Мент без ценника - Владимир Колычев

Городовой дождался, когда она потребует оградить ее от посягательств уголовного элемента, только тогда вмешался:

– А с чего вы взяли, что это был беглый уголовник?

– Ну как же! Все знают, что Хромцов сбежал из тюрьмы!

– Значит, это Хромцов вам угрожал. – Богдан тяжко вздохнул и посмотрел на женщину, как это делает врач, прежде чем сообщить больному о страшном диагнозе. – Мы, конечно, постараемся вам помочь, но…

– Что «но»?

– Нет, ничего… – Вид у Городового был такой, будто он хотел, но так и не решился напугать пациента. – Просто мы ищем Хромцова. Все силы брошены на его поиски. Я вам даже больше скажу, начальник РОВД лично поставил мне задачу найти его. Я как раз собираюсь этим заняться. Но…

– Что «но»? – еще больше занервничала женщина.

– Ничего, ничего. Вы, пожалуйста, идите домой. А мы скоро к вам подъедем. Возможно, нам придется устроить у вас в квартире засаду. Думаю, двух автоматчиков нам хватит… Или лучше трех прихватить? Как вы думаете, товарищ капитан?

– Лучше трех, – с самым серьезным видом кивнул Гущин.

– А зачем автоматчики? – побледнела женщина.

– Скоро я вам все объясню.

Гущин подыграл Богдану, но все-таки веры в него не было, поэтому и не хотелось при нем стращать Осокину. Городовой выставил женщину за дверь, с тем чтобы навестить ее чуть позже. Она уже напугана, а по дороге домой страх усилится. Богдан мысленно представил, как будет она с опаской оглядываться по сторонам, вздрагивать от резкого шума. Ничего, ей полезно это пережить.

– Зря ты ее отпустил, – не согласился с напарником Гущин. – Куй железо, пока горячо. Надо было рассказать ей, какой монстр Хромцов.

– Зачем?

– Как зачем? Чтобы страх перед Хромцовым пересилил страх перед Вяткиным.

– Боюсь, что там не только страх, а еще и деньги.

– Может, и так, – погрустнел Гущин. – Только я бы все равно на нее надавил…

– Хорошо, так и сделаю. С твоего, Рома, благословения. После совещания пойду… Ты же знаешь, мне Хромцова выловить надо.

– Успехов.

Петухов уехал в ГУВД, а значит, рассусоливаний на служебные темы не было. У начальника уголовного розыска не совещание, а рабочая пятиминутка. Уж кто-кто, а Шумов знал цену каждой минуте, поэтому своих оперов задерживать не стал.

* * *

Как снег на голову – это про Вятка. Явился – не запылился. Свежий как огурчик с грядки, вымытый, начищенный, лоснящийся от самодовольства. Даже охрана с ним – Рудик и еще какой-то незнакомый тип, такой же мощный, как его напарник.

Охрана осталась в приемной, а Вяткина начальник охраны провел в кабинет.

– Свободен!

Вообще-то Грицыхина собрался отпустить Виктор, но Степа его опередил. И сделал он это с такой непринужденностью, как будто это был его подчиненный.

Грицыхин в недоумении посмотрел на Вятка, перевел взгляд на своего начальника. Получил подтверждение от Быхалова и только тогда покинул кабинет.

– Где ты пропадал, Степа?

– А ты не знаешь?

– Да как-то не задавался целью бегать за тобой, – с показной небрежностью ответил Виктор.

– Ну, и кого ты лечишь? Твои люди следили за мной. Верней, пытались выследить. Но я умней Грицыхина, поэтому я на коне… Как там у тебя дела на личном фронте? – с начальственной вальяжностью спросил Вяток.

– Твое какое дело? – стал раздражаться Виктор.

Не нравился ему этот визит, как не нравился и сам Вяток, этот источник нервного напряжения и душевных тревог… Может, убить его прямо здесь? А там будь что будет…

– А такое… К Наташе совсем дорогу забыл, – снисходительно усмехнулся Вяток.

– Это уже точно не твое дело.

– Не мое дело – это твоя Леночка. Но мне интересно стало, и мои ребята сделали несколько снимков, в то время как ты с ней в ресторане отдыхаешь…

Да, было такое. Увлекся Виктор Леной. В своем доме поселил, деньги ей большие за любовь стал платить. Проститутка она, он ясно отдает себе в том отчет. С одной стороны, это упрощает их отношения, но с другой – очень сильно их усложняет. Одно время Быхалова забавляла пикантность ситуации, но сейчас ему не нравится, что его женщина – проститутка. Может, потому и стал он водить ее по ресторанам, чтобы не сводить их отношения до одной лишь постели. Лена никуда не хотела с ним ходить, но он умел уговаривать.

– Я не понял, ты что, следил за мной?

– Да так, немного… Кстати, можешь меня поздравить! – Вяток поднял правую руку, демонстрируя обручальное кольцо на безымянном пальце. – Извини, что на свадьбу не позвал.

– Ну, тогда извини, что я тебя не поздравляю.

– Жаль. Я очень хотел услышать от тебя поздравления, – притворно расстроился Степа. – Но ничего, как-нибудь переживу… Почему не спрашиваешь, на ком я женился?

– На какой-нибудь дурочке? – не выдержал и съязвил Виктор. Уж очень хотелось ему задеть бывшего своего зоновского дружка.

– В общем, да… Представь себе картину: ты ухаживаешь за вдовой своего бывшего друга, а тут вдруг появляется какой-то тип, охмуряет ее и затаскивает под венец. Баба даже охнуть не успела, а у нее на пальце – обручальное кольцо. Она, в общем-то, рада, но как-то все неожиданно. И все потому, что не верит она другу своего покойного мужа. Он симпатичный малый, при деньгах, при деле, может охмурить любую красотку, что, в общем-то, и делает. А этот тип совсем не красавец…

– Короче можешь?

– Короче могу. Наташа – не красавица, и она сама это прекрасно понимает. И я не красавец…

– При чем здесь Наташа? – похолодел Виктор.

– При том, что мы нашли друг друга… Да, ты правильно все понял, я женился на ней… Сейчас входят в моду брачные контракты, но мы решили обойтись без него. Но и по старинке мы не можем. Поэтому Наташа переписала на меня все акции своего покойного мужа. Ты же знаешь, если есть деньги, то вступить в наследство легко и просто. И распорядиться им – тоже…

Быхалов смотрел на Вятка с раскрытым от потрясения ртом.

– Ты не можешь быть моим компаньоном, – ошеломленно пробормотал он. – Твоего имени нет в реестре…

– Пока нет, но я имею на это право. И ты никуда не денешься, дружок…

– Так ты все это время был с Наташей?

– Да, поэтому ты не мог меня найти, – злорадно ухмыльнулся Вяток. – Ты даже не думал, что я могу так далеко зайти. А я зашел. И теперь у меня такая же доля в твоей фирме. В нашей фирме…

Виктор подошел к бару, достал бутылку коньяка, бокал для себя. Но нервы не выдержали, и он с досады швырнул бокал в стену. И под звон битого стекла припал к горлышку бутылки.

– Эй, а мне? – засмеялся Степа.