Формула одиночества - Ирина Мельникова

– Думаешь, они поверили? – Глаза Сабрины расширились. – Я похожа на чахоточную?

Марина молча покачала головой и не выдержала, расхохоталась.

– Чудачка! Что я должна была кричать этим подонкам? Что ты красавица и вполне здорова?

Сабрина улыбнулась, обняла ее за плечи и вдруг поцеловала в щеку. И смутилась:

– Прости, что доводила тебя до белого каления. Я ведь видела, что ты злишься...

– Ничего. – Марина погладила ее по руке. – Все пройдет и со временем забудется. Таковы свойства человеческой натуры. Плохое забывается быстрее, чем хорошее. Иначе наши слезы давно затопили бы землю.

Она бросила быстрый взгляд по сторонам. Судя по всему, комната, в которой они находились, служила Лавру столовой. Посредине ее стоял длинный стол с выскобленной добела столешницей и две скамьи – слева и справа от него. На подоконниках – глиняные горшки с «ванькой мокрым» и геранью. На окнах – ситцевые занавески, на полу – домотканые половики, а в красном углу – большой иконостас. Возле него тускло горела лампада, а возле одной из икон виднелся букетик высохшей вербы.

– Тебе нравится? – спросила Сабрина. И добавила с неожиданной тоской в голосе: – Совсем как у нас в деревне. У моей бабушки точно такие же половики были и занавески... И даже иконы, только чуть поменьше!

– Ты тоже едешь в Гагры или пока останешься? – поинтересовалась Марина. – Подлечишь рану...

Она не закончила фразу, потому что на пороге появился Лавр. В руках он держал алюминиевую кастрюлю. В комнате аппетитно запахло вареной картошкой. Лавр поставил кастрюлю на стол и приветливо посмотрел на женщин:

– Как настроение? Примем по пять граммов, позавтракаем чем бог послал. – Он потер ладони. – Сейчас ребята подъедут, и начнем! – И крикнул: – Вадим! Поторопись!

Через секунду в комнате появился Вадик. Он внес большой противень с жареным мясом, а следом за ним вошел невысокий пожилой абхаз с подносом, на котором стояли три блюда. В одном – помидоры и огурцы, в другом – лобио, а в третьем – головка копченого сыра.

– Давайте я помогу. – Марина поднялась с лавки и подошла к столу.

– Я тоже помогу, – Сабрина приковыляла следом. – Хотите, нарежу помидоры и огурцы для салата?

– Светлана, – Лавр улыбнулся ей, – не напрягайтесь! Сегодня мужчины накрывают на стол. А вам следует полежать, чтобы не тревожить рану.

– Ничего, – Сабрина махнула рукой, – отлежусь, когда выйду на пенсию. – Присев на скамью, она взяла в руки нож и пододвинула к себе блюдо с овощами.

– Лавр, где у вас тарелки? – спросила Марина и пояснила: – Для мяса и сыра.

– Не беспокойтесь, – снова улыбнулся Лавр. – Сейчас Маджи выложит на тарелки мамалыгу и принесет вино, а затем займется мясом и сыром.

Пожилой абхаз, который, оказывается, и был тем самым Маджи, что так забавно ругал собак, молча кивнул и вышел из комнаты. А Лавр посмотрел на Марину.

– Если очень хочется, нарежьте хлеб. Вадик, – обратился он к мальчику, – принеси, пожалуйста, поднос с хачапурами.

– Как он? – спросила Марина, когда Вадик вышел из столовой.

– Немного не в себе, конечно, но держится молодцом! – Глаза Лавра блеснули. – Хороший, сильный парень. Я специально загрузил его работой, чтобы отвлечь от страшных воспоминаний. И заметьте, он снял свои дурацкие серьги и забросил их куда-то. Повзрослел парнишка за одну ночь. Я думаю...

Резкий автомобильный сигнал не позволил ему закончить фразу.

– Приехали! – бросил Лавр и посмотрел на женщин. – Идем встречать героев?

– Идем! – Сабрина, видно, забыв о ране, довольно резво вскочила на ноги и тут же, охнув от боли, почти упала на скамейку.

– О черт! – скривилась она. – Идти не могу! Подожду вас здесь.

– Подожди, – сказала Марина и направилась вслед за Лавром к входной двери. Все в ней заледенело от страха. Сейчас... Сейчас она увидит Арсена, и ровно ничего не произойдет. А она умрет от разочарования...

Ее опасения оказались напрасными. При виде Марины глаза Арсена радостно блеснули. И он, нисколько не стесняясь окружающих, обнял ее за плечи и поцеловал в щеку.

– Как ты? – спросил он заботливо. – Отдохнула?

– Спасибо, все хорошо, – тихо сказала Марина. Не в пример Арсену она чувствовала себя неловко, потому что заметила недоуменный взгляд Игоря и расширенные от любопытства глаза Сабрины, которая не выдержала, выползла за порог... Но нужно отдать им должное, никто не произнес ни слова, а Лавр и бледный от усталости и боли Костик, кажется, вообще не обратили на них внимания.

Банкир с трудом вылез из черной машины неизвестной Марине модели. «Old Mobils», – прочитала она надпись, выведенную серебристыми буквами на капоте автомобиля. Даже сейчас он выглядел шикарно, хотя по возрасту наверняка был не намного моложе своего владельца – высокого абхаза с приятным интеллигентным лицом. Седая шевелюра и усы, несомненно, делали его старше, но, судя по взгляду, ему было чуть за сорок. «Ровесник Арсена или чуть младше, – подумала Марина. – И, видно, тоже кто-то из его друзей?» И не ошиблась.

– Знакомьтесь, – Арсен склонил в шутливом поклоне голову и обнял незнакомца за плечи, – еще один наш побратим и соратник – Станислав Алшундба, правда, все почему-то зовут его не Стас, а Славик, но ведь это неважно?

– Неважно, лишь бы человек был хороший! – расплылся в улыбке Лавр и тоже обнял Славика. – Здорово, брат!

– Здорово! – улыбнулся тот в ответ. – Гляжу, вся команда в сборе?

– А тебя-то каким ветром ко мне занесло? – поинтересовался Лавр.

– Все божий промысел, – развел руками Славик. – В кои-то веки выбрался на Ауадхару, и то не доехал...

– Славик, как всегда, кстати, – вмешался Арсен, – отправим женщин и мальчика на его машине в Гагру, а за нами пришлют вертолет спасателей. – И, оглянувшись на крыльцо, с которого Вадик наблюдал за ними, убавил голос: – Сейчас они заняты скорбными делами, сам понимаешь, какими...

– На все твоя воля, господи, – перекрестился Лавр и, обняв друзей за плечи, подтолкнул их к избе. – Двигайтесь уже, а то не успеете позавтракать.

– Лавр в своем репертуаре. – Арсен подмигнул Марине и подхватил ее под руку. – Не отпустит, пока не накормит от пуза.

– Арсен, – тихо сказала Марина, – не надо афишировать наши отношения, когда у людей горе. – Она показала глазами на Вадика, который с болезненным выражением лица наблюдал за их приближением. А затем столь же выразительно посмотрела на Сабрину и Костика. Похоже, их встреча была не такой уж безоблачной.

Сабрина выглядела растерянной, а банкир, несмотря на изможденный вид, – крайне сердитым. Он что-то шепотом выговаривал Сабрине, а та с расстроенным лицом покорно кивала головой. Похоже, она не предполагала, что из доверчивого тюфячка ее возлюбленный так быстро перевоплотится в жесткого и властного человека.