстро заметили незваных гостей и, громко закричав, бросились вперед с мечами наперевес.

– Идиот! Чтоб тебя! – взревел Ди Цяньли, предвкушая тот миг, когда сможет своими руками задушить Авата-но Махито. С лязгом он выхватил оружие и крикнул: – Бегите вперед! Я задержу их!

– Какой смысл обороняться? Их слишком много! Бежим! – Чжан Чжо схватил Ди Цяньли за рукав и потащил его дальше.

– Стоять! Не двигаться!

Десятки стражников уже наступали им на пятки. Некоторые из них достали луки. В воздухе засвистели стрелы. Но ветер был настолько сильным, что стрелы пролетели мимо, едва задевая головы беглецов. Авата-но Махито испуганно вскрикнул.

– Куда бежать? – встревоженно прокричал Ди Цяньли, не понимая, куда они движутся; вокруг было темно, скользко, и путь преграждали разросшиеся деревья.

– Неважно куда, просто беги вперед! – крикнул Авата-но Махито.

Трое мужчин очертя голову неслись на север. Спотыкаясь и падая, они пробирались через каменистые насыпи и густой лес, а стражники гнались за ними, пуская стрелы наугад. Всякий раз, когда шальная стрела свистела над ухом, так и норовя попасть в цель, сердца беглецов замирали от страха, а душа уходила в пятки.

Неизвестно, сколько кругов они сделали, чтобы сбить преследователей со следа, прежде чем наконец добрались до северных ворот Персидского храма. Вдалеке они увидели нескольких стражников.

– Я справлюсь с ними. Мы прорвемся и будем в безопасности! – Ди Цяньли бросился вперед и вступил в схватку со стражей.

Пять или шесть воинов окружили его, и Ди Цяньли оторопело начал озираться, не понимая, на кого напасть в первую очередь.

– Прочь с дороги! – Вдруг мелькнула черная тень, отбросив двух стражников сделанным с ног двойным сальто. Тень стремительно подпрыгнула вверх и сбила с ног остальных. – Бежим!

– Чун Эр! Наконец-то ты вернулся! – прохрипел Чжан Чжо, вытирая застилающий глаза пот и широко улыбаясь.

– Скорее давайте! – ухмыльнулся Чун Эр.

Стрела с белым оперением просвистела в нескольких миллиметрах от уха Чун Эра и звонко отскочила от стены.

Четверо мужчин бросились прочь с территории храма. Они выбежали из ворот так быстро, как могли, ведь от этого зависели их жизни.

– За ними! – Стражники позади них вскочили на ноги и бросились в погоню.

Уже давно наступил ночной комендантский час, и улицы снаружи храма были пустынны. Четверо мужчин отчаянно бежали, а стражники неотрывно следовали за ними по пятами, словно коты, гонящиеся за мышью.

Пробежав три улицы на одном дыхании, Чжан Чжо и остальные начали уставать.

– Я не могу! Не могу больше бежать! Можете убить меня на месте, но я больше не могу! – Авата-но Махито грузно упал на землю, высунув язык и задыхаясь.

Лицо Чжан Чжо было белее снега. Он так вымотался, что не мог говорить.

– Туда! – Группа стражников со свистом бросилась к ним.

Чжан Чжо подумал, что они вот-вот попадутся. Ему чудился лязг, с которым над их головой в мгновение ока должен был захлопнуться капкан. Внезапно до его слуха донесся стук копыт о мощеные камни улицы, и из-за угла со скоростью молнии вылетела огромная повозка.

– Садитесь! – махнул рукой человек в черном.

– Спасение! – Четверо мужчин обрадовались и, не веря своему счастью, бросились к повозке.

– Вперед! – Кучер взмахнул кнутом, и две высокие лошади, заржав, исчезли в ночи.

Слушая, как звуки погони позади становятся все тише и тише и в конце концов замолкают, Ди Цяньли, как подкошенный, сполз на сиденье и испустил длинный вздох:

– Они были близко! Чуть не попались!

– Спасибо, друг, что спас нас! – Чжан Чжо оттянул занавеску в передней части повозки и от всего сердца поблагодарил кучера. Тот рассмеялся, но не сказал ни слова в ответ.

– Твои люди? – Чжан Чжо посмотрел на Чун Эра.

