Вернуть невесту. Ловушка для попаданки - Алиса Ардова

Платок Фарна. Я совсем о нем забыла и продолжала машинально сжимать в руке. Запах меня совершенно не беспокоил — спасибо носовым фильтрам, которые я поставила сразу, еще в лавке. А вот у Озаса их не было, поэтому удушливое амбре, он уловил довольно быстро, хотя оно и успело уже частично выветриться на улице.

Представляю, что кандидат в женихи сейчас думает.

В принципе, меня мало интересовало его мнение. Если сочтет странной, тем лучше — может, задумается, стоит ли такую, не совсем адекватную барышню в жены брать. Но что-то ответить надо было: мужчина ждал и явно не собирался менять тему.

— Госпожа…

Ралд недовольно скривился, даже, кажется, дыхание задержал, но не отступил. Наоборот, склонился еще ниже, заглядывая мне в лицо.

— Ах это, — протянула, равнодушно пожимая плечами. — Я неважно себя почувствовала, и мне помогли в лекарской лавке. Вот… смочили платок в особом бодрящем растворе. Если снова дурно станет, надо просто поднести к носу — сразу придешь в себя. Очень действенное средство. Мертвого из земли поднимет. Смотрите…

Я помахала у Озаса перед глазами кулаком с зажатой в нем белой тряпицей. Мужчина побледнел, шумно сглотнул и подался назад. Немного. Но тут же опомнился и снова ринулся в атаку.

— Вам плохо? В таком случае я должен… нет, просто обязан вас подвезти. Это мой долг. Знаю, вы девушка строго воспитания и беспокоитесь о приличиях. Я с уважением отношусь к вашим принципам, но сейчас настаиваю, чтобы вы приняли мое предложение и дальше ехали в карете. А тем, кто посмеет распускать слухи, я скажу… покажу… То есть готов загладить, взять на себя вину и отвечать за последствия. Не переживайте.

Как раз об этом я и переживаю. Что настойчивый кандидат в мужья «загладит», расскажет всем и каждому в красочных подробностях, даже наглядно продемонстрирует.

Не исключаю, что он искренне желает помочь, и приняла бы предложение, если бы кое-кто не метил мне в женихи. А так… расслабляться точно нельзя. И он ведь не просто довезет, а под этим предлогом еще и в гости напросится — доставить болезную госпожу Янт до комнаты в целости и сохранности. А нам сейчас визитеры совсем некстати — собираться нужно.

Озас тем временем развернул бурную деятельность. Заступил дорогу, вынуждая остановиться, зычно закричал на всю улицу:

— Ерон, подъезжай сюда. Ближе. Еще ближе. И дверь придержи. Мне нужно госпожу Янт внутрь занести.

И потянулся ко мне, так, словно собирался взять на руки. На глазах у прохожих, между прочим.

— Благодарю. Не стоит…

Я ловко отклонилась, изображая иву в ненастье — ту, что гнется, но не ломается. Потом и вовсе попятилась, выставив вперед руку с платком в качестве последнего оборонительного рубежа.

— Это была временная слабость. Мне уже лучше, так что прекрасно доберусь до дому пешком. Даже полезно прогуляться немного. Подышать воздухом.

— Вам, и правда, лучше? — недоверчиво прищурился Озас.

— Намного, — горячо заверила я.

— Значит, платок больше не пригодится?

— Нет. Я уже достаточно… взбодрилась.

— Тогда позвольте забрать его и привести в порядок.

— Что? — опешила я. — Зачем? Я и сама могу постирать…

— Вот именно сама, — негодующе вскинулся мужчина. — Вы даже стираете. Лично. Я видел.

Ну да, видел, в ту самую первую встречу. Я как раз шла с корзиной белья — надо же было Ольме помочь.

— Вы не думайте, госпожа Янт, я не в укор. Мне известно, что вы стеснены в средствах. Приходится все делать самой. Я не могу этого допустить. Ну, отдайте же.

И он, неожиданно выбросив вперед руку, вцепился… нет, на этот раз не в меня — в платок, кончик которого торчал из сжатого кулака.

— Не стоит.

Дернула спорную вещицу к себе.

— Еще как стоит, — упорствовал Ралд. — У меня достаточно слуг: они и постирают, и лишний… гм… аромат выведут, и вернут, сбрызнутый лучшими духами.

— У меня на духи аллергия.

Я сделала еще один рывок.

— Тогда, без них.

Озас тоже не сдавался, впившись в несчастную тряпицу, как хищник в законную добычу. Морщился, похоже, даже дышать старался через раз, а все равно не отпускал.

— Но я пока не знаю… Возможно, запах полностью удалить не удастся. Тогда платок придется выбросить, — предприняла я еще одну попытку отвязаться от настойчивого ухажера.

— Замечательно, — неизвестно чему обрадовался мужчина. — То есть я хотел сказать, очень жаль. В таком случае, и браться не стоит. Немедленно прикажу его выбросить, а взамен пришлю вам новый. Из лучшего шуайского шелка. Да-да, помню, вы не принимаете подарков. Но это не дар, поверьте, а всего лишь возмещение ущерба.

И он с удвоенной энергией потянул из моей руки злополучный кусочек ткани.

А я… Я вдруг вспомнила слова Хобба, и поняла, почему торговец так настаивает.

«Я велел ему добыть твой волос и какую-нибудь личную вещь. Только после этого приступлю к изготовлению эликсира», — так, кажется, сказал мэтр.

Это что же получается? Ралд планирует приворожить меня с помощью платка Фарна?

Предположение было настолько нелепым, что я еле сдержалась, чтобы не рассмеяться. А потом… просто разжала кулак.

— Хорошо, господин Озас, если вы так настаиваете, — старательно затрепетала ресницами, изображая смущение. — Только он мне очень дорог. Как память. Я вам доверяю и буду благодарна, если вернете в целости и сохранности.

— Теперь извините, но мне пора. Нет, дальше провожать не надо. Мне хочется прогуляться одной. В тишине.

К счастью, Ралд не стал настаивать и навязываться дальше — видимо, добытый в бою трофей его полностью удовлетворил.

А я всю оставшуюся дорогу не могла избавиться от навязчивых мыслей, в красках представляя, как все сложилось, если бы приворот сработал. Озас и Фарн. Пылкий… нет, вспыльчивый Дракон и многоуважаемый торговец. Да уж, фантазия у меня богатая, иногда чересчур.

Даже жаль, что мэтр не собирается варить это зелье. Лишние проблемы мне, разумеется, ни к чему, но посмотреть на этих двоих было бы забавно. И урок вышел бы прекрасный. Для обоих.

— Молодая хозяйка…

У ворот дома меня уже ждали.

Джалс торопливо шагнул навстречу, распахнул калитку пошире, даже поддержал под локоть, помогая пройти внутрь. Оглядел с ног до головы, спросил сочувственно:

— Тяжелый выдался денек?

— Бывало и получше, — вздохнула я. — Ничего, где наша не пропадала. Справимся.

— Прорвемся? — выдали мне в ответ мое любимое.

— Других вариантов нет.