Две котлеты Виолетты. Попаданка в хозяйку таверны - Мария Мире

— Да, — сказал он. — Поначалу — да.

— Поначалу? — я усмехнулась, иронично выгибая бровь и снова сталкиваясь с ним взглядом.

— Виолетта.

— Нет! Не надо произносить мое имя вот так, — оборвала я резко и зло. — Я уже просила. Продолжайте, Ваше Высочество.

Он молчал, сверля меня нечитаемым взглядом. Я же тряхнула головой, чувствуя как последние пряди выпадают из остатков пучка, рассыпаясь по плечам тяжелой волной. По сравнению с той тяжестью, что поселилась у меня внутри эта оказалась даже приятной.

— Но ты остался, — решила сама продолжить и подтолкнуть его. — Почти месяц. Почему? Неужели не собрал достаточных сведений? Или как раз поэтому? Ждал его? И вот мой бывший муж едет в Вилку.

Каэль резко поднялся, шагнул ближе и наклонился ко мне. Не угрожающе, но мне все равно пришлось заставить себя не пошевелиться от его действий. Не показать того, как сильно я уязвлена и напугана в этот момент. Когда он заговорил, я вздрогнула.

— Потому что искал преступницу, а нашел женщину, которая встает до рассвета и работает до темноты. Не притворяется, не заставляет работать других. Сама справляется со всем, что на нее свалилось, — в голосе было что-то опасное, заставившее меня замереть и не сметь отвести взгляда или отодвинуться. — Я видел, как ты защищаешься от деревенских сплетен. Как берешь в долг в плохую неделю и потом отдаешь с лишком, как только у тебя появляются на это средства. Как разговариваешь с Триппом, когда он уже хорош, и не даешь ему напиться до беспамятства. — Он качнул головой и отстранился, а я украдкой втянула воздух, только сейчас осознав, что задержала дыхание. — Я не знал, как сказать правду. Чем дольше ждал, тем это становилось сложнее. Вчера — тем более. После... — Он не договорил, но мы оба знали, что он имел в виду.

Я отвернулась. Смотрела в темное окно. На улицу, где не было ничего, кроме влажного воздуха и редкого света из соседних дворов.

— Бумаги, — сказала я наконец, переводя тему. Потому что смотреть в его глаза было невыносимо. — Я их подписывала. Я уверена, что мы разведены.

— Для людей — так и есть. — Каэль сделавший несколько шагов по залу, вернулся к столу, но не сел. Так и стоял рядом, оперевшись сильными руками о столешницу и нависая над ней. — Но родовой артефакт все еще у тебя. Они живые, Виолетта. Пока кольцо на тебе, ты остаешься частью его рода. Не знаю почему Азарель не провел ритуала разрыва. Разве он мог не знать, что артефакт признал тебя?

Я пожала плечами, нахмурившись. Память моей предшественницы все еще упорно не давала ответов на этот вопрос. Все события с того момента как Азарель объявил ей о разводе и до моего появления в этом мире были отрывочны и запутаны.

— Я нашла его в сундуке, — призналась я. — Но я точно уверена, что бывший муж лично снял его с моей руки при разводе. Как это могло произойти?

Каэль сверлил меня взглядом, но ответил весьма быстро, будто бы ответ успел продумать заранее.

— Если он считал тебя пустышкой, мог просто не заметить магической привязки, что артефакт настроил на твою ауру. Такая связь с людьми у драконьих артефактов выстраивается не слишком часто, так что… Но артефакт тебя признал. С точки зрения магии драконов ты все еще часть рода Дуат.

Я отбросила кольцо и, со скрипов отодвинув стул, поднялась. Я не понимала, что происходит и чем мне это грозит. Заботы хозяйки таверны были мне просты и понятны, но магия? Драконы и их артефакты. Я не была частью этого мира и разум отказывался принимать только что услышанное. Неужели все, чего я успела добиться окажется бессмысленным? Но ведь…

— Он женился! Тот человек сказал, что он обвенчался. Значит ты ошибаешься. Я не могу быть связана с ним, если у него теперь другая жена, ведь так? Кольцо…

Я осеклась. То свечение ночью. Что если это было вовсе не из-за меня и моего поцелуя с Кайэлем? Мог ли артефакт отреагировать на свадьбу своего настоящего хозяина на другой женщине? Закусив губу, я вновь мотнула головой, пытаясь уложить все эти мысли в хоть какую-то логическую цепочку.

— Новая супруга, Изольда, — из драконов. Семьи таких же коллекционеров, как Азарель. Вероятно, этот брак — сделка. Мой человек уверен, что она знает достаточно, чтобы уничтожить Азареля и все его схемы. — Каэль говорил ровно, не пытаясь приблизиться ко мне, но мне все равно было неуютно от его слов. — Азарелю нужно кольцо. Пока брак и родовая магия не запечатаны ритуалом, Изольда — уязвимое звено. Как только она полностью войдет в его род, ни один дознаватель не сможет вытянуть из ее памяти ничего, порочащего супруга.

Я опустилась на стул, чувствуя горечь на корне языка и усиленно пытаясь успокоить мысли. Что если кольцо все же различает меня и прошлую хозяйку тела? Тогда, учитывая что я только что узнала, недоступные мне воспоминания — это лишь блок родовой магии Азареля Дуата.

Что если я все это время ошибалась? Могла ли Виолетта узнать что-то, что заставило Аразеля развестись с ней? И что если он знал о связи Виолетты и перстня и отпустил его с ней вовсе не случайно. Мог ли перстень так сильно оберегать тайны хозяина, что просто-напросто выжег душу Виолетты? И тогда здесь появилась я.

Руки сами нашли край столешницы и сжали ее так сильно, что побелели костяшки. Я сидела прямо, рассматривая перстень широко распахнутыми глазами, будто бы ядовитую змею.

Он едет за мной.

Он был уверен, что Виолетта уже погибла и перстень снова свободен от этой связи. Я готова была заложить таверну, что окажусь права в своих размышлениях.

— Я чувствую себя использованной, — сказала я наконец, стараясь сбросить с себя тот липкий ужас, что испытала складывая детали этой мозаики. — Вы оба видите во мне только инструмент. Тебе же я нужна лишь как приманка, не так ли?

В зале было совсем тихо. Светильник у дальней стены начал коптить — я видела это боковым зрением и почему-то отметила совершенно отстраненно. Надо будет поправить фитиль.

Рука Каэля дернулась. Я заметила это — как он едва не потянулся вперед, к моим волосам или к плечу, и остановился. Убрал руку обратно.