Наследие драконов - Ирина Агулова

— Вы слышали вой? — спросила я, нагло проигнорировав высказывания парня.

— Нет, — ответил Рик, удивлённо вскинув бровь, — за весь вечер мы вообще не слышали ни звука, которые обычно свойственны лесу, и это весьма странно.

— А, кто-нибудь, что-нибудь знает о ворлотах? — решилась поинтересоваться, удивив своим вопросом всех присутствующих.

— Странный вопрос для того, кто не так давно впервые столкнулся с драконами, — задумчиво промолвил Родэрик. — Хотя, всему есть объяснение, мало ли какие сказки ходят среди людей. Давай договоримся — я расскажу тебе всё, что нам известно, а ты объяснишь, почему этим интересуешься?

— Да, конечно, — кивнула, с наслаждением отпив душистого чая, — договорились, но вряд ли вы мне поверите. Например, если бы мне рассказали нечто подобное, я бы покрутила пальцем у виска, да ещё и в глаз съездила за враньё.

— Ну, в глаз мы точно не дадим, — засмеялся Дорн, впервые вступив в разговор, — но таким предостережением ты только разожгла любопытство.

— Ну, раз договорились, — улыбнулся Рик, — тогда слушай. Ворлоты — это приспешники сумеречного эльфа.

— Сумеречный эльф, значит, — пробормотала я, чуть слышно. — А кто он вообще такой?

— Никто, это персонаж из легенды, — снова влез Вэйн.

— Да, это так, — нахмурился Рик, — но «никем» я бы его не стал называть. Кто бы чего не говорил, но любая легенда отчасти основана на реальности.

Последующие полчаса я сидела, попивая чай, тем самым пытаясь заглушить нарастающий голод, и внимательно слушала легенду, которую рассказывал Родерик, а послушать было что.

Оказалось, что в давние времена один дракон, будучи наследником трона, воспылал страстью к прекрасной эльфийке, благородных кровей. В те времена отношения с представителем другой расы были под запретом, за нарушение которого могли изгнать из рода. Но разве это кого-то останавливало, когда в жилах бурлила молодая горячая кровь? Дракон был невероятно хорош собой и после долгих ухаживаний, эльфийское девичье сердце не выдержало. Итогом бурного романа стало рождение ребёнка. Поначалу ему были рады, даже родственники, узнав о нарушении запрета, закрыли на это глаза, умиляясь светловолосому карапузу, но затем, дракон встретил свою истинную пару, вмиг позабыв былую страсть. Девичье сердце было разбито. В порыве отчаяния, молодая мама прокляла своего бывшего возлюбленного и отреклась от ребёнка, который всем своим видом напоминал его. Так, от ни в чём не повинного дитя отвернулась та единственная, в ком он больше всего нуждался. Малыша отправили к отцу, но ему он тоже был не нужен: его драконица не желала видеть мальчика, зная, что тот последствие былой страсти супруга. Ребёнка решили убрать с глаз долой, переселив в дальнее имение, расположенное в горах, где он и рос вдали от семьи, лишённый любви и ласки. Единственным его развлечением стало чтение книг, среди которых всё чаще проскальзывали фолианты по тёмной магии. Чем старше он становился, тем больше его сердце ожесточалось. В конце концов, отвернувшись от всего светлого, парень погрузился в магию тёмных эфиров, отыскав через неё вход в мир, именуемый Сумеречьем, где стал безраздельно править, из-за чего и получил соответствующее имя — Сумеречный эльф, хотя сами эльфы называли его Сумеречным драконом. Его светлые, когда-то, волосы поменяли цвет, став чернее воронова крыла, а голубые глаза потемнели. Сила Сумеречного была огромна, хотя он редко ею пользовался, но его теперь боялись все — и драконы, и эльфы, и даже люди, несмотря на то, что тот ими никогда не интересовался…

— Ну и почему ты вдруг завела разговор про ворлотов? — закончив рассказ, спросил Рик.

