Пленница лунного эльфа - Лена Хейди

— А, где мой артефакт правды, который мы купили у Сина? — вдруг вспомнила я о наличии у меня такой полезной вещи. — Я бы поговорила с Иви, надев это замечательное кольцо. Заодно спросила бы её, что она думает про тебя.

— Ты настолько ей не доверяешь? — удивился Теодор.

— Она заявила о своём желании стать наложницей Кая, — огорошила я моего друга. — И мне хочется знать, что ещё у неё на уме. Дин говорит, что она добрый и хороший человек, а её поступки свидетельствуют о смелости и силе духа, но мне инстинктивно хочется держаться от неё подальше. — пояснила я. — Надеюсь, Олдин скоро заберёт её к себе.

— Может, ты просто ревнуешь? — неуверенно предположил мой телохранитель. Известие о том, что Иви стремится в постель к генералу, его сильно опечалило.

— И это тоже, — признала я.

— Будь осторожнее: она эльфийка, и может почувствовать магию артефакта и быстро понять, что ты её в чём-то подозреваешь. — предупредил меня Тео.

— Пускай, — равнодушно повела я плечом. — Кстати, о магии. А как ты открыл Портал для нашего перемещения? Ты же, как и я, человек. Научишь меня, как это делать? — с огромной надеждой посмотрела я на него.

— Я не владею магией, Лекси, просто у меня, как и у любого слуги в замке Лайтинерисов, есть специальный артефакт для создания Порталов и перемещения. Вот это кольцо, — показал он мне неприметное металлическое украшение из тёмного серебра, которое так гармонично сидело на его пальце, что казалось татуировкой. — Генерал позволяет каждому рабу брать выходной два раза в месяц и покидать пределы замка. А, чтобы постоянно не дёргать хозяина поместья для разрешения на вход и выход, он вручил всем нам своего рода ключи. Они именные. Лекси, их не украсть и не передать. Этот, — показал он на своё кольцо, — сделан персонально для меня, а для любого другого он будет бесполезной безделушкой. У Роксинанта тоже есть пропуск, только в виде небольшого кристалла, вшитого под кожу на плече: он остался у него с тех времён, когда они с генералом дружили. А император не нуждается ни в каких пропусках: он может проходить куда угодно, даже с целой армией, если захочет Ты попроси мужа — может, он и для тебя подобное колечко или кулон сделает, — отметил Тео, но по его голосу было понятно, что он и сам в это не верит.

— Да он скорее обезьяне гранату даст — тяжело вздохнула я.

— Что даст? — Не понял гладиатор.

— Ничего, забудь, — мягко отмахнулась я от этого вопроса.

Спокойно беседуя, мы добрались до ближайшей лестницы и спустились с четвёртого этажа в шикарный позолоченный и отделанный хрустальными вставками холл с мраморными колоннами, а оттуда уже вышли на улицу.

В отличии от посёлка, где находился дворец регистрации браков, архитектура этого города была не такой разноцветной, как детские пряники, а по-королевски изящной и вычурной. Каждый из беломраморных или жёлтых каменных домов словно кричал о том, что здесь живут богатые люди, обладающие огромной властью и влиянием.

Ласковый свет заходящего солнца слепил глаза, отражаясь от позолоченных крыш и похожих на зеркала окон, и весело прыгал по белым и зелёным листикам деревьев.

Тео завёл меня за угол Экселента, и мы с ним оказались у арочного входа в шикарный ботанический сад под открытым небом.

— Удостоверение личности! — к нам неожиданно, словно из-под земли, подскочили двое охранников-эльфов, и я застыла в ступоре, испуганно хлопая глазами. Какое ещё удостоверение? Нас что, сейчас арестуют? А потом объясняй этим бдительным блондинам, что я сбежала от мужа-генерала, а паспорт забыла на Земле.

— Госпожа Лайтинерис с телохранителем! — важно вскинув голову, изрёк Теодор и продемонстрировал суровой ботанической охране моё обручальное кольцо с замысловатой эльфийской вязью.

— Добро пожаловать в наш сад, госпожа! — ушастых словно подменили — так быстро их лица расплылись в приветливости и радушии. Такое чувство, что они мне вот-вот чай с печеньками принесут.

Нас быстро пропустили внутрь, сопровождая убийственно-ослепительными улыбками, и мы пошли по ровной каменной дорожке, любуясь на изумительные цветы, кустарники и деревья разных форм и всевозможных оттенков. Бархатные, глянцевые, сияющие и матовые, большие и маленькие — они все невероятно радовали глаз, создавая впечатление волшебности этого места, и источали восхитительные ароматы.

Ветерок донёс до меня сладкий аромат ванили, и сердце тут же болезненно сжалось от мысли о Кае. Интересно, как они там — закончили свои разборки? Ищут меня? Может, кто-то из них серьёзно ранен? И не обидится ли на меня мой вампирчик? Он придёт скоро на кормление, а меня нет. Сможет ли, Кай смириться с Нантом? Он же такой гордый… Да кого я обманываю, нам никогда не ужиться втроём! И Кай, и Нант — каждый из них будет меня ревновать, и добром это не кончится…

В голове крутились мрачные хороводы мыслей, от которых кровоточила душа, а на глаза снова навернулись слёзы. Я всегда была оптимисткой, но сейчас впервые в жизни я оказалась в ситуации, из которой не видела выхода.

Минут через пятнадцать мы дошли до сверкающего радужными брызгами небольшого фонтанчика, и я устало опустилась на скамейку перед ним.

— Хочешь побыть одна? — неожиданно понял Тео.

— Да, если ты не обидишься, — кивнула я, украдкой вытирая слёзы.

— Александра? — неожиданно раздался удивлённый возглас справа от нас.

— Ватиэль? — обернувшись, я с изумлением увидела князя Урлийского. стоявшего в сопровождении двадцати бравых эльфийских воинов.

— Я его казню! — гневно сверкая голубыми очами-молниями, Ватиэль быстро подошёл ко мне, и я в замешательстве поднялась со скамейки.

— И вам здравствуйте, — пробормотала я в полнейшей растерянности.

Глянула на Тео — тот застыл напряжённым истуканом, ожидающим боя: обманчиво небрежная поза, чуть согнутые колени, сжатые кулаки и сведённые в тонкую линию губы говорили о его готовности порвать за меня любого, невзирая на лица и должности.

Вышколенная команда княжеских телохранителей зависла в ступоре недалеко от нас, пожирая глазами моё заплаканное лицо. К счастью, я уже почти привыкла к мужской красоте в этом мире, и двадцать шикарных эльфийских мужиков уже не сильно волновали моего внутреннего эстета.

Зато парни, похоже, явно пребывали в состоянии культурного шока и буравили меня перекрёстным огнём жарких взглядов, под которым я почувствовала себя совершенно раздетой.

— Он изнасиловал тебя, сделал принудительную привязку, заставил стать его женой, ударил тебя на вашей свадьбе и довёл до слёз! И напугал так, что ты даже начала заикаться, и мне пришлось тебя исцелять! Прошло всего пять дней с тех пор, как я зафиксировал ваш брак, и ты снова плачешь! Как можно так поступать с самой красивой женщиной в этом мире!? — выдал возмущённую тираду Ватиэль, и лица его воинов вытянулись от шока и праведного гнева. — Лайтинерис должен холить тебя и лелеять, на руках носить и пылинки сдувать! — не мог успокоиться князь. — У вас же сейчас медовый месяц! А то, что он делает с тобой — это настоящее преступление!