Что скрывает правда - Кара Хантер

class="p1">– Серьезно, сэр. Я просто не уловил связи. К тому же я не заходил в оперативный штаб и не видел ее фотографию, поэтому я…

– Она подруга вашей жены и вы не узнали ее по фамилии?

Его скептицизм безжалостен.

Я чувствую, что краснею.

– Ну, я знал, что подругу моей жены зовут Эммой, но едва ли я когда-либо слышал ее фамилию. – Я выпрямляю спину. – Сэр, я представляю, как это выглядит, но она была подругой Алекс, а не моей. Они вместе учились в университете и встречаются несколько раз в год. А я видел ее и того реже.

Однако его это не убеждает.

– Разве не Эмма Смит в прошлом году оформляла для вас краткосрочную передачу ребенка на воспитание? Ту, что я подписывал?

Я сглатываю:

– Да, сэр, но всеми бумагами занималась Алекс – я практически в этом не участвовал. Как я уже сказал, сэр, я и Эмма Смит не были друзьями – мы были едва знакомы.

– Вы так утверждаете, – говорит он, – однако все же были у нее в квартире.

Я чувствую, как краска заливает все лицо:

– Это я могу объяснить.

– Очень на это надеюсь, черт побери, потому что в настоящий момент…

– Я действительно был там – в квартире. Но по ее просьбе. Она пришла ко мне в отдел. Хотела о чем-то поговорить.

Он опять хмурится:

– А зачем надо было идти в квартиру? Неужели нельзя было решить все в отделе?

– Именно это я ей и сказал, – поспешно отвечаю я. – И попытался убедить ее в этом, однако она хотела, чтобы все было конфиденциально.

– И когда это было?

Черт.

Черт, черт, черт.

– Вчера, сэр.

– Вчера? Вы были у нее на квартире вчера?

Я пытаюсь поймать его взгляд, но у меня это не получается.

– Да, сэр.

Он глубоко вздыхает. Потом еще раз.

– Значит, вы пошли к ней на квартиру. В котором часу?

– Около девяти. Она попросила, чтобы я зашел после работы.

Харрисон открывает рот, собираясь что-то сказать, но я опережаю его:

– Она считала, что ее кто-то преследует. Пару раз видела, как в темноте кто-то болтался напротив ее дома без явной причины. Как минимум один раз видела машину…

Харрисон смотрит на меня.

– Я провел опрос в обычной форме, сэр. Спрашивал о бывших приятелях, коллегах, интересовался, есть ли такие, у кого могла быть цель угрожать ей или напугать ее. Она никого не вспомнила. Я знал – от жены, – что недавно у нее были отношения, однако она сказала, что они закончились, и не по ее инициативе. В общем, я сказал, что всего этого недостаточно, чтобы начать официальное расследование, и что ей следует вести дневник, а если она увидит подозрительную личность, пусть попробует сфотографировать ее и позвонит в «три девятки». После этого я ушел. Очевидно, оглядываясь назад, я должен был что-то предпринять… и очень сожалею о том, что ничего не сделал. Понимаю, со стороны все это выглядит нелицеприятно, но ничто не указывало на то, что она находится в опасности… – Лихорадочно пытаясь реабилитировать себя, я быстро соображаю. – Однако, судя по тому, что рассказал об этом Клиланде детектив-констебль Куинн, он самый вероятный кандидат…

И все же мне не удается перетащить Харрисона на свою сторону. Не знаю почему. Я чувствую, как усиливается его раздражение и сколько сил он прилагает, чтобы держать его в узде.

– Итак, жертва, найденная на путях, того же возраста, что и подруга вашей жены, у нее волосы того же цвета, у нее такое же имя, однако за все время – сколько, за четыре часа? – вам в голову не пришло, что это может быть один и тот же человек?

Я сглатываю:

– Как я уже сказал, сэр…

Но он не слушает.

– Ваша команда полдня работала над тем, чтобы найти мужчину, которого Эмма Смит вчера вечером впустила в свою квартиру – вы, кстати, подходите под описание, – а у вас даже мысли не промелькнуло, что это может быть чем-то большим, чем простое совпадение?

Я из тех, кто не верит в совпадения, и ожидаю, что он сейчас напомнит мне о…

– Сколько раз я слышал от вас…

Я перебиваю его:

– Прошу прощения, сэр. Начальные опросы проводил детектив-констебль Куинн, а я бо́льшую часть дня провел с сотрудниками прокуратуры. У меня не было времени вникнуть в детали. Но сейчас я понимаю…

Однако надобность терпеть этот поток дерьма отпадает. Позади меня открывается дверь. Я не ожидал, что кто-то придет, а вот Харрисон явно ожидал. Он поднимает голову и подает знак. Я оборачиваюсь.

Детектив-инспектор Рут Галлахер. Из тяжких преступлений.

Она коротко кивает мне, ее лицо бесстрастно.

– Детектив-инспектор Фаули.

Детектив-инспектор Фаули. Не Адам, хотя мы три месяца назад вместе работали над делом о похищении Фейт Эпплфорд. Даже я тогда решил, что работа сблизила нас достаточно, чтобы мы стали друзьями.

– Рут. – Я слышу, как дрожит мой голос.

Галлахер садится на свободный стул. Харрисон жестом указывает на нее – очевидно, теперь ее выход. Мое сердце колотится о ребра, как птица – о прутья клетки.

– Я только что беседовала с родителями мисс Смит, сэр. Они ничего не знают о предполагаемом преследователе.

«Предполагаемом». Черт.

Я пытаюсь заставить ее взглянуть на меня.

– Должно быть, им как минимум за семьдесят – вероятно, она не хотела беспокоить их…

Она упорно смотрит вперед:

– Похоже, вне работы у мисс Смит было не много друзей, и я в настоящий момент составляю список.

Что значит «составляет список»? Это не ее дело…

– Первой в списке значится миссис Александра Фаули. Я намерена как можно скорее опросить ее.

Подождите-ка… она собирается говорить с моей женой?

– Возможно, Рут, детектив-инспектор Фаули мог бы помочь вам в этом, – говорит Харрисон, не отрывая от меня взгляда. – Как-никак, я уверен, что миссис Фаули уже известно о случившемся, если вспомнить, что мисс Смит обращалась к ее мужу за советом.

Так вот куда они ведут…

Я набираю в грудь побольше воздуха:

– Я не обсуждал это со своей женой.

Харрисон хмурится, хочет что-то сказать, но я не даю ему такой возможности:

– Ей осталось несколько недель до родов, и один раз ее уже госпитализировали из-за стресса. Я не хотел рисковать, опасаясь, что нечто подобное повторится, если я расскажу, что в нашем районе появился преследователь.

Она и без этого сильно напугана. Только это я не говорю.

– Эмма – мисс Смит – тоже не хотела, чтобы Алекс переживала. Поэтому она пришла ко мне в отдел, а не домой. Она так