Братство волчьей стаи - Владимир Колычев

— Они это, они… Застрелены?

— Застрелены.

— Ствол мой нашли?

— Нет.

— Ничего, через картотеку пробьете.

— Ты стрелял?

Пахомов оттянул верхний край джемпера, расстегнул пуговицы на рубашке и обнажил грудь. Кручинин перегнулся через стол, чтобы разглядеть две совсем свежие, едва зажившие раны.

— В меня стреляли, — с горечью, но спокойно сказал Пахомов. — Но я выжил. А ребята нет. Я ушел, а они остались. И ствол мой остался. Думаю, из него потом стреляли. Чтобы на меня все свалить.

— Кто в тебя стрелял?

— Не видел, не могу сказать.

— А если ты стрелял? — спросил Тернов.

— Меня все равно ищут. Если найдут, убьют.

— Кто ищет?

— Люди. В камуфляже. И с карабинами. Ты не знаешь, чьи это люди? — спросил Пахомов, с едкой насмешкой глядя на Тернова.

— Разбираться надо.

— А из гостиницы кто меня погнал, когда я товарища следователя искал? — кивнув на Кручинина, спросил Пахомов. — По всем правилам науки брали: и парадный ход перекрыли, и запасной.

— Кто перекрыл?

— Патрульно-постовая служба, Илья Семенович. И ты все прекрасно знаешь.

— А зачем ты убегал? Разобрались бы, отпустили.

— Разобрались бы. Но не отпустили. Куплена ваша полиция. С потрохами куплена. Сказать, кем? Или сам знаешь?

— Кем?

— Вы не против? — спросил Пахомов, снимая с блюда последний кусок мяса.

— Странная история, — в растерянности пожал плечами Тернов.

Он взял со стола пачку «Мальборо», вынул из нее сигарету.

— Очень странная… — кивнул Пахомов. — Товарищ следователь знает, что я его искал?

Он смотрел на Тернова, но обращался к Кручинину.

— Не знал. Мне никто не говорил.

— А что говорили?

— Что вы пропали без вести. Ваша группа пропала. Группа подполковника Знаменовой. Мы вас искали. С вертолета.

— А вертолет откуда?

— Выделили.

— Кто? Чащин?

— Да, Чащин.

— А живете вы где? Почему я не могу вас найти?

— Чащин дом нам предоставил.

— И нам дом предоставили. В тайге. Сначала машину сломали, — пристально глядя на Тернова, жестко сказал Пахомов. — А потом в ловушку загнали… Илья Семенович, я так и не понял, что вы нам в машине из строя вывели? Разобраться не успели.

— Не выводил я ничего! — с растерянным видом качнул головой начальник уголовного розыска.

— Вам, наверное, пообещали, что все концы в воду, да?

— О чем это ты, майор?

— Я в твоих руках, Семеныч. Можешь своим позвонить, пусть приезжают. Вдруг на этот раз возьмете? Сам убить сможешь?

— Кого убить?

— Меня.

— Что ты такое говоришь? — скривился Тернов.

— Можешь звонить, — поднимаясь со своего места, сказал Пахомов. — Только за ствол хвататься не советую. Я подкован. И стрелять умею. Давай не будем пытать судьбу.

Пахомов отвел в сторону полу куртки, обращая внимание на пистолет, который торчал у него из-за пояса.

Он взял Кручинина под локоток, потянул на себя.

— Товарищ подполковник, на пару слов!

Игнат Игоревич растерянно глянул на Тернова, тот кивнул так, как будто у него спрашивали разрешения.

Наблюдая за Терновым, Пахомов отошел метров на десять от него, остановился за оградой кафе. Все это время он держал Кручинина за руку.

— Сейчас Тернов позвонит Чащину, и на меня спустят всех собак. Какое-то время им будет не до меня… Телефон есть?

— Да. