Смерть леди Далгат. Исчезновение дочери Уинтера - Майкл Дж. Салливан

– Вольный художник?

– Я завязала.

Ройс скептически посмотрел на нее. Скарлетт выглядела смущенной.

– Если вы здесь не для того, чтобы убить ее, то… Я не понимаю. Зачем вы тут?

– Нас наняли, чтобы помочь ее защитить, – объяснил Адриан.

– Ха! – Скарлетт расхохоталась. Выложила полоски свинины на сковороду, подвесила ее на закопченной цепи над огнем и сунула в очаг небольшое полено. – Кто именно вас нанял?

– Церковь Нифрона.

– Ага! – Она повернулась к Адриану с таким видом, словно хотела сказать: «Я же говорила!»

– Что – ага? – спросил Адриан.

– Церковь использует вас, чтобы убить ее.

– Церковь не убивает людей, – возразил он. – Священники жгут благовония, собирают десятину и бормочут на забытых языках, а не заключают контракты на убийство высокопоставленных аристократов.

Скарлетт с Ройсом переглянулись и покачали головами. Ройс ткнул пальцем в сторону Адриана:

– Видишь, с чем мне приходится работать?

– Прелестно, – ответила Скарлетт.

– Послушайте, – продолжил Адриан, уверенный, что они не понимают. – На жизнь леди Далгат несколько раз покушались, и теперь все утверждают, что за дело взялся профессионал. Но леди Далгат не хочет признавать, что существует проблема. Церковь опасается за ее благополучие и потому наняла нас в качестве консультантов. Ройс – специалист по убийствам.

– И не говори, – пробормотала Скарлетт.

– Вот почему выбрали нас. Он знает, как делаются такие вещи.

– Он очень милый, – сообщила Скарлетт Ройсу, с изумлением качая головой.

– Почему в это так трудно поверить? – спросил Адриан.

– Он серьезно? В этом есть хоть крупица правды? – поинтересовалась она у Ройса, разбивая яйцо на сковороду, где жарилась свинина.

– Да. Почти все.

– В этом нет ничего сложного. – Адриан вытянул руки, чтобы легче было объяснять. – Ройс ознакомится с ситуацией и сообщит, как профессионал подошел бы к убийству леди Далгат, после чего они…

– Поступят именно так, как он скажет, – закончила Скарлетт.

– Что? – смешался Адриан. – Нет!

– Если ты действительно говоришь правду – а я начинаю верить, что так и есть, – именно это они и сделают, – произнесла Скарлетт.

Адриан покачал головой, поднялся с табурета и уперся ногами в пол.

– Вы оба такие недоверчивые. Смотрите на черно-белую корову – и видите серую. Нет! Вы подозреваете заговор с целью отравить фермеров молоком!

– Или, – улыбнулась Скарлетт, – мы смотрим на заговор и видим заговор.

– Если церковь хочет избавиться от леди Далгат, почему бы просто не нанять нас? – спросил Адриан.

– Согласна, это кажется более логичным, но речь идет о церкви. Они любят все усложнять. Ты видел их соборы? – Она разбила еще одно яйцо. – Предположим, они так и поступили, и леди Далгат погибла. По-твоему, король пожмет плечами и скажет: «Ну и ладно»? Нет. Он пришлет настоящих констеблей.

Скарлетт посыпала яйца перцем.

– Они не хотят рисковать. Пытаются раскинуть свои щупальца по всему Маранону – и у них это чертовски хорошо получается. Поэтому как они поступят? Найдут парочку посторонних головорезов и заманят их сюда. Сами совершат экзекуцию, после чего обвинят в ней чужаков. Ведь всем известно, что они убийцы. И убийство было именно таким, как они описывали. Итак, у них есть козлы отпущения, которых казнят до прибытия королевских констеблей. Ничего расследовать не нужно, поскольку правосудие уже свершилось. И лучше всего то, что вы не состоите ни в какой гильдии, верно? – Она посмотрела на Ройса, и тот кивнул. – То есть им не нужно тревожиться о последствиях. Госпожа мертва. Преступники казнены. Король удовлетворен. Правосудие восторжествовало. Все довольны.

Скарлетт перевернула мясо деревянной лопаточкой. Домик наполнился дивным ароматом жареной свинины. Адриан не знал, имеет ли запах еды к этому отношение, но начинал соглашаться с точкой зрения Скарлетт. Он повернулся к Ройсу:

– Может, в этом что-то есть.

Ройс забрел в спальню. Он держал в руке красную перчатку и молча разглядывал ее.

– Ройс!

Тот уронил перчатку на кровать:

– Что?

У него был слух, как у летучей мыши. Он мог в буквальном смысле подслушать завтрашние события. Бросив перчатку, Ройс заинтересовался корзиной с камышом.

– Ты знал? – спросил Адриан.

Ройс пожал плечами:

– Догадывался. Нанимать убийцу-консультанта немного странно, ты не находишь?

– Тогда почему мы здесь?

– Двадцать золотых тенентов и расходы. Сундуки опустели. Нам требовалась работа. Мы либо соглашались на эту, либо брались за настоящее воровство, а я знаю, как ты к нему относишься.

– Двадцать? Золотом? – У Скарлетт отвисла челюсть. – Проклятие, хорошо, что мне не нужно перебивать цену.

– Да, но мы не сможем потратить их, если нас убьют.

– Я не позволю себя подставить.

– И что нам теперь делать?

– То же, что и прежде. Ничего не изменилось.

– Правда?

– Конечно. Нам все еще нужны деньги, а мисс Додж может ошибаться – по крайней мере, насчет того, что нас подставят. Но даже если она права, они платят нам за то, чтобы услышать, как бы я выполнил это работу. Именно это я и собираюсь им рассказать. При желании они примут мой план, но даже лучшие члены «Алмаза» не в состоянии повторить мои методы. Шансы преуспеть у них столь же высоки, как шанс ограбить Коронную башню.

Раскладывавшая мясо и яичницу по тарелкам Скарлетт изумленно обернулась:

– Это был ты?

– Фигура речи, – ответил Ройс.

– О… ну да, конечно.

– Прежде чем сказать им что-либо, я хочу узнать как можно больше о том, что здесь творится. – Он смерил Скарлетт хмурым взглядом. – Зачем бывший член «Алмаза» желает организовать сбор денег, а также почему местные жители готовы скинуться ради спасения своей графини.

– Леди Далгат – особенная. – Скарлетт поставила тарелки на стол.

– Да, ты это упоминала, но в чем именно особенная? – спросил Адриан.

– Далгаты всегда хорошо обращались со своими подданными. Они действительно о нас заботятся.

– Не хочу оскорбить твое скромное жилище, – произнес Ройс, – однако вчера мы с Адрианом были в господской конюшне. Она намного лучше этого дома. Похоже, графиня больше заботится о лошадях, чем о подданных.

Покачав головой, Скарлетт достала из ящика и положила на стол буханку черного хлеба.

– Это не так. В Далгате живет несколько тысяч человек, в десятках сел и рыбацких деревушек. Далгаты не могут обеспечить нас всех. Никто бы не сумел. Она делает все, что в ее силах, как и ее отец.