Любовь как война - Ольга Володарская

Лада взяла ее холодные руки в свои и стала их греть.

– Когда воздух в легких стал заканчиваться, я поплыла. Сознание ускользало, но я понимала, что меня опускают на землю лицом вниз. Потом чувствую, задирают юбку, стаскивают трусы. Делал он это одной рукой, второй продолжал держать шею. Когда я была в полуобмороке, достаточно было ее лишь сдавливать. – Ксюша говорила все тише. Лада дала ей еще воды. – Он навалился на меня. Я почувствовала его член ягодицами. Он был маленький и вялый… Мне стало так омерзительно! У меня же, кроме мужа, никого в жизни не было! Я девственницей ему досталась и не изменяла никогда. А тут какая-то мразь в меня своим обмылком пытается проникнуть… Как я умудрилась, не помню, но вырвалась. Пусть на секунду. И смогла закричать. Нет, скорее, подать звук.

– Да, кричать ты не могла.

– Благо меня услышали. Сначала собака залаяла, потом женщина стала на нее кричать. Что-то типа «Фу, глупая!».

– И маньяк убежал?

– Я не видела, провалилась в темноту. Он обе руки вернул на шею, когда я высвободилась, и так сжал, что хрустнуло что-то, – она завела руку за шею. – Потом ко мне подбежали, подняли… Дальше сирены, мигалки. Я все пыталась телефон найти, чтобы позвонить тебе, но он где-то валялся, не знаю…

– Почему я не пошла тебя провожать!

– Ой, только не надо, Лада.

– Что не надо?

– Себя винить. Я тоже хороша. Поперлась через тот закоулок. Сэкономила три минуты. Но кто ж знал, что в такое время…

– И почти в центре Москвы!

– Вот именно. – Ксюша закрыла лицо руками. – Знаешь, что особенно меня гнетет? Родители знают о случившемся. Полицейские спросили у меня телефон близких, я дала домашний… Не соображала ничего. Надо было твой дать, ты все же моложе, крепче, а им уже за шестьдесят, у папы гипертония… Они теперь места себе не находят, хоть я и сказала, что все в порядке…

Лада пересела на кровать подруги и обняла ее. Та судорожно выдохнула и продолжила:

– Они приехать рвались, но я сказала – не пустят. Наврала. Не хотела, чтобы видели меня такой потрепанной. Лучше завтра утром. Врач сказал, подержат здесь пару дней.

– А что полицейские сказали? Найдут его?

– Я мало им помогла в этом. Сказала то же, что и тебе.

– То есть вообще не за что зацепиться? Ты не видела нападавшего?

– Нет.

– Может, запах уловила какой?

– И полицейские об этом спрашивали. Но ничего такого. Ты же знаешь, у меня слабое обоняние. К тому же «аромат» корюшки преследовал. А еще твоих духов – они стойкие.

Тут в палату зашла медсестра. Молоденькая совсем, едва училище окончила, но суровая. Бровки сдвинуты, губки сжаты. Пожалуй, у пациентов преклонных лет она вызывает умиление. Сердитые дети забавны.

– Больной нужен отдых, – сказала медсестра строго. – Просьба покинуть палату.

– Да, ухожу, минуточку позвольте?

Та кивнула, но не ушла. Осталась в дверях.

– Завтра навещу тебя. Что принести? – спросила Лада у Ксюши.

– Нет, завтра приедут родители. С меня их хватит. И нанесут они, поверь, столько, что все отделение накормим. – Она чмокнула Ладу в щеку. – Позвоню! Ой, я же телефон потеряла.

– Его твоя спасительница нашла. Заберу у нее и привезу послезавтра, пойдет? А пока буду звонить на больничный телефон. Выздоравливай! И сладких снов.

– Не надо сладких, пусть приснятся горькие.

– В смысле?

– Может, в подсознании всплывут какие-то воспоминания и отразятся в сновидениях? Мне так жалко, что я ничем не могу помочь следствию.

– Взывай ко всем своим органам чувств. Один из них обязательно что-то зафиксировал.

– Ты тоже смотришь сериал «Менталист»? Эх, нам бы сейчас сюда Патрика Джейна.

– А ты без него попробуй.

– Я постараюсь.

Лада помахала ей на прощание и пошла к двери.

– Стой! – окликнула ее Ксюша. – Я вспомнила!

– Что?

– Его слова. – И уже не так уверенно: – Мне сейчас показалось, что всплыли они…

– Что за слова?

– Слушай, я, наверное, ошибаюсь. Не мог он ничего сказать. Не дурак же он… Зачем, как говорит мое чадо, палиться?

– Может, он считал, что ты без сознания и ничего не услышишь?

– Я и была без сознания. Ну, почти… Я обмякла, когда услышала шепот. Тихий-тихий. – И, закрыв глаза, произнесла едва слышно: – Фам роша.

– Femme Rochas? То есть насильник почувствовал твой запах и определил, какие духи?

– Наверное. А потом вроде бы прошелестел: «Ты будешь следующей!»

– Хорошо, что ты это вспомнила.

– Да?

Лада кивнула и вышла.

Теперь она точно знала, кто насильник!

…На глазах холодные компрессы. Обычный лед, завернутый в матерчатые салфетки. По мнению Лады, ничего лучше пока не придумали. В руке телефон. Она лежит на диване и звонит частному детективу.

– Шарипов, слушаю, – донеслось до Лады.

– Здравствуйте.

– Лада Геннадьевна, доброе утро.

– Что там с нашим делом? Продвигается?

– Да рано еще говорить о каких-то подвижках, только начали…

– Отчета требую.

– Письменного? – испугался он.

– Устного. Что узнали?

– В разработку объект поступил только вчера утром, так что…

– Каков ее результат? Разработки вашей?

– Я пробил его по базам, узнал адрес, телефон… Больше вам скажу, взломал его аккаунт в Интернете.

– Слежку за ним установили?

– Да, – как-то неуверенно ответил детектив.

– И?..

– Вы поймите, чтобы получить какой-то результат, надо хотя бы неделю пасти этого Антона.

– Шарипов, – рыкнула Лада. Назвала детектива по фамилии, потому что забыла его имя. – У нас нет недели, Шарипов. У меня тут во дворе подругу чуть не изнасиловали. И я думаю, это он, твой объект!

– Да бросьте…

– Где он был вчера вечером и ночью?

– Мы не договаривались о круглосуточной слежке. Это стоит в три раза дороже, чем вы заплатили.

Лада сняла с глаз компрессы и села.

– Вы вообще видели его? Или, не выходя из кабинета, ткнули в несколько кнопок, чтобы узнать адрес и телефон, пардон, еще взломать аккаунт.

– Это, между прочим, не так легко делается.

– Шарипов, повторяю вопрос: вы следили за ним?

– Я же сказал – да! – повысил голос детектив. – Изучив переписку на одном из соцсайтов, я узнал, что у объекта назначена встреча с какой-то барышней из Интернета. Он, знаете ли, очень активный пользователь. Причем выбирает исключительно красоток. И врет им.