Танцовщица в луче смерти - Евгения Михайлова

– Нет, – вдруг печально произнес Козырев. – Я буду ждать. У тебя пройдет ярость, ты поймешь, я докажу, что ты мне нужна...

Виктория повернулась к нему спиной и ударила ногой в дверь. Она открылась, конвоир недовольно произнес:

– Руками дверь открывают.

Через десять минут он вернулся за Козыревым, быстро сунул в карман пачку купюр и повел его в камеру. В приличную камеру на двоих, где они вполне дружно сосуществовали с Фроловым. Когда Козырев вошел, Фролов смотрел телевизор и жевал бутерброд с осетриной. Он неторопливо повернулся, внимательно посмотрел на сокамерника, отложил бутерброд, подошел к умывальнику и тщательно помыл руки. Козырев лег на свою койку лицом к стене. Сильная рука резко его развернула. Над его лицом нависла оскаленная физиономия Фролова.

– Никак на свидание ходил? Никак с проблядью нашей? Опять планы строили на счастливую совместную жизнь?

– Чего тебе нужно, Дима? – Козырев сел, стараясь не выдать своего страха.

– Мне нужно знать, не с твоей ли помощью меня сюда засадили. Мне надо разобраться...

– Дмитрий, приди в себя, Дима...

Но Фролов уже бился в припадке. Козырева вырвали из его рук достаточно помятого, с разбитым носом. Позвонили Ивану Ивановичу. Он вошел, быстро оценил обстановку....

– Срочно в больничку обоих. Чтоб адвокат был, как огурчик – целый, чтоб этот был спокойный, как покойник. Вы че, соображаете, вместе их держать?

– Так вы ж...

– Молчать. Выполнять. Да, карманы их обыскать. Не хватало еще, чтоб им бабки сюда носили. Все забрать. Чтоб... Ни копейки.

В пятницу вечером Сергей позвонил Артему на работу и сказал, что будет рядом и может отвезти его домой.

– Ну, что? – спросил Артем, когда машина выехала на проезжую часть. – Что-то узнали? Что-нибудь нашли?

– Да нашли, конечно. Там этих видео с девицами разными – полно. Сценарий один, тупой. Сначала танцы-шманцы, потом... Ты сам видел. Фотоальбомчики в компьютерах измеряются в километрах. В основном – ню. Там есть и супруга великого адвоката Козырева. Я посмотрел и подумал: чтоб с такой бабой... Тут, как говорится у простых людей, надо или очень много водки, или у Коврова еще больше денег, чем все думают.

– Сережа, ты издеваешься? Я спросил, вы нашли что-нибудь по делу Нины Вешняк?

– Не знаю. Взяли все холодное оружие, отдали Масленникову, вдруг найдет, за что зацепиться. Сейчас опрашивают прислугу – она у Фролова приходящая – и соседей на предмет наличия-отсутствия алиби. Друзья и знакомые должны вспомнить, не видели ли они его в тот вечер. Может, у кого-то был. Фролов редко проводил вечера в одиночестве, но пока алиби у него нет. Все его приятели не особенно расположены общаться. Ты чего приуныл?

– Я просто подумал: ты все время говоришь, что такие дела – гиблые в плане расследования. Но в данном случае есть надежда. Я – свидетель, ты в деле, круг общения девушки несложно определить в силу ее профессии. Он, возможно, сузился, благодаря тому, что поклонники этой группы и заказчики наших с Юлькой фирм – отчасти совпали. Этот парк им знаком. И, наконец, ты нашел одного преступника. Он арестован... Но с ним у вас ничего не получается. Может, он действительно из-за стресса или страха не в состоянии вас вывести на сообщников. Они виделись, как он говорит, два раза. Договорились, потом – преступление... Я... Один раз точно ошибся, не сомневаюсь в этом, во второй раз – сейчас – уже ни в чем не уверен. Вы ищете наугад... Можно сразу списать это дело в архив, можно потратить много времени, сил и нервов, а результат – один. Точнее, его нет.

– Вижу, ты разочарован. Спустился к нам на зонтике со своего облака или нарисованного на бумаге в клеточку острова, как Маленький Принц, а у нас – полная шняга. Мы даже на скрипке не играем, как Шерлок Холмс, потому, наверное, с дедуктивным методом – абсолютный пролет. Слушай, а ты взялся бы, к примеру, мое дело мозгами начинить? Схема, система, теорема, аксиома?

– Нет. Не взялся бы. Я не разочарован, Сережа. Я просто слаб. Не могу допустить столько поправок, вариантов, допустимых неточностей, сколько требует количество тараканов в каждой голове. Ты понимаешь, я людей всяких видел, дела ваши почитал, сначала вроде все ложится в какую-то схему, а потом одна деталь ее разрушает.

– Угу, – кивнул Сергей. – Наш эксперт Александр Васильевич формулирует это проще: «Что ни человек, то клинический случай». И, тем не менее, иногда у нас что-то получается. Хотя мы и не придумываем цирковое шоу-ловушку, в которую обязательно влетит преступник. Так не бывает. Но я как-нибудь расскажу тебе, как мы с Александром Васильевичем по горстке пепла идентифицировали жертву и нашли убийцу.

– Я верю. Конечно, удачи тоже запрограммированы. Просто... Если сейчас ничего не получится, вам велят сворачивать следствие, и... Понимаешь, все из-за моей трусости, это единственное, что не требует доказательств... Нам с Юлей жить станет тяжелее. Мы в этой ситуации совсем новички, мы не справляемся, все ушло на второй план. Юля очень верит в тебя и в меня, несмотря ни на что... Я иногда думаю: как мне в глаза ей смотреть всю оставшуюся жизнь...

– Брось. Прекрати строить прогнозы, сейчас это не имеет смысла. Ну, а то, что ты истребляешь себя, – это плохо. Для Юли, для твоего будущего... Тут я из теории выхожу, это не по моей части. Я вообще попросить тебя хотел. Ты не можешь дать мне ключи от твоего офиса? Завтра там никого не будет. Я хочу посмотреть дела ваших заказчиков, базу данных, переписку...

– Конечно, у меня есть ключи от всех кабинетов. У каждого из нас разные заказчики, я только утверждаю их. Да, наверное, мы напрасно ограничились только моими... Но тебе нужны пароли...

– Ради бога. Я – известный хакер, я в безуспешном розыске. Лень только счет в сбере открыть и перевести на него содержимое швейцарских банков.

– Понятно. Маша права, когда советует тебе клоуном в цирке выступать. Держи ключи. Поскольку ты и взломщик известный, разберешься.

Артем не спал почти до рассвета. Потом провалился в странный сон. Он во сне вспоминал то, что приснилось Юле. Как она была в том парке, как ее преследовали, истязали и убивали. Как, наконец, в руке убийцы блеснул нож... И что-то еще... Она сказала, что видела, как блеснуло что-то на запястье... Он проснулся в холодном поту, с какой-то неоформившейся, сверлящей мозг мыслью. Юли рядом не было. На часах уже одиннадцать. Артем встал и пошел в ванную, где долго стоял под холодным душем, смывая ночной кошмар. Он вышел и сразу наткнулся на маму.

– А я тебя встречаю. Там Сережа пришел. Они с Юлей завтракают. Иди к ним. Я все принесу.

Ирина Ивановна поставила в гостиной еще чашку горячего кофе со сливками и тарелку с тостами. Юля улыбнулась Сергею и встала.

– Я пойду на кухню – обед помогать готовить. Давайте, без меня говорите.