— Потому, что встретила в лесу, кое-кого, похожего на вашего персонажа из легенды и трёх этих существ вместе с ним, — честно ответила я.

Реакцией на мои слова был дружный смех, хотя, иного я, в принципе, и не ожидала, поэтому махнув рукой и пробормотав «предупреждала же», укуталась плотнее в плащ и стала наблюдать за огненными всполохами, размышляя о том, что было бы, если бы от ребёнка не отреклись.

Разговор постепенно стих — каждый думал о чём-то своём. Огненные языки пламени плясали в костре, приковывая к себе взгляд, время от времени выбивая сноп искр, когда прогоревший сучок падал на угли. Хвойный запах витал в воздухе, давая понять, что в костре потрескивают сосновые ветки.

Рик и Дорн, от нечего делать, решили снова пойти проверить источник силы, с помощью которого планировали открыть портал — вдруг что-то изменилось, мы же — я, Таминия и Вэйнор остались возле костра.

Прокручивая в памяти последние события, я думала о том — зачем понадобилась тому, кого даже драконы считают персонажем из легенды. Хотя, скорее всего этот маг не имеет ничего общего с тем, но от этого было не легче, особенно когда вспоминались его невероятные способности.

— Ой, Рин, а что же ты не сказала, что вернулась с добычей! — радостный окрик Тами, заставил меня вздрогнуть от неожиданности. — Скромность — это конечно хорошо, но горячий ужин из тушёной зайчатины был бы сейчас в самый раз.

— Меня терзают смутные сомнения, что делиться этой добычей с нами не собирались, — вставил своё предположение Вэйн, — видимо она думала слопать всё сама, когда мы заснём.

— Сырыми? — хохотнула Тами. — Тебе не кажется, что если бы решила слопать, то не принесла бы сюда? И вообще, хотелось бы знать, почему тебя так распирает от злости, братец, что ты готов нести одну чушь за другой, лишь бы сказать что-то неприятное про Ринию?

— Что ты, сестрёнка, какая злость? О ней здесь даже речи нет: это чисто научный интерес! Вдруг девочка решила попрактиковаться в сыроедении, прежде чем затесаться в наше драконье семейство. Должен же я знать! Хотя, конечно, буду рад послушать и твоё мнение! — фыркнул парень.

— О чём вы? — поинтересовалась растерянно, совершенно не понимая, о чём идёт речь. — Я собрала немного грибов, но и те по пути растеряла, а от зайца видела лишь давний след, но его в суп не положишь, так что о горячем ужине можно только помечтать.

— Ну да, ну да! — покивал головой Вэйн, подняв глаза к ночному небу. — А чем ты тогда объяснишь то, что находится рядом вон с теми кустами, возле которых ты, кстати, и стояла, когда появилась из леса.

Посмотрев в указанном направлении, я увидела ствол поваленного сухого дерева, на котором виднелись пара освежёванных заячьих тушек, моя самодельная лопуховая корзинка, причём, абсолютно целая, и любимый самострел.

«Пусть это будет вместо извинения, с моей стороны, — прошелестело в голове, — признаюсь, я слегка перестарался, проверяя тебя, но, ни сколько об этом не жалею».

«Мне не нужны ни ваши подачки, ни ваши извинения, — подумала в ответ, надеясь, что тот услышит, — просто не появляйтесь больше на моём пути».

«Неужели из-за обиды и гордыни ты оставишь своих друзей голодными? — ледяным тоном поинтересовался тот. — Ведь здесь они не смогут восполнить свою энергию, так как источник мне временно пришлось закрыть, чтобы не упустить тебя, а пищи для драконов в этих лесах нет. Между прочим, всё, что я говорил о ворлотах — это чистая правда. Прежде чем они бы поняли, кто ты, могли иссушить тебя, поэтому мне пришлось прибегнуть к тому фокусу с перемещением. Но в том лишь твоя вина: я же предупредил, чтобы ты не двигалась, но кажется с пониманием, у тебя проблемы, как и с послушанием».