Воздушный замок - Диана Уинн Джонс

— Надеюсь, Бен сумеет быстро поставить новые охранные чары для принцессы, — тревожно твердила Летти, когда они резво покатили по просторной площади.

Не успели эти слова слететь с её губ, как раздалась целая череда частых взрывов — словно крайне неумело устроенный фейерверк. Где-то отчаянно и торопливо зазвонил колокол — бом-бом-бом.

— Что это? — спросила Софи, а потом ответила на собственный вопрос, указывая в небо и крича: — Ой, прах побери! Вон, вон, вон!

Абдулла извернулся и поглядел, куда она показывает. Он едва успел заметить чёрное покрывало крыльев, закрывшее звёзды над ближайшими куполами и шпилями. Ниже, на верхушках нескольких башен, он заметил несколько крошечных вспышек и грохот — стражники пытались стрелять по крыльям. Абдулла мог бы им объяснить, что против ифрита подобные меры бессильны. Ифрит махал себе крыльями и кругами поднимался всё выше, а потом исчез в густой синеве ночного неба.

— Это ваш приятель ифрит, — сказала Софи. — Ух, зря мы отвлекли Бена в самый ответственный момент.

— Ифрит так и рассчитывал, о некогда пушистая прелестница, — отвечал Абдулла. — Вспомните, ведь он говорил, что один из нас поможет ему похитить принцессу.

Тут сигнал тревоги подхватили и другие колокола. Горожане выбежали на улицы и стали глядеть в небо. Коляска катилась вперёд среди нарастающего гула и вынуждена была сбавить ход, поскольку на улице становилось тесно. Судя по всему, горожанам в точности было известно, что произошло.

— Принцессу украли! — слышал кругом Абдулла. — Принцессу Валерию унёс дьявол!

По большей части горожане были испуганы и ошарашены, но доносились и другие голоса:

— Этого придворного мага повесить мало! За что ему деньги-то платят?

— Ой, мама! — ахнула Летти. — Ведь король ни за что не поверит, сколько Бену пришлось трудиться, чтобы этого не случилось!

— Не бойся, — сказала Софи. — Как только заберём Моргана, я пойду и всё королю расскажу. У меня здорово получается всё ему рассказывать.

Абдулла ей поверил. Он ёрзал на сиденье от нетерпения.

Прошло ещё лет сто, хотя на деле, возможно, не больше пяти минут, и коляска проложила себе путь через забитый народом двор гостиницы. Там было очень тесно и все как один глядели вверх.

— Я видел крылья! — услышал Абдулла похвальбу какого-то человека. — Это была чудовищная птица с принцессой в когтях!

Коляска остановилась. Абдулла мог наконец дать волю нетерпению. Он спрыгнул наземь, крича:

— Дорогу, дорогу, добрые люди! Прибыли две ведьмы по важному делу!

Продолжая кричать и толкаться, он умудрился быстро провести Софи и Летти к дверям и впихнуть их внутрь. Летти была страшно смущена.

— Зря вы это сказали! — шепнула она. — Бен не хочет, чтобы все знали, что я ведьма!

— Сейчас ему не до того, — ответил Абдулла. Он подтолкнул сестёр к лестнице мимо остолбеневшего хозяина.

— Это колдуньи, о которых я тебе рассказывал, о ангел гостиничного дела, — сообщил Абдулла хозяину. — Они тревожатся о кошках. Он помчался по лестнице. Он перегнал Летти, потом Софи и одним прыжком преодолел следующий пролёт. И распахнул дверь номера.

— Только не волнуйся!.. — начал он — и замер, поняв, что кругом стоит полная тишина.

В комнате никого не было.

Среди остатков ужина на столе стояла корзина с подушкой. На одной из кроватей виднелась вмятина, над которой вился табачный дым, словно солдат лежал там и покуривал до самого последнего момента. Окно было закрыто. Абдулла кинулся к нему, намереваясь распахнуть его и выглянуть наружу — ни для чего особенного, а просто потому, что ничего другого ему в голову не пришло — и споткнулся о блюдечко, полное сливок. Блюдечко перевернулось, длинной полосой выплеснув желтовато-белые сливки на ковёр-самолёт.

Абдулла замер, глядя на ковёр. По крайней мере, ковёр на месте. Что это могло значить? В комнате не было ни следа солдата и, разумеется, ни следа голосистого младенца. А ещё, понял Абдулла, обежав глазами все углы, в комнате не было ни следа бутылки с джинном.

— Какой кошмар! — воскликнула Софи, появляясь в дверях. — Где же он? Он не мог уйти далеко — ковёр-то здесь!

Абдулла от души пожалел, что не чувствует в себе подобной уверенности.

— Не хотелось бы волновать вас, о мать быстроходнейшего из младенцев, — заметил он, — однако вынужден заключить, что джинн, по всей видимости, тоже пропал.

Лоб Софи прорезала озадаченная морщинка.

— Какой ещё джинн?

Пока Абдулла вспоминал, что, когда Софи была в кошачьем обличье, ему всегда казалось, будто она вообще не замечает джинна, в дверях появилась и Летти — она задыхалась и держалась за бок.

— Что случилось? — пропыхтела она.

— Их тут нет, — ответила Софи. — Наверное, солдат отнёс Моргана к хозяйке. Она-то должна понимать в младенцах.

Чувствуя, что цепляется за соломинку, Абдулла предложил:

— Я пойду разузнаю.

Ведь вполне вероятно, что Софи права, подумал он, перепрыгивая первый пролёт. Именно так поступили бы большинство мужчин, внезапно оказавшись один на один с вопящим младенцем, — если, конечно, в другой руке у этого мужчины нет бутылки с джинном.

Нижний пролёт заполонили поднимавшиеся люди — люди в тяжёлых сапогах и чем-то вроде мундиров. Вёл их хозяин.

— На втором этаже, господа, — говорил он. — Дальниец соответствует вашему описанию, а косицу он мог и отстричь, а парень помоложе, очевидно, его сообщник, о котором вы говорите.

Абдулла повернулся и на цыпочках побежал наверх, перескакивая через ступеньку.

— Полная катастрофа, о неотразимейшие из сестёр, — прошептал он Софи и Летти. — Хозяин — коварный корчмарь — привёл полицейских, чтобы арестовать нас с солдатом. Что же нам теперь делать?

Настало время передать бразды правления решительной женщине. Абдулла был рад, что Софи принадлежит к этой породе. Она немедленно принялась действовать. Она закрыла дверь и задвинула засов.

— Одолжи мне платок, — сказала она Летти. И, когда Летти дала ей платок, Софи опустилась на колени и вытерла сливки с ковра-самолёта. — Идите сюда, — велела она Абдулле. — Садитесь со мной на ковёр и прикажите ему лететь туда, где сейчас находится Морган. Летти, ты останешься здесь и задержишь полицию. Не думаю, что ковёр сможет тебя поднять.

— Ладно, — кивнула Летти. — Я всё равно хочу вернуться к Бену до того, как король предъявит ему обвинения. Только сначала я вгоню хозяину ума куда следует. Хорошая будет разминка перед королевской аудиенцией. — Летти была не менее решительна, чем её сестра, — она расправила плечи и растопырила локти, так что сразу стало понятно, что ни хозяина, ни полицию в ближайшем будущем не ждёт ничего хорошего.