По дороге на Оюту - Мария Лунёва

Постепенно я осваивалась, и хоть условия проживания в пассажирском отсеке лучше не стали, но засыпать в объятьях Демьяна было уже не так страшно, как в первые дни путешествия. Привыкая к нему, я все чаще стала ловить себя на мысли, а что будет, если наши пути разойдутся. Что, если я сейчас влюблюсь без памяти, а ему подвернется женщина проще, красивее и с грудью больше. Демьян никогда не говорил со мной на тему будущего. Он вообще редко со мной разговаривал, только приглядывал, ну и притягивал меня к себе поближе после отбоя и сразу засыпал.

Сомнения терзали меня изнутри и не давали покоя. Неопределенность тяжело ложилась на сердце. Жить в неведенье – это страшно и тревожно. Словно ступаешь с закрытыми глазами на перекладину и не понимаешь куда дальше ногу ставить; пройдешь ли ты до конца или следующий шаг окажется губительно неверным.

Через неделю карты мне и вовсе надоели. Все чаще я замечала драки и слышала ругань. Пассажиры медленно начинали сходить с ума от скуки и безделья. Местные «красавицы» уже успели обслужить тут каждого второго и теперь делили трон. Я же так и не понимала – чего они хотели добиться, прыгая в буквальном смысле по койкам от одного инопланетного мужика к другому. Ну не большую же любовь и предложение руки и сердца они искали под чужими одеялами!

Зато гонору у этих стерв обнаружилось с избытком. Они, то по одной, то группкой «наезжали» на остальных и без того малочисленных женщин, требуя чтобы те не то чтобы на «их» мужчин не смотрели, а чуть ли из–под кровати не вылезали. Не трогали эти девицы только тех представительниц женского пола, что были плотно пристроены к мужчине и имели статус жены или подруги.

Но и это продолжалось до поры до времени. Через две недели утомительного полета в жутчайших психологических условиях местные всеми потасканные «звезды» обнаглели настолько, что принялись тромбить буквально всех. Так что держаться я предпочитала ближе к Демьяну и в поле его зрения, чтобы смог выручить и не дать в обиду. Признаться, я очень боялась попасться этим девицам под руку. Тем более, что именно их «главнючку» я и застала в первые дни в санблоке с Демьяном, и по ее логике увела у нее мужика.

Вот и сейчас, вместо того, чтобы, удобно устроившись на койке, читать полезные образовательные книжки про обжитые звездные системы, про истории первопроходцев, про быт и культуру иных рас, я сидела и тупо пялилась на карточные партии в столовой рядышком с Демьяном и Ратхаром. Читать здесь в столовой было невозможно, слишком шумно и оживленно.

Миранец усиленно проигрывался и нервно отстукивал ярким рыжим хвостом по полу. Мой марсианин явно выигрывал, отчего его глаза разгорались желтым предательским огоньком. А остальные мужчины за столом ерзали на стульях, явно желая уже свалить куда-нибудь и сохранить хоть часть своих сбережений.

Зевнув, я устало положила голову на руки и прикрыла глаза. Все уже так надоело, а лететь еще минимум две недели. Две долгие муторные тошнотворные недели. Как тут не свихнуться?

— Анита,— голос Демьяна раздался неожиданно надо мной. Я чуть было не подскочила на месте, но меня во время удержали теплые руки, чуть надавив на плечи. — Я еще партию сыграю и все. А ты не мучайся, иди и читай. Я же вижу как тебе скучно.

— Нет, – недовольно сморщилась я, – лучше посижу до конца.

— Ну, дело твоё, – согласился Демьян и нежно пригладил мои волосы. — Не понимаю, чего ты этих девок так боишься? – сказано это было мне практически на ушко, но я все равно нервно огляделась, проверяя, слышит кто наш разговор или нет. — Не побьют же они тебя, будь смелее и наглее.

— Я не боюсь, – буркнула я раздраженно, хотя и сама понимала, что это обман,— просто не люблю таких разборок.

— Сиди тогда, раз не любишь, – щёлкнув меня по кончику носа Демьян, отошел к питьевому аппарату и, осушив стакан с водой, вернулся за стол.

Я же мучительно выдохнула. Еще целая партия – а это не меньше часа и то при хорошем раскладе. Может и правда пойти да почитать? Оставаться тут сил уже нет – так и сорваться недолго.

Но я продолжала уперто сидеть. Глаза предательски слипались, спина затекла, ноги ныли как у древней старушки: то ли от разницы показателей давления на крейсере, то ли с непривычки переносить условия полета и искусственной гравитации, но чувствовала я себя разбитым корытом.

Не выдержав и половины партии, я все-таки сдалась и, подхватив свой легкий зелененький рюкзак, отправилась в пассажирский отсек. О том, что я буду читать, уже речи не шло – банально хотелось прикрыть глаза и подремать хоть чуть–чуть. Пошатываясь, вышла в коридор и, обернувшись, заметила слишком пристальный, чуть сощуренный взгляд Демьяна. Ему явно не нравилось ни моё состояние, ни моё настроение. Но что он мог сделать. Тут рецепт улучшения физического и психологического состояния организма только один – дождаться прилета и просто сойти с этого адского крейсера.

Погруженная в свои мысли, я отвлеклась от реальности и стала рассеянной. Только когда уже буквально чуть не наскочила на местных стерв, поняла, что меня ждали. Сзади кто–то сильно толкнул в спину, передо мной тут же отворилась дверь в санблок и меня буквально впихнули в комнату.

— Это кто у нас здесь? – гаденько пропела одна из трех девах, когда я, неуклюже влетев в помещение, слегка ударилась бедром о раковину. – Девочка–целочка, лютик полевой.

Затравленно оглядевшись, попыталась найти пути спасения, но эти твари четко встали между мной и выходом. Оставалось только ждать, когда они расслабятся и попытаться сбежать.

— И чем же эта серая крыса мужика к себе привязала? Может, разденем ее и поглядим, что у нее там под одежкой такого расчудесного?! – все так же нараспев продолжила словесные издевательства вторая. Но сразу стало понятно, что эти слова – чистый блеф: они пытались меня затравить, напугав до одури.

— Как же нам тебя наказать за то, что у нас такого мужика увела? – в игру вступила та самая землянка, которая путалась с Демьяном в первые дни. Она смотрела на меня с вызовом и улыбалась при этом каким–то нечеловеческим звериным оскалом.

Самое простое, что я могла сделать сейчас – это молчать и ждать, во что выльется весь этот цирк. Сейчас я словно замерла истуканом. Да, мне было страшно: я еще ни разу не попадала в подобные ситуации. Мама всегда четко контролировала, с кем я играю, и не выпускала из виду. На меня даже обзывались шепотом, чтобы она не слышала.

А тут так попасться – я была морально не подготовлена к такой ситуации.

– Может, глянем, что у нее в пожитках? Мышь эта, видно, не нищая была – вещички-то не на распродаже купленные.

С этими словами одна из этих мымр с длинными сальными волосами, собранными в куцый хвост–сосульку, сильно дернула мой рюкзак на себя. Но я клещом вцепилась в лямки, прекрасно осознавая, что если они заглянут внутрь, то отберут не только мои вещи, но еще и драгоценную мамину шаль и поглумятся над моей плющевой игрушкой. В этот момент больше всего я переживала именно за эти вещи. А шаль уж слишком дорогой она была даже на вид. Поэтому сейчас я до побелевших костяшек пальцев сжала свое скудное имущество и решила, что не выпущу его из рук, даже если будут бить.