Смерть леди Далгат. Исчезновение дочери Уинтера - Майкл Дж. Салливан

– Э-э… леди Далгат завершила собрание? – спросил Шервуд, стараясь, чтобы голос звучал нормально.

– Да, сэр.

– Никто не признался?

– Нет, сэр.

– Я и не думал, что они признаются.

– Я тоже, сэр.

Шервуд кивнул и выдавил улыбку, очевидно, жутковатую, судя по тому, как поморщилась в ответ Рисса Лин.

– Прошу прощения. Вы пришли за водой. Не буду вам мешать. – Кивнув, он зашагал к замку.

– Сэр!

Шервуд остановился и посмотрел на Риссу Лин, озаренную лучами солнца. Она по-прежнему морщилась, но не из-за него. Служанка выглядела напуганной.

– Что такое?

– Я знаю, кто сломал ваши вещи, – прошептала Рисса Лин, и ее взгляд метнулся к дверям замка. Потом она развернулась, приблизилась к колодцу, поставила ведра и потянулась к вороту.

– Давайте я вам помогу, – предложил Шервуд и кинулся к колесу.

– Спасибо, сэр. Вы слишком добры, сэр, – громко произнесла Рисса Лин. Когда он начал крутить ворот, она тихо добавила: – Меня разбудил шум, ужасный треск. Я часто сплю в бельевой кладовке. Чтобы не выходить во двор в темноте. – Она опасливо покосилась на старые стены. – Никому нет до этого дела, потому что, кроме меня, туда никто не ходит. Я находилась за соседней дверью и услышала треск. Не знаю, о чем я думала… я имею в виду, когда пошла туда. Звуки были такие, словно в замок ворвалось чудовище: удары, звон бьющегося стекла, скрип, кряхтение, а за всем этим – бормотание, словно кто-то разговаривал сам с собой. Удивляюсь, как мне хватило смелости заглянуть в щелочку.

– Что вы увидели?

Шервуд уже убедил себя, что призрачная тень возле колодца была каким-то древним призраком или демоном, который уничтожил его мольберт и краски. Ответ Риссы Лин разочаровал и опечалил его.

– Это был лорд Фокс, сэр. – Она перелила воду из колодезного ведра в одно из своих. – Он был в кабинете, изо всех сил трудился над вашей подставкой для картины. Тяжелая работа, надо полагать. Нелегко сломать.

– Он вас заметил?

– Нет, сэр. Я только заглянула, а когда увидела, кто это, сразу помчалась обратно в кладовку. Люди считают его щеголем, но… он меня пугает.

Шервуд отпустил колесо, уронив ведро обратно в колодец:

– Меня тоже.

Рисса Лин впервые искренне улыбнулась:

– Нехорошо с его стороны так поступать с таким… ну, добрым человеком, как вы.

– Спасибо, Рисса Лин. – Шервуд вновь принялся вращать колесо. – Ты сказала леди Далгат?

Ее улыбка погасла, лицо снова стало испуганным:

– Нет, сэр.

– Но почему? Она ведь просила…

– Она просила виноватого выйти вперед. Его светлости там не было. А если бы и был, он бы не вышел.

– Но ты могла бы рассказать, что видела его.

Она покачала головой. У Риссы Лин были кудрявые волосы, которые еще долго трепетали, словно листья на кусте.

– Он узнает, да и кто мне поверит? Он просто станет все отрицать, и тогда меня обвинят во лжи, хотя я буду говорить правду.

Она прикусила губу, и Шервуд понял. Он не просто так сказал, что боится Фокса. Как и все амбициозные люди, Фокс обладал свирепой агрессивностью. Лорд без раздумий уничтожит или запугает человека, которого сочтет ниже себя.

Шервуд ухватил колодезное ведро и наполнил второе ведро Риссы Лин.

– Вы все равно могли бы рассказать леди Далгат с глазу на глаз. Поговорить с ней, как сейчас со мной. Только вы и она будете знать, что вы сказали.

Кудряшки задрожали снова.

– Я и ее светлость… мы… я с ней не разговариваю.

– Но ведь вы ее служанка?

Когда Шервуд испытывал интерес к благородной даме, обычно он действовал через служанку. Служанки являлись прямым путем к сердцу леди – или хотя бы к ее постели. Аристократки четко разграничивали слуг и дворянство, однако личные служанки часто становились исключением и иногда были близки своим дамам, как сестры. Поэтому, в частности, Шервуд всегда здоровался с Риссой Лин. И даже приносил ей полевые цветы и красивые ракушки с прогулок на берег.

Рисса Лин кивнула, но в ее глазах сквозил прежний испуг.

Она боится не Фокса. Она боится леди Далгат.

– В чем дело? – Шервуд поставил ведро на край колодца.

– Ни в чем, сэр. Спасибо за помощь, сэр. Пожалуйста, никому не сообщайте, что это я видела его светлость, сэр. Я сказала вам лишь потому, что… Мне нужно идти, сэр.

Она подхватила ведра и поспешила прочь, расплескивая воду на ходу.

* * *

Шервуд стоял в колодезной нише, глядя, как Рисса Лин исчезает в темных глубинах замка. За ней тянулся прерывистый мокрый след.

– Она что-то скрывает, – раздался тихий голос у него над ухом.

Шервуд подскочил, отпрянул, поскользнулся и упал на декоративный бордюр вокруг основания колодца. Над ним возник человек в длинном черном плаще с поднятым капюшоном.

– Я хочу задать тебе несколько вопросов.

Когда Шервуд немного успокоился, и к нему вернулась способность дышать, он понял, что знает этого человека. Это был один из двоих мужчин, что встречались с Нисой прошлым утром.

– Как жаль, что я не хочу на них отвечать. – Шервуд поднялся. – Уходите.

– Твои желания меня не интересуют.

Ройс Мельборн – по крайней мере, Шервуд думал, что его зовут так – угрожающе сунул руку под плащ. Шервуд уже приготовился пуститься в бегство, когда рука вынырнула из-под плаща. Он ждал кинжала. Увиденное заставило его замереть. Человек в плаще держал стеклянную бутылочку «За морем».

– Я думал… я полагал, вы ее уничтожили. Или выбросили. – Шервуд протянул ладонь. – Верните ее.

– Нет, – ответил Мельборн. – Ты сам мне ее отдал.

– Я бросил в вас ею.

– Отдал, бросил – какая разница?

– Разница есть. – Шервуд потянулся к бутылочке, но Мельборн отдернул руку.

– Ты так считаешь? В таком случае, кинув ею в меня, ты совершил нападение на констебля. А это серьезное преступление.

– Вы не констебль.

– У меня есть документ. Хочешь взглянуть?

– Вы забыли, что я присутствовал при вашей встрече с леди Далгат? Я знаю, что вы не констебль. И ваш документ – фальшивка.

– Получить ответы я могу и без всякого документа. У меня есть более эффективные способы извлекать информацию. Предлагаю пойти в твою комнату, где мы сможем побеседовать наедине.

– Нет!

Ройс улыбнулся и высоко подкинул бутылочку с пигментом. Вращаясь, она сверкнула на солнце. Затем полетела вниз, и Шервуд ахнул. Он ожидал, что на камне у их ног расцветет ослепительно-голубое пятно, но Мельборн поймал бутылочку.