Чун Эр покачал головой.

– Я тоже не узнаю его! – встрял в разговор Ди Цяньли.

– Ни о чем не думайте, уважаемые! Вы все узнаете, когда позже встретитесь с моим хозяином! – взмахнув кнутом, сказал кучер.

Повозка проехала несколько поворотов и остановилась перед гигантскими красными воротами.

Когда четверо мужчин вышли из повозки, Чжан Чжо посмотрел на доску, испещренную иероглифами, и изумленно воскликнул:

– Почему мы оказались именно здесь?

Каждый из ста восьми кварталов в Чанъани представлял собой гигантский квадрат, окруженный стенами, в каждой из которой есть ворота, открывающиеся на восток, запад, север и юг. Внутри квартала располагались жилые дома, административные учреждения, храмы и проживали самые разные люди. Ворота кварталов открывались утром и закрывались вечером перед ударами барабана, что возвещали запрет на передвижение.

Ворота, что предстали перед взглядами Чжан Чжо и его спутников, были не только высокими, но и выкрашенными в красный цвет. На горизонтальной табличке четко виднелись большие иероглифы, написанные в стиле лишу: «Резиденция принцессы Тайпин».

– Куда бы мы сегодня ни бежали, все равно возвращаемся в квартал Лицюаньфан, – прошептал Ди Цяньли.

Из всех сыновей и дочерей Ее Императорского Величества императрицы У Цзэтянь принцесса Тайпин была самой любимой. Вот почему она получила множество роскошных особняков, четыре или пять из которых располагались в Чанъани. И сейчас Чжан Чжо и остальные предстали перед ее резиденцией в квартале Лицюаньфан.

С кучером во главе они вошли на территорию резиденции, преодолели извилистые коридоры и роскошные павильоны и оказались в большом зале.

Ужин был в самом разгаре. Столы ломились от разных яств и деликатесов.

Во главе стола восседала принцесса Тайпин, озаряя зал своей улыбкой. В колеблющемся свете свечей принцесса была воплощением строк из известного стихотворения: «…нити изящной вышивки красят ее халат, златые фениксы, серебряные гуси раскинули крылья на шелке, и каждый, что в танце теряет себя, обо всем позабыв, любуется ей – да здравствует принцесса Тайпин».

– Благодарю вас, принцесса, за то, что спасли нам жизнь! – Чжан Чжо оправил одежду и слегка поклонился.

– Хм, неужели то, что случилось с вами ночью, было настолько пугающим, что визит ко мне перестал казаться самым страшным событием на земле? – Принцесса Тайпин улыбнулась и указала на места по обе стороны от нее.

Четверо мужчин устало сели около принцессы.

– Могу ли я осведомиться, как принцесса узнала, где мы? – Чжан Чжо сидел на коленях и медленно потягивал вино из чарки.

Ди Цяньли и остальные усиленно сделали вид, что им безразлично вино, и тут же навострили уши. Если задуматься, это и правда было удивительно.

– Я не слежу за тобой, если ты об этом. – Принцесса указала на свою одежду. – Как видишь, у меня даже не было времени переодеться, я только что вернулась из дворца.

– Принцесса имеет в виду, что…

– Ночью улицы тихи и безлюдны, поэтому ваша… стычка… была слышна даже за несколько кварталов. Я решила не вмешиваться лично по ряду причин, поэтому пришлось наказать кучеру заехать за вами, – усмехнулась принцесса.

– По ряду каких причин?

– Я знаю тех, кто вас преследовал! – Принцесса Тайпин была весьма честна и не скрывала ничего от Чжан Чжо и его спутников.

– Принцесса с ними знакома?

– Естественно. На самом деле я принимала участие в том… балагане… что творится в Персидском храме!

– Принцесса… тоже там была?! – На этот раз Ди Цяньли не смог усидеть и от волнения почти подпрыгнул на месте.

– Да! – Принцесса печально вздохнула. – Простолюдины завидуют нам. Ведь мы, люди благородного происхождения, можем не беспокоиться о еде и одежде. Но они не знают, как нам тяжело. Смертельно скучно целыми днями находиться в стенах этого особняка. А то, что происходит в Персидском храме, весьма… занятно! Полагаю, по той же причине У Саньсы и супруга Вэй оказались там.

Похоже, что у жреца действительно было