По дороге на Оюту - Мария Лунёва

Понимание того, кто это усилило моё сопротивление. Я сильнее, словно бульдог, впилась в ненавистную конечность и тут же почувствовала вкус чужой крови.

— Аааа, тварь, – завопила моя жертва.

Дверь снова ударили со всей силы. Я же кубарем по полу полетела обратно под душ и ударилась больно головой о стену. Кусок отделочной плитки с грохотом полетел на пол. Дверь распахнулась и в душевую кабинку зашли двое. Мерзкий чернокожий варх и замызганный мужик, непонятной мне расы. Оба гнусно ухмылялись, глядя на меня.

— Ну, сама дашь? – эта скотская «летучая мышь», кривясь, потерла укус на руке, оставленный мною. Затем принялась медленно предвкушающе расстегивать магнитную молнию на штанах.

Подсобравшись, я попыталась отползти в сторону по стенке.

— Ну, и где твой здоровяк? – ухмыльнулся второй.– Ублажишь нас как его сегодня – может и отпустим живой.

Нащупав острый осколок от отвалившейся плитки, я сжала его с такой силой, что слегка порезала ладонь.

— Ну, зачем же так, самка? Думаешь, этот кусок пластика тебе поможет? – они явно наслаждались моей беспомощностью.

В этот момент я отчетливо поняла, что мне от них не спастись. Сдвинувшись чуть в сторону, заметила, что под плиткой были провода. И это натолкнуло меня на безумную мысль. Отбросив осколок в сторону, я с силой, кулаком, не жалея себя, врезала по плитке на стене. Отвалились еще несколько штук. Но все не то. Мужики же с интересом наблюдали за моими действиями. Они игрались, и им было весело. Цепенея от ужаса безысходности, я повторила удар, разбивая и руку, и плитку.

Мне улыбнулась удача.

Обнажилась панель соединения контактов. Не давая мужикам опомниться и понять, что я задумала, схватилась за голубенький проводок и выдернула его из микросхемы. Кратковременная вспышка искр – и вот в моей, перепачканной кровью, ладони оголенный провод под напряжением. Мужики резко слаженно отступили к двери.

— Что творишь, девка? – первым пришел в себя варх. – А сама сдохнуть не боишься?

Нет, не боялась – лучше вот так, чем быть изнасилованной этими тварями.

— Брось провод, – рожу бомжеватого урода скосило. Даже сидя от него в двух шагах, я ощущала вонь из его рта.

Передернувшись от омерзения, крепче сжала провод. Его кончик слабо заискрился.

— Умрете вместе со мной, – глухо, но злобно процедила я, откуда только смелость взялась.

Варх стремительно кинулся ко мне, но я выставила вперед руку. Это его остановило.

— Все равно мы тебя тут разложим, – в его взгляде было столько ненависти и похоти. – Сначала нам дашь, а потом молить о пощаде будешь, человечка. Если хорошо нам услужишь, может и в живых оставим.

Ухмыльнувшись, я медленно стала опускать руку с проводком на мокрый пол. Сама я сидела на резиновом коврике, а вот они стояли на голых плитах. Конечно, разрядом ударит и меня. Но они отключатся уверено.

По мере того как моя рука опускалась, лица несостоявшихся насильников менялись.

— Девка сумасшедшая, – зашипел вонючка.

Мои ноги знакомо обдало холодным потоком воздуха. Встрепенувшись, я в ужасе покосилась на дверь, ведущую в умывальню. Там замерев, стояли рыжий миранец и Демьян. И вид у обоих был убийственный.

— Отпусти провод, тварь, – рычал варх, – иначе сдохнешь.

Но теперь мне было совсем не страшно. Я, не отрываясь, смотрела в глаза Демьяна и видела там холодную уверенность и спасение. Слаженно они с миранцем двинулись вперед. Мои несостоявшиеся насильники слишком поздно их заметили. Не было драки и размашистых ударов. Миранец одним резким выпадом разорвал когтями «вонючке» горло. Демьян же, сделав ложный выпад в сторону варха, зажал его голову в локте. Раздался отвратительный хруст шейных позвонков. И нелюдь осел мешком к ногам марионера.

Все также молча, перешагнув через труп, Демьян подошел ко мне вплотную и присел на корточки. Медленно окинул взглядом, уделив особое внимание руке с проводом.

— Молодец! – похвалил он меня.– Но в следующий раз не на пол опускай, а в них тыкай, это эффективнее.

На его лице расцвела зловещая усмешка. Перехватив мою руку за запястье, он выдернул провод и вставил его снова в микросхему на стене.

— Я не хочу, – пискнула я.

— Чего не хочешь, Анита? – удивленно вскинул брови Демьян.

— Чтобы был следующий раз.

— Ну, если не хочешь следующего раза, маленькая моя, — мужчина строго глянул в мои глаза, — тогда просто нужно звать с собой меня, как это делают все остальные женщины.

Смутившись, я опустила взгляд на пол. Сама понимала что сглупила.

— Что–то я не заметил, чтобы все остальные женщины звали тебя, человек, – подколол марионера миранец. Его похоже вся ситуация не пугала, а скорее забавляла. Он странно поглядывал на меня, словно ждал чего-то.

— Она поняла, о чем я, правда, Анита? – я в знак согласия закивала головой.

И действительно, всего–то и нужно было, так это попросить Демьяна покараулить меня в умывальне. Я сама себя подставила, отправившись в душ одна. Ничему меня жизнь не учит.

– Где твоя одежда?

Услышав вопрос, я в недоумении уставилась на Демьяна и только сейчас сообразила, что сижу на резиновом коврике в присутствии двух мужчин абсолютно обнаженная. Срам-то какой! До меня дошло, чего это миранец так смотрел.

— Мама, – моя челюсть затряслась от понимания этого факта, – мамочки.

Схватив рюкзак, я прижала его к себе. Миранец звучно захохотал, но быстренько скрылся в соседней комнатушке. Улыбался и Демьян, осматривая порезы на моей ладони. Мое лицо мгновенно залилось краской стыда.

— Как ты так? – спросил он меня, крутя руку в разные стороны.

Немного справившись с эмоциями, обратила внимание на порезы. Поверхностные, можно сказать просто оцарапалась.

— Я плиты разбивала, чтобы блок соединения контактов найти, – удрученно призналась я, плотнее прижимая к себе сумку, от прикосновений мужчины по спине, неприлично топая, бегали мурашки. – Можно я оденусь?

— Можно, но сначала еще раз ополоснешься и смоешь всю кровь. А потом оденешься. А мы пока подумаем, что с трупами делать.

Трупы! Я с ужасом глянула на два неподвижных тела.

— Не смотри, Анита, — тихо шепнул Демьян и за подбородок отвернул моё лицо. Склонившись, легко поцеловал в губы, словно утешая. — Я не хочу, чтобы ты когда-нибудь еще видела смерть или насилие. Но с трупами нужно что-то делать и быстрее.

— А чего думать? – миранец снова заглянул в душевую. — Спустим в люк для утилизации отходов и делов-то. Тела туда хорошо проходят.

Я молча сглотнула. Откуда этот нелюдь знает, что тела хорошо проходят в люк, ведущий в корабельный крематорий, я даже думать не хотела.