Его считали подкаблучником - Владимир Колычев

– Не помню. В районе двух часов.

– Когда вы уходили, Дробов был еще жив?

– Злой был и вполне живой.

– Значит, где-то в час вы ушли, а около двух вернулись?

– Да.

– В квартиру не заходили?

– Нет. А зачем? Он собирался уходить.

– И ушел?

– Не знаю.

– Вот как? А ведь его машина стояла неподалеку от вашей.

– Не обратила внимания.

– Хорошо, допустим, следователь поверит вам.

– А почему он не поверит? У вас есть видеозапись, доказывающая, что Костина машина стояла возле моей, когда я в нее садилась?

– А у нас не может быть видеозаписи?

– Я не знаю. – Жилкина заметно смутилась. – Мне известно, что в доме не было видеокамеры.

– Вы обратили на это внимание?

– Я радовалась этому. Причины вы должны понимать.

– Вы боялись, что о вашей измене узнает муж?

– Совсем не обязательно об этом спрашивать. – Женщина поморщилась.

– А почему? Вдруг это ваш муж напал на Дробова? Он узнал об измене, ворвался в квартиру, хотел застрелить Дробова, но тот выбил пистолет. Пришлось вступить в рукопашную схватку. Ваш муж оказался сильнее, смог задушить Дробова.

– Вы меня рассмешили?! – Женщину пробило на истерический хохоток.

– А что здесь смешного?

– Да все!.. Мой муж – трус! Он не мог схватиться за пистолет.

– А вдруг?

– Хорошо, допустим, он взял пистолет. Но Костя размазал бы его по стенке вместе со стволом!

– Кто знает.

Бойков подробно отчитался о разговоре с гражданином Синицким. Архаров пополнил свое представление о Дробове и Жилкине. Один – сильный и волевой, другой – слабый и мягкотелый. Но в жизни всякое бывает.

– А что тут знать! Не смог бы Миша справиться с Костей! Скорее небо упало бы на землю!

Но Жилкина не могла допустить иного суждения о способностях своего мужа. В ее голосе слышалась уверенность. Майору почему-то хотелось верить ей.

– Миша давно знал о моих изменах, – с насмешкой сказала она.

– И не возражал?

– Сначала возражал, потом привык, даже любовницу себе завел.

– Неужели?

– Это вас удивляет? – осведомилась Жилкина.

– Не особо. И кто у него любовница?

– А вот этого я не знаю. У нас свободные отношения. У каждого своя корзина для грязного белья. В курсе только, что он с этой особой куда-то уехал. Место он мне не сообщил.

– Значит, муж у вас слабак?

– Да.

– И ваш брат этим пользуется.

– Как именно?

– Достаточно сказать, что он живет за счет вашего мужа.

– Мой брат основал фирму «Строймен». Но в общем вы правы. Паша пользуется слабостью моего мужа. У Миши даже телохранителя нет, а у брата – целых четыре.

– Ваш брат – сам по себе служба безопасности.

– В какой-то степени.

– У вашего мужа возникли проблемы с Замятовым, и брат их решил. Михаил видел, как Горохов убил Замятова. Поэтому он вынужден скрываться. А может, его уже и в живых нет.

– Мой муж сейчас отдыхает со своей любовницей.

– Я вам не верю, Алла Ивановна, – заявил Архаров. – Может, ваш муж и не убивал Дробова, но не с любовницей он сейчас.

– А с кем?

– Я найду вашего мужа. Живого или мертвого, но отыщу.

– Мертвого не надо!.. – Жилкина мотнула головой.

– Я его найду, и вы узнаете, где он и с кем. А вам настоятельно советую подготовиться к разговору со следователем. Рекомендую чистосердечно ему во всем признаться.

– Во всем, это в чем?

– Я не говорю, что вы убили Дробова. Вам не хватило бы сил для этого. Слишком тонкая у вас рука, чтобы задушить Дробова. Но кто-то же смог это сделать. Вы знаете этого человека. Кто Замятова убил, вам тоже известно.

– Ничего я не знаю, – пристально, даже с насмешкой глядя ему в глаза, сказала она. – Мне совершенно не в чем признаваться. Думаю, вам уже пора.

Архаров кивнул. Увы, у него не было фактов, чтобы загнать Жилкину в угол. И она это знала.

Тихо в парке. Ветра нет, листва не шелестит, даже птицы примолкли, как будто испугались чего-то. Затишье перед бурей?

Никита сидел на скамейке и курил. Он думал о себе, о Марине, но это не мешало ему отслеживать обстановку. Нельзя зевать. Мало ли, вдруг Горохов снова пришлет к нему своих бойцов?

К нему подходил парень, который не вызывал опасений. Лохматый, худой, мордочка острая, руки длинные, но тонкие как плети. К тому же Яркин ждал его.

– Ты, что ли, Никита? – спросил парень неожиданно глубоким басовитым голосом.

– Он самый, что ли, – передразнил его Яркин.

– А я от Нинки.

– Савик?

– Точно.

Нина уже выписалась из больницы, вернулась в свою привычную жизнь. Никита не передумал обзаводиться боевым стволом и сказал ей об этом. Больше она его не отговаривала и прислала Савика.

– Насчет ствола не передумал?

– Нет.

– Тогда тебе повезло. Есть вариант. «ТТ» пойдет?

– Спрашиваешь!.. С маслинами?

– Две обоймы.

– С собой ствол?

– Нет, завтра принесу. Если договоримся.

– Сколько?

Савик замялся.

– Что не так? – хмуро осведомился Никита.

– Ты не созрел для ствола. Рано еще тебе.

– Не понял!

– А что здесь понимать? Когда ствол нужен реально, то не спрашивают, в какие деньги он встанет.

– Пургу не гони. Я парень простой, меня словоблудием не возьмешь. Сколько?

– За двадцать штук отдам.

– Если вещь стоящая…

– Отличная.

– Принесешь – посмотрим и поговорим.

Савик попрощался и ушел.

Никита достал очередную сигарету и закурил. Может, и не нужен ему ствол? Ну их к черту, эти приключения?

Он ломал голову над насущным вопросом, когда появилась Марина. Волосы распущены, губы накрашены, халат плотно запахнут. Красивая она. И грустная.

Ему не хотелось ей грубить, но колкие слова сами по себе сорвались с языка:

– Горохов не подъедет, не жди.

– Я не жду, – тихо и с явной обидой сказала она.