Танцовщица в луче смерти - Евгения Михайлова

Сергей встал и, когда Артем вошел, пожал ему руку.

– А мы тут кофий пьем, закусываем, решили тебя не будить до вечера. А ты вскочил в такую рань. Точно жаворонок. Ничего, что я без звонка? Ключи привез.

– Хорошо. Посиди еще, пожалуйста. Тебя что-нибудь заинтересовало?

– Ну, так. Интересно, конечно, как вы там из гуано конфетку делаете. Я прилично выразился? Впечатляет. Берем контору «Рога и копыта» и снабжаем ее мозговым центром. Я уловил суть?

– Да.

– Козыреву по науке дело ставили, оказывается. Удавка для клиентуры с помощью петли из адвокатских и нотариальных контор. Плюс бесплатные советы по Интернету. Муха не пролетит.

– А. Это он.... Макс мне рассказывал, что работал с юристом. Собственно, Макс нам многих клиентов приводит. Единственный светский человек в коллективе законченных «ботаников».

– Ты плохо спал? Глаза красные.

– Представляешь, мне приснился Юлин сон. Ну, как будто она Нина Вешняк. Все четко, в деталях. Я тебе рассказывал, что она видела во сне, как в руке убийцы блеснул нож и что-то еще – на запястье?

– Кажется, говорил. Похоже на браслет?

– Да... Я, наверное, с ума схожу, всякая ерунда в голову лезет...

– Ты что-то вспомнил?

– Не то что вспомнил. Просто на фоне этого кошмара возник один эпизод, который совершенно ни при чем, ни о чем не говорит...

– Какой эпизод?

– Я был недавно в гостях у моего сотрудника и бывшего сокурсника Макса Дайнеко. Очень приятный человек. Просто нет времени общаться... Ну, он снимал с полки бутылку виски, я увидел на его руке красивый золотой браслет. С черным или темно-синим камнем. Ему нравятся черные сапфиры. Эффектная вещь. Тогда я забыл это через минуту, а в подкорке отпечаталось.

– Как интересно. Утро милых вещичек. Я тоже кое-что увидел и даже захватил.

Сергей положил два предмета на стол. Артем сразу не сообразил, что это.

– Это вроде...

– Да, вот это «жучок» – прослушка из твоего телефона, а это миленький такой диктофончик. Тоже красивая, миниатюрная и емкая вещь. И тоже из твоего кабинета.

– А кому... Может, конкуренты заказчиков?

– Неправильный ответ. Никаким конкурентам твои разговоры не нужны. Не врубятся они в эти детали, все слишком научно, бизнес разваливают проще, если хотят... Я предположил другое: кому-то интересны наши с тобой беседы о преступлении, свидетелем которого ты стал.

– Но кому? И почему ты это предположил?

– Начну со второго вопроса. Я заметил, что меня кто-то пасет. В общем, как приеду к тебе, так в затылок начинают дышать. Поведения не меняю. Смотрю, проверяю невинно: точно. Пасет меня приятный человек, твой сотрудник Максим Дайнеко.

– Ты ошибся. Дело даже не в том, что я его давно знаю. Он не мог. У него очень много работы, встречи всякие, поездки. Я сам его подолгу не вижу. Хотя он очень ответственный человек, и сейчас, когда я постоянно выпадаю из работы, меня страхует. Сотрудники им довольны.

– Если ты его не встречаешь в коридоре, если кабинет его заперт, если он не отвечает на звонки по внутреннему телефону, это не значит, что его нет, вот в чем дело. Это значит только то, что он хочет, чтобы ты думал, будто его нет. А когда я выхожу от тебя, он есть. Я всегда смотрю на окна. Заметил, что из его окна пару раз кто-то наблюдал. Потом однажды выехал со двора, засек момент, когда он вышел – я потом узнал, кто он, – затем садится мне на хвост. Это стопроцентно.

– Но зачем?

– Два варианта. Или он играет в «казака-разбойника», что немного странно при такой занятости, или очень интересуется ходом расследования, о котором мы с тобой достаточно подробно говорим. Кстати, я не ошибаюсь, он мужик ведь крепкий, с широкой спиной? Да и браслетик мы рассмотрели. Действительно классная штучка, похоже, на удачу.

– Мне кажется, ты просто меня разыгрываешь. Это я, дилетант, профан, могу хвататься за такие элементарные детали сходства, как усы, худое лицо, широкая спина. Но и у меня есть какая-то логика. Степанов, Николаев, Фролов – грубые, неуправляемые люди. Они ужасно относятся к женщинам, они, наконец, могли оказаться в том же парке в то же время, что и я. Они знали Нину. А браслет вообще приснился Юле, я увидел что-то подобное на руке Макса, и во сне все наложилось. Ты вообще что хочешь сказать?

– Мы задержали Фролова, потому что он неадекватно отреагировал на твои вопросы о Нине и напал на тебя. К тому же, он плохо относится к женщинам, и подозревать его логично. До этого мы других людей с твоей подачи включили в круг подозреваемых. Кстати, я потихоньку проверял их потом, когда мы вроде отстали и они расслабились. Алиби есть и у Николаева, и у Степанова. Были вместе с одной замужней дамой, которая таким образом подрабатывает на дому. Видишь, вроде никудышние мужики, а честь женщины оберегали. Или мужа ее боялись больше, чем нас. Неважно. А подозревать Дайнеко в причастности – нелогично, с твоей точки зрения. Потому что он хороший человек. Учились вы вместе. Маму его ты знаешь... То есть он неприкосновенный. Но понимаешь, в чем дело. Когда за мной кто-то начинает следить во время серьезного расследования, я тут же сажаю людей этому типу на хвост. Мой ответ Чемберлену. Воздержусь от подробностей, но твой Макс не только решает задачи и посещает известные тусовки. Он живет более сложной жизнью. Кстати, когда у него отпуск?

– Он его еще не просил. Но приглашал нас с Юлей погостить в его доме в Черногории.

– Ну, вот. А билет вчера купил в Испанию. На одного. Так что я поехал. Мне еще надо завезти на экспертизу эти шпионские прибамбасы. Отпечатки пальцев, надеюсь, возьмем у твоего однокашника.

– Я с тобой. Пожалуйста. Сережа, я могу ошибаться. Я в вашем деле – ноль. Но твоя ошибка – это практически трагедия с далеко идущими последствиями. Макс женится, его мать не очень здорова, в общем, разреши мне с тобой.

– Давай. Маша сейчас с помощью своих красивых глаз пытается получить ордер на обыск квартиры Дайнеко и его задержание для проверки в связи с подготовкой к отъезду. Без ведома начальства.

К дому Максима они подъехали одновременно с машиной, где были Маша и наряд полиции. Консьерж открыл им входную дверь, Сергей долго звонил в квартиру. Никто не реагировал. Телефоны были недоступны.

– Я предупредила в диспетчерской, что нам может понадобиться слесарь. Звоню, – сказала Маша.

Когда вскрывали дверь квартиры, Артем все время хотел проснуться. Он надеялся, что ночной кошмар продолжается. В квартире никого не оказалось.

– Мы остаемся для обыска, – сказала Маша, – Сережа, Павел и Николай едут по другим адресам. Билет у него на завтра.

– Я с ними, – проговорил Артем. – Можно?

– Ну, да, – ответила Маша с сомнением.

Номер квартиры Елизаветы Антоновны, матери Максима, Артем набрал на домофоне, почему-то никто не ответил, но дверь открыли. Она встретила их на пороге – очень худая, почти изможденная, старая женщина с белоснежными волосами.