Уха из золотой рыбки - Дарья Донцова

– Надо оттащить их наверх, – приказала Ольга.

– Значит, подарки станем завтра дарить? – спросила Машка.

Женька свесил растрепанную голову на грудь и захрапел.

– К-к-кому подарки? – оживился Дегтярев.

– Да тебе, – вздохнула Зайка.

– Д-д-давайте.

– Лучше завтра, – покачала я головой, – выспишься иполучишь.

– Это Женька пьян, – неожиданно трезвым голосом заявилполковник, – а я в норме.

Мы отвели Дегтярева в столовую, где он незамедлительнопринялся потрошить пакеты, вскрикивая:

– Ну угодили! Костюм! Шапочка! Перчатки! Шарф! У меня такогокрасивого не было! Я подобный на Хот-доге видел!

– На ком? – изумилась я.

– На подс-с-следственном, – с трудом выговорил сложноесуществительное полковник, – Иван Рымзин, по кличке Хот-дог, я даже позавидовалему, такой костюм. А теперь и сам имею. Пойду мерить! Ой, еще и наушники!

Слегка покачиваясь, прижав к груди коробки, полковник ушел.

– Женька с виду тощий, – сказал, входя в столовую, Кеша, – анеподъемный, еле отволок его. Так я понимаю, что сейчас мы ничего праздноватьне станем?

– Во всяком случае, ужинать сядем без них, – вздохнула я.

– Давайте заочно орден обмоем, – предложила Маня.

– Заочно можно только отпеть, – буркнула Зайка, – садитесьужинать.

Мы разместились за длинным столом, положили на тарелки еду истали ужинать.

– Хлеб передайте, – попросил Кеша.

– Помидорчики хочешь? – повернулась Машка к Грише.

– Лучше горчицы на мясо, – ответил уголовник.

И тут из коридора донеслось бодрое пение.

– …на том и этом свете буду вспоминать я…

– Это что? – удивилась Машка.

– Скорее кто, – ухмыльнулся Кеша, – Дегтярев поет, совсемего развезло.

Из коридора внезапно полетел визг Ирки:

– Ой, мамочки!

Мы не успели вскочить, потому что дверь в столовую резкораспахнулась, с треском ударилась о косяк, и перед глазами возник АлександрМихайлович.

– …как упоительны в России вечера…

Если я расскажу, в каком виде предстал наш бравыйорденоносец, вы мне ни за что не поверите. На голове Александра Михайловичасидела темно-синяя шапочка «Адидас», посередине шерстяного убора, низконадвинутого на лоб, сиял новенький орден, уши закрывали радионаушники, шеюобматывал шарф. Дегтярев приплясывал в такт музыке, льющейся ему прямо в уши, ипритопывал ногами. Правая ступня была обута в уютную ковровую тапочку, на левойкрасовалась резиновая шлепка. На руках у полковника оказались шерстяные перчатки.Больше на нем не было ничего. Да, да, вы не ослышались. Шапочка с орденом,наушники, шарф, перчатки и разномастные тапки. Если не считать этих мелочей,Дегтярев был совершенно голый.

– Где моя видеокамера? – взвизгнула Маня. – Ой, такое незаснять!

Уронив по дороге стул и наступив на Хуча, девочка выскочилаиз столовой. Зайка захохотала и опрокинула тарелку с салатом. Кеша схватил сдивана плед и бросил полковнику на плечи.

– Мне жарко, – запротестовал Дегтярев.

– Пойдем в кроватку, – потянул Кеша полковника.

– Не хочу, – принялся сопротивляться Александр Михайлович, –налейте мне коньяку.

– Хватит с тебя, – рявкнул Кеша и, повернувшись к Грише,велел: – Ну-ка помоги!

Вдвоем они утащили Дегтярева.

– Помедленней идите, – донесся из коридора голос Маши, –снимаю на память.

На следующее утро я спустилась к завтраку в десять иобнаружила в столовой тех же действующих лиц, к которым присоединился ещевсклокоченный Женька, жадно пивший из бутылки минеральную воду.

– Вы прогуляли работу! – воскликнула я.

– Сегодня воскресенье, – робко ответил полковник, – кажется,вчера мы того…

– Ерунда, – отмахнулась я, – забудь, орден-то не каждый деньдают.

– Ты был такой замечательный, совсем голый, но в шапочке иперчатках, – захихикала Зайка.

Дегтярев побагровел:

– Врешь!

– Я? – возмутилась Зайка. – Я вру только на работе, когдаобщаюсь с телезрителями с экрана, дома всегда говорю одну правду.

– …и только с три короба, – фыркнул Александр Михайлович, –ни за что не поверю.

– А мы тебя на пленку засняли, сейчас кассету принесу, –влезла Маня.

– Не надо, – быстро сказал полковник, – хорошо, верю.

Но Маруська уже с топотом неслась вверх по лестнице. Явстала, пересела на кресло и незаметно выдернула из стены вилкувидеомагнитофона. С Мани станется включить кассету, сконфузит бедного Дегтяревадо потери пульса.

Но Машка вернулась, держа в руках ночник в виде сотрудникамилиции.

Я вздохнула, значит, поход в туалет был всего лишьпредлогом, хитрая девочка все-таки купила «мента».

– Это тебе, – ткнула она лампу в руки Дегтярева.

– Ну и ну, – покачал тот головой и воткнул штепсель врозетку. – Светится! Очень красиво, спасибо, Манюня, давно о таком мечтал!

– Похоже, у него голова крутится, – пришла в полный восторгЗайка.

Ольга схватила фигурку за фуражку и… Плащ милиционераприоткрылся, наружу показалось нечто крайне неприличное. Я чуть не взвизгнула,так вот на какой секрет намекала продавщица! Однако! Подобные «сувениры»следует продавать в секс-шопах, а не в обычных магазинах, где их могут купитьнаивные дети. Просто подмывает немедленно отправиться в торговый центр изакатить там скандал!

– Прикольная штучка, – протянул Кеша.

Гриша закашлялся, Женька подавился чаем, Зайка вытаращилаглаза…

– Это что? – ошарашенно спросила Маня.

– Очень веселый ночник, – радостно заявил полковник, – еслинажать на ботинок, загорается голова, а коли повернуть фуражку, постовойподнимает жезл.

Тут только я сообразила, что неприличный на первый взглядпредмет окрашен в бело-черную полоску.