Адская семейка - Алексей Макеев

Ресторан оказался небольшим, но весьма уютным, с интерьером в стиле 30–40-х годов прошлого века. Гуров даже не поинтересовался ценами, логично предположив, что комплексными обедами тут посетителей точно не угощают.

Кроме Григоряна, других клиентов в зале не было. Может быть, по причине слишком раннего часа, но, скорее всего, потому, что бизнесмен предпочитал обедать в одиночестве, арендуя помещение на какое-то время.

Перед гардеробной топтались два его охранника. Еще один телохранитель находился чуть поодаль от стола, который занимал Григорян, а четвертого Гуров заметил у дверей на кухню. Вполне возможно, у черного входа тоже кто-то дежурил.

– Присаживайтесь, Лев Иванович, – поднимаясь из-за стола, предложил бизнесмен. – Что будете кушать? О цене не беспокойтесь, я угощаю.

Только сейчас Гуров вспомнил, что с самого утра, кроме кофе, выпитого у Морозовой, у него маковой росинки во рту не было. Вот только обедать с возможным подозреваемым он не собирался. К тому же неудобно беседовать с человеком, когда у тебя набит рот.

– Кофе. Черный. Без сахара, – заказал Лев. Появившийся невесть откуда официант коротко кивнул головой и так же бесшумно скрылся.

– Удивляетесь, зачем столько охраны? – поинтересовался Григорян, успевший заметить, как сыщик цепким взглядом осматривал помещение. – Жена настояла. Мне уже два месяца периодически письма с угрозами приходят. А она у меня перестраховщица. Настояла на том, чтобы я нанял дополнительных телохранителей. А теперь еще и отчеты от них каждый день требует, где мы были и как они свою работу выполняли.

– В полицию по поводу угроз обращались? – поинтересовался Лев.

– Да, – коротко ответил Григорян. – Говорят, проводят все необходимые мероприятия. Ну и пусть проводят. Вы же здесь не поэтому? Или мое заявление в Главк передали?

– Я об этом ничего не знаю, – пожал плечами Гуров.

Официант принес и поставил на стол чашку с кофе, а Лев внимательно изучал бизнесмена. Григорян выглядел вполне моложавым мужчиной лет сорока «с хвостиком». Хороший костюм, спортивная фигура, волевое кавказское лицо словно подчеркивали уверенность, с которой этот человек идет по жизни. Казалось, для него не бывает мелочей, и каждой из деталей он уделяет самое пристальное внимание. Об этом говорил хотя бы тот факт, что он собрал максимум информации на сыщика, прежде чем перезвонить ему. И уж точно ни на бандита 2000-го, ни на выходца из «лихих 90-х» Григорян не был похож.

– Вы знакомы с Вячеславом Челноковым? – спросил Гуров, когда официант ушел.

– Лично – нет, но кто он такой, знаю, – спокойно отреагировал бизнесмен. – Сразу скажу, что к его смерти не имею никакого отношения. Алиби могу предоставить.

– Предусмотрительно, – усмехнулся Лев. – А почему вы решили, что я буду подозревать вас в причастности к убийству?

– По нескольким причинам, – улыбнулся Григорян. – Во-первых, у меня может быть мотив в виде личной неприязни. Во-вторых, как принято считать, «горячая кавказская кровь» может привести к необдуманным поступкам. А в‐третьих, мой дядя по материнской линии был судим за участие в ОПГ. Таким образом, вы могли предположить, что я либо мог обратиться к криминальному миру с просьбой «покарать» журналиста, либо мои родственники решили самостоятельно поквитаться за оскорбления в мой адрес. Так что ни вашему звонку, ни вашему визиту я не удивился.

– Почему?

– Вы, как это принято говорить в определенных кругах, «важняк». Причем лучший в Главке. – Бизнесмен отхлебнул вино из бокала. – Убийство Челнокова вызвало серьезный резонанс, и к его раскрытию должны были привлечь лучшие кадры. В первую очередь следователи станут отрабатывать линию профессиональных связей журналиста, а эта ниточка обязательно приведет ко мне. Я же был одним из самых «любимых» объектов Челнокова. Логично?

– Вполне, – согласился Гуров. – А зачем вам собирать столько информации о Челнокове, да еще и справки о следователях Главка наводить?

– У меня хорошие помощники, – снова улыбнулся Григорян. – До меня сразу же доносят любую информацию, которая имеет ко мне хоть малейшее отношение. Я просчитываю, какие она может иметь последствия для моего бизнеса и лично для меня, а затем даю этим помощникам новые задания. «Кто владеет информацией, тот правит миром», так, Лев Иванович? А я хочу не владеть им, а лишь обезопасить себя от его вредного воздействия.

– Вам известно, откуда Челноков брал информацию на вас для своих статей? – сменил Гуров тему разговора.

– Конечно, – кивнул Григорян. – Первым его источником был Алексей Панфилов. Умный парень! Моим спецам понадобилось почти полгода, чтобы его вычислить. Вторым осведомителем Челнокова стал Руслан Айпетов. Этого нашли за два месяца. Если на Челнокова у меня работал кто-то еще, мне это пока неизвестно. Кстати, оба шпиона уволены, но живы и здоровы. Могу дать адреса, если хотите проверить.

Григорян повернулся к ближайшему телохранителю, коротко кивнул. Тот отдал распоряжение по внутренней связи, и через несколько секунд к занимаемому собеседниками столику подошел молодой парень, видимо, один из помощников бизнесмена. Поздоровавшись с Гуровым, он раскрыл папку, достал лист бумаги и протянул его Григоряну. Тот кивком головы указал на сыщика, и помощник передал лист ему.

Информация об осведомителях Челнокова из окружения Григоряна была отпечатана на принтере. Тут было все: и паспортные данные, и номера телефонов, и место нынешней работы. Было очевидно, что и этот ход бизнесмен продумал заранее и подготовился к стандартным вопросам, какие обычно задают следователи.

– Давайте уж тогда сразу и информацию о тех, кто готов подтвердить ваше алиби, – предложил Гуров. – Зачем мальчика туда-обратно гонять?

Григорян кивнул, и помощник протянул сыщику еще один листок. Даже не посмотрев, что за данные на нем указаны, Лев сложил листки вместе, положил в карман и поинтересовался у бизнесмена:

– А зачем вам такая подробная информация о людях, которых вы уволили? К чему данные об их новом месте работы?

– Я слежу, чтобы ненадежные люди не оказались в штате моих друзей и партнеров, – пояснил Григорян. – Если они предали меня, могут продать и другого. Согласитесь, с моей стороны будет логичным мешать им получить доступ к информации, способной повлиять на мой бизнес.

Такая дотошность и скрупулезность бизнесмена насторожили Гурова. Как-то чересчур всеобъемлющей была информация, которой он располагал. Казалось, Григорян рассчитывал не только каждый из своих шагов, но и любое действие, которое способен предпринять его собеседник или оппонент. Такому человеку действительно не составит труда выстроить идеальный план убийства, по выполнению которого сам он останется в стороне. Впрочем, даже в самых совершенных планах бывают прорехи.

Но Лев не спешил с выводами. Делать из Григоряна главного подозреваемого повода не было. Да и при таком подходе бизнесмена к мелочам инсценировка ограбления наверняка была бы куда более продуманной. Хотя, может быть, именно так и было рассчитано, что умный сыщик заметит это несоответствие? Может, именно на то, что расследовать убийство Челнокова будет именно Гуров, и делалась ставка? Ведь Григоряну с его связями не составило бы большого труда дернуть за нужные рычаги, чтобы так все и произошло!