Мент без ценника - Владимир Колычев

Богдан смотрел на Гущина без вызова, но с видом сильного человека, на стороне которого правда. Взгляд тяжелый, потому капитан и не выдержал…

– Богдан, может, ты думаешь, что я приходил к Лене после нашего с тобой разговора? – залебезил он.

– Я ей не сват и не брат, – продолжая давить на собеседника немигающим взглядом, пожал плечами Богдан. – Ну, приходил и приходил. Если она не жаловалась, значит, ее это устраивает…

– Но я к ней не ходил.

– Верю. Но разговор не о том…

– Да, но с этого ты ко мне заехал… Я, правда, пытался построить тебя. Думал, ты зеленый лейтенант. Потом понял, что это не так… Ты, вообще, молодец. С ворами и бандитами на «ты». Я знаю, они тебя боятся. И уважают… Я все понял, Богдан. Ты же видишь, я тебе палки в колеса не вставляю…

– Короче.

– Ну, я еще никому ничего не сказал, – поплыл Гущин.

– А кому и что ты должен был сказать?

– Да подъезжал тут один хмырь. Денег пообещал. – Капитан отвел взгляд в сторону.

– За что?

– Они думают, что ты не успокоишься, что будешь дальше по Костылину копать…

– Кто это они?

– Из фирмы «Петроль» подъезжали. Он там вроде зама по безопасности.

– Про Быхалова разговор шел?

– Нет.

Судя по его виду, Гущин уже пожалел, что ляпнул то, чего не следовало бы.

– Как зовут этого человека?

– Ну, он не назвался…

– Грицыхин его фамилия. Имя – Сергей, отчество – Борисович… Ты правильно сделал, Рома, что признался. Я бы все равно узнал…

– Да я сразу хотел признаться. Думаешь, зачем тебя сюда позвал?

Гущин пытался выглядеть искренним в своем оправдании. И это у него почти получилось, потому что он сам хотел сейчас верить в то, что говорил.

– Признался… Ну и молодец. Можешь сказать Грицыхину, что я против его босса ничего не имею. Но если найду доказательства его вины, посажу не задумываясь… А я их рано или поздно найду.

– Да нет, ничего я ему говорить не обязан. Пошел он к черту!

– Тогда ничего не говори… И про этот разговор забудь. Не было ничего.

– Да нет, был разговор, – мотнул головой Гущин. – И я все понял, Богдан.

– Тогда пойдем. Работы много.

Работы действительно под завязку. И Богдан готов был работать в паре с Гущиным. Но лучше бы его заменили на кого-нибудь другого. Пусть это будет самый бестолковый опер, лишь бы только не был продажной шкурой. Гущин признался в своем грехе – честь ему за это и хвала. Но, увы, доверять ему Богдан не будет никогда…

Зима еще не ушла – она всего лишь отступила, притаилась. Днем на улице все таяло, с крыш капало, на тротуарах проступила плитка, на тропинках – глина. А ночью подморозило, талая влага превратилась в лед, потому скользко сейчас на дорогах. Это зима устроила такую засаду, чтобы народ не забывал о ней.

Городовой пришел домой ночью, во втором часу. Свет на кухне выключен, но Егор не спит, ворочается. Кроссовки его в прихожей, на подошвах грязь.

Богдан включил на кухне свет, сел на стул, внимательно посмотрел на парня.

– Чего такое? – пряча глаза, буркнул тот.

– Почему не спишь?

– Потому что ты разбудил.

– Ты не спал до моего прихода. И сейчас не спишь.

– Я за день выспался…

– Врешь… Где ты был?

– В туалете.

– Не смеши. Днем все таяло, грязь на улице, а у тебя подошвы грязные. Где был, спрашиваю?

– Все у тебя элементарно, Ватсон, – хмыкнул Егор.

– Я не Ватсон. И не сказочный персонаж. И в игры с тобой не играю. Все реально, парень. Возьмут тебя – сяду и я. Ты меня подставить хочешь?

– Нет, – спрятал глаза Хромцов.

– Тогда зачем на улицу выходил?

– Я осторожно…

– Что ты осторожно?

– Домой ходил…

– Ты идиот?

– Но я же в дверь не звонил. Я в темноте… И свет в квартире не горел. Я у соседки спросил, она сказала, что Лены уже несколько дней дома нет…

– У соседки?! Надо было сразу тебя убить. Чтоб сам не мучился и других не подставлял…

– Да нормально все, никто за мной не гнался… Хотя какое тут нормально, если Лены нет.

– Может, она к родителям уехала?

– Какие родители? Они далеко живут, а у нее учеба. Ей завтра в институт…

– Что?

– Ну, надо бы в институт сходить.

– Сходишь, если наручники снять сможешь… Ключ где взял?

– Ключ?.. В ящике лежал, в шкафу.

Богдан мысленно постучал себя по лбу. Замок он поменял сразу, как только въехал в эту квартиру, но запасные ключи убрать не догадался. Надо будет их в рабочий сейф положить… Хотя нет, лучше выбросить.

– Где он?

Городовой забрал ключи, вернулся на кухню, где уже горел газ под чайником. Егор догадался конфорку зажечь, вину свою искупает.

– Никаких институтов, ты меня понял?

– Да, понял.

– Пойми, ты меня подставляешь.

– Что, страшно стало?.. А ты убийцу найди поскорей, тогда все проблемы разом отпадут.

– Убийцу я нашел, привлечь осталось.

– Ну, так привлеки!

– Еще раз сбежишь, я тебя сдам… На органы.

Но Егор шутки не понял:

– А я «сдам» на «сдам»! Скажу, что ты беглого зэка укрывал.

Слов у Богдана не нашлось. Он просто закрыл дверь на кухню и отправился к себе. Как-нибудь обойдется без чая.

Но Хромцов сам принес ему чай. Богдан уже лежал в постели, накрывшись одеялом.

– Извини, с языка сорвалось… Нервы… А так я тебя ни за что не сдам. Пусть меня пытают…

– Егор, я очень устал, спать хочу.

– Ты же опер, ты можешь найти Лену.

– Прямо сейчас?

– Нет, завтра.

– Договорились.

– А почему ты про соседку не спрашиваешь?

– Завтра. Все завтра, – закрывая лицо ладонью, отмахнулся Богдан.

Но утром он проснулся поздно, до начала рабочего дня оставалось всего пятнадцать минут. Городовой умылся, побрился, побрызгался одеколоном, а Егор продолжал спать. Будить Богдан его не стал. Да и не было времени на разговоры. Он ему позвонит через час.

А на службе лейтенанта ждал сюрприз в виде гражданки Осокиной. Она сидела в его кабинете и взахлеб рассказывала Гущину, как ее запугивал беглый уголовник.