Роль любимой женщины - Евгения Михайлова

Алена застыла. Она даже не могла предположить подобный поворот. Как такое может случиться в жизни? В ее жизни? Александр — калека? Спас Алексея? Кто-то стрелял в него?

— Они нашли тех, кто хотел тебя убить? — только и спросила Алена.

— Киллеров взяли. Но такая странная вещь. Не находят связи между этими людьми и другими преступниками. Они сами молчат. Одно объяснение: «Личная неприязнь». Но я этих людей никогда не видел. Это охранники одного участника экономического форума, который я проводил. Он сам никак не заинтересован в моем устранении. Нападавшие даже не очень стремились убежать. Это восточные люди. Что-то вроде кровной мести. Похоже на совпадение по отношению ко всему, что с нами происходило. Я уже думал, может, они меня с кем-то перепутали.

— Мой дорогой. — Алена прижалась к нему, погладила ладонью по щеке. — Тебя хотели убить, а меня с тобой не было. Боюсь, что это все же одна история. И, как всегда, виновата я. Дай мне глоток вина. Не могу даже думать о таблетках. Вообще не могу думать. Мне нужен всего час, чтобы поспать. Больше нет времени оставаться в таком растрепанном, никчемном состоянии. Нужно работать, как говорит Максим. Не знаю, правда, осталось ли что-то от моей работы.

— Все осталось. Кивилиди взял на поруки Дымова и стал продюсером твоего фильма. Пока всем занимается его адвокат. Материалы на рассмотрении экспертов и следствия. Вот, выпей. Я купил во Флориде для нашей встречи. Это первое вино в мире. Каберне Совиньон Долины Напа.

— Как вкусно, — зажмурилась, попробовав Алена. — Я слышала о нем. Думала, оно из золота, такое дорогое.

— Из золота только ты, — сказал Алексей. — Из самого редкого шоколадного золота. Поспи. А я пока позвоню, узнаю, какие новости. И Сергей обещал приехать. Маша с Таней вернулись в Москву. Я купил им маленькую квартиру недалеко от нас. У Тани все хорошо. Ты увидишь. Она стала красивой.

— Ой, — заплакала наконец Алена. — Как это здорово. А я, наверное, опьянела. Вдруг слезы вернулись ко мне. Я думала, их больше нет.

Она ушла спать. Если так называется уход в мир снов наяву, в которые нельзя поверить, в границы тревожных, сладостно пьянящих мыслей. Да, ее жизнь вернулась, смотрит ей прямо в глаза, как не зажмуривайся. И в этом немыслимом калейдоскопе Алена сейчас выделила лишь одно. Александр приехал ее спасать. Он закрыл собой ее мужа. Он ранен, неподвижен, страдает. Он один. И как это возможно… Как это возможно, что усталое, истерзанное тело Алены от этой мысли оживает, заживает, загорается, как от живой воды? Как это возможно?! Она сжимается, сопротивляется, а желание так повелительно ее разворачивает к одному пониманию. Алену тянет к Александру. Тянет не сострадание, не только. Не жалость, этого нельзя испытывать к такому сильному человеку. Ее тащит, несет, сносит с поверхности земли страсть, такая, которой еще никто не испытывал. И совершенно не важно — красив он или уже нет. Будет ходить или нет. Осталась ли в нем мужская сила. Алена боится лишь одного: что он ее не примет. Он ведь чуть не погиб, спасая ее мужа. А у него такие жестокие принципы. Но как бы все ни сложилось, что бы ни думали и ни чувствовали люди вокруг, Александр в том числе, Алена будет гореть в своем сладком пламени. Ей достаточно того, что было. Может, это и есть любовь. Та ее разновидность, которую мало кто испытывал. И в том их счастье, тех, кто не в курсе.

Она все же уснула на пару часов. Проснулась от голосов в квартире. Оделась, вышла и встретила в гостиной такие светлые, добрые и родные взгляды, что даже не смогла поздороваться, голос дрогнул от слез. Она просто обнимала их всех: красивую девочку Таню, ее строгую, скупую в словах и движениях и очень настоящую маму Марию, невозмутимого, ироничного и верного сыщика Сережу. А потом спрятала лицо на груди Алексея.

Мария быстро и умело накрыла стол. Таня щебетала, рассказывая о Флориде и добрых врачах, а Сергей говорил о делах. Они ничего не скрывали от ребенка. Девочка так хлебнула опыта, что ей уже не страшно слушать правду. Особенно о том, что преступления заканчиваются. И даже наказываются. О том, что жертвы никогда не должны быть одиноки.

— Вот что известно о женщине, тело которой нашли в доме Осоцкого, — сказал Сергей. — Там не было убийства. Имею в виду, что ее не убили в рамках общего преступления для того, чтобы мы приняли ее за Алену. Дмитрий Тренин просто договорился со служителем одного из моргов, и тот сообщил ему о женщине — жертве домашнего насилия. Женщину того же возраста и роста, что и Алена, убил муж. Его знакомый полицейский отправил тело в морг как неопознанный. А Дмитрий устроил эту инсценировку с пожаром. Зимин согласился с тем, что это его идея — подставить Осоцкого, чтобы навредить его репутации и вывести из круга респектабельных бизнесменов. Впрочем, Зимин соглашается со всем, что против него. Но это похоже на правду.

— Что с нападением на Алексея? — спросила Алена.

— Ерунда какая-то. Мы ничего не можем найти и выжать из задержанных. По-прежнему твердят одно: «личная неприязнь».

— Алеша, ты точно никогда не видел этих людей? — обратилась Алена. — Может, ты забыл? Сережа, у тебя есть их фотографии? Покажи, пожалуйста. Вдруг я их видела.

Сергей достал планшет, вывел два снимка темноглазых, угрюмых мужчин. Алексей внимательно посмотрел, пожал плечами.

— Да нет же. Никогда не видел.

— Я видела! — вдруг зазвенел голос Тани. — Мы видели! Леша, мама! Вы забыли. Помните, как меня выгоняли из ресторана во Флориде? Леша тогда с ними строго поговорил. А этот дядька так страшно смотрел на него. Я запомнила. Леша шел к нам, а он все смотрел.

— О чем речь? — спросил у Алексея Сергей.

— Да, был инцидент во Флориде. Это охранники бизнесмена из Якутска. Армена Бугрова. На наш форум мы его не приглашали.

— Для охранников это не проблема — приехать с кем-то другим, — заметил Сергей. — То-то все так смахивало на кровную месть. Ждите, люди. Сейчас все пробьем.

Сергей позвонил Земцову, затем своему отряду программистов. Все напряженно ждали результатов.

— Сошлось! — наконец возвестил частный детектив. — Тебе, Таня, орден от следствия. Пока орден шоколадный. Амиев и Гоев, задержанные по обвинению в покушении на убийство Алексея, чеченцы по национальности, приехали в охране другого предпринимателя из Якутска. А в сопровождении Бугрова они действительно были в прошлом месяце во Флориде. Вместе с Бугровым во Флориду въехали две девушки. Одна из них — Мадина Амиева, сестра задержанного. Девушка из ранних — профессионально занимается эскортом. Ее брат на прикрытии ее бизнеса. Он же стрелял в Кивилиди. Сейчас оба на допросе. Теперь обвинение — вопрос одного часа. Да, дело в чистом совпадении. Бывает.

— И слава богу, — синхронно выдохнули Алена и Мария.

А Таня бросилась к Алексею. Крепко обняла за шею.

— Лешенька, возьми меня в охранники. Я научусь стрелять. Я убью всех твоих врагов.

— Не нужно, маленькая, тебе стрелять, — грустно улыбнулся Алексей. — Их больше нет, врагов. Понимаешь? Наших врагов больше нет. Они нас не достанут. Мы будем просто жить.