Наглец - Елена Сокол

— Брезговать? — Повторяю, как во сне, лихорадочно сжимая кольцо.

Она протягивает мне свою левую руку:

— Сюда. — Указывает на безымянный палец.

Послушно завожу ее хрупкий, изящный пальчик в тонкий ободок. Внутри меня бунтует лихорадка, рвется свирепой вибрацией наружу фейерверк из злости, робости и нежности.

— Вот видишь. Совсем не сложно. — Голос девушки звучит мелодично, будто шелест морских волн.

А я вдруг выдыхаю так шумно, будто только что переплыл Ла-Манш.

— Очень важно доверять друг другу. — Соня печально улыбается, переводя взгляд с кольца на мое лицо. — Обнимая тебя, я должна знать, что ты не поморщишься и не закатишь от неприязни глаза.

— Как ты могла подумать, что я… брезгую? — Не хватало только начать заикаться. — Откуда, вообще?

Засматриваюсь на ее кисть. Колечко смотрится еще лучше, чем в моих мечтах-видениях.

— Да мне, вообще-то, все равно. — Отмахивается Соня. — Два дня, и ты вернешься к своей девушке, а пока потерпи, пожалуйста. Сам же втянул меня, а теперь напрягаешься. Надо нам бухнуть, что ли, вместе?

«У меня нет девушки» — хочется выпалить, но я до боли прикусываю язык.

— За ужином. — Соглашаюсь.

— Отлично. Так что там у нас с легендой?

Посматривая на сверкающее в редких солнечных лучиках кольцо, она берет меня под руку. Ее платье колышется, приоткрывая острые коленки.

— Нужно придумать, где мы с тобой могли познакомиться. — Говорю хрипло.

В штанах становится непреодолимо тесно — мой боец реагирует на брызжущие от нее во все стороны флюиды.

«Просто у меня слишком давно не было секса — надеюсь, это считается смягчающим обстоятельством?»

* * *

Мы приезжаем в отель уже затемно.

«Олимп» — огромный комплекс: гостиница, ресторан, бар, бассейн, концертный зал. Здесь легко затеряться, что, если честно, нам только на руку, ведь встретиться с бывшим дорогим другом раньше времени не хотелось бы.

Быстро оформляемся на ресепшене и поднимаемся в номер. Даю «на чай» носильщику и плотно прикрываю дверь.

Соня уже стоит у окна. Любуется видом. Посмотреть, и правда, есть на что: слева горы, справа маяк, внизу и вплоть до линии горизонта раскинулось серебристо-серое в закатной дымке море. Глядя на расплавленный в воде кусочек бордового солнца, девушка ежится, как от холода, и гладит себя ладонями по плечам.

— Я могу увидеть брата? — Интересуется тихо.

Убранство номера ее не интересует совершенно.

— Конечно. Сейчас пойдем. — Отвечаю, подходя ближе. — Только разберем вещи, переоденемся и примем душ.

До нее меньше метра, а меня тянет все сильней. Подкрадываюсь, осторожно переступая по мягкому ворсу ковра. Боюсь напугать ее, но очень хочется положить руки на тонкие плечи.

— Тогда я первая, — отстраненно говорит она.

Оборачивается. Словно не замечая, обходит меня, берет одежду из своей сумки и скрывается в ванной.

Глеб

Меньше, чем через час, мы выходим из номера и спускаемся на этаж ниже. На мне строгий костюм. На Соне синий брючный комбинезон из тонкой струящейся ткани, на ногах — босоножки на шпильках. Она привычно отстранена и держится в метре от меня. Если мы и дальше так херово будем играть парочку, то спалимся быстро.

— Дорогая, — подставляю ей локоть.

— Конечно, — соглашается она, послушно продевая свою руку через мою.

Проходим почти до конца коридора прежде, чем остановиться у нужной двери. Оглядываемся: никто не должен нас здесь заметить. И, только убедившись, что посторонних рядом нет, стучим.

Кажется, я даже слышу суету, охватившую постояльцев номера, ощущаю вибрацию от топота их ног прежде, чем дверь распахивается, и на пороге появляется одетый в аляповатый клетчатый костюм Макс.

— Что за пидорский прикид? — Ворчу, позволяя своей спутнице первой войти в номер.

Но Швед ничего не отвечает. Он настолько поражен произошедшими с Соней метаморфозами, что растерянно хватает ртом воздух.

— Привет, — плавно покачивая бедрами, она проплывает мимо него.

— Даже не думай. — Цежу сквозь зубы, наблюдая, как жадный взгляд товарища провожает ее бедра.

Вхожу и закрываю за собой дверь.

— Тебе какая разница? — Шепчет он, поправляя в пижонской манере свою прическу. — Я вижу, если нравлюсь женщине. Может, между нами искра пробежала?

— Без вариантов, — бросает Соня через плечо.

Небрежно бросив клатч на кресло, она проходит вглубь номера и здоровается с присутствующими. — Здоро́во!

Все они расположились за столом: Марк Иосифович, уже при параде, в самом дорогом своем костюме и туфлях, полирует позолоченный портсигар, Фил уткнулся в экран своего ноутбука, Егор, задумчиво перебирает разложенные перед ним карты, а Свят внимательно за ним наблюдает.

— Приветствую! Добрый вечер! — Оживляются они, поднимаясь со своих мест. — Ого, вот это преображение!

— Согласна, — насмешливо бросает девушка, направляясь к брату, чтобы обнять, — выглядеть я стала действительно хреново.

Давая им возможность пообщаться, отталкиваю Макса подальше в сторону.

— Ты пасть захлопни, а то муха залетит. — Предупреждаю его.

Швед смеется, но глаз с девчонки не сводит. Шепчет мне:

— А чего ты завелся? Для себя решил ее приберечь?

Если бы я не знал, что этот болтливый придурок вполне безобиден, и если бы он не был нужен мне для дела, сейчас же втащил бы ему.

— Я нашел двух телок на завтра. — Говорю, игнорируя его вопрос. — Будут тебя сопровождать. Одну из них, Агату, ты знаешь.

— Думаешь, я смог бы договориться сразу с обеими. — Макс самонадеянно задирает нос.

«Вот это вряд ли».

— Только после завершения дела. — Оглядываю его с головы до ног. — И не в этом шутовском наряде.

— Что? Чем тебе не нравится мой костюм? — Швецов недовольно выдвигает вперед нижнюю челюсть. — Знаешь, какую кучу бабла я за него отстегнул?

— Это что, сейчас в моде? — Мой взгляд упирается в идиотскую жилетку, надетую под его пиджак.

— А то. — Ухмыляется товарищ. — Я похож в нем на мажора?

Отхожу на шаг и оцениваю попадание в образ. Дорогие часы, франтоватый костюм, блестящий прозрачным лаком маникюр, самодовольная харя зажравшегося папенькиного сынка. Хм, в общем и целом довольно неплохо.

— Расстегни-ка пару верхних пуговиц на рубашке. Больше презрительности, меньше аккуратности. Думаю, можно даже добавить градуса. — Характерным жестом указываю на свою шею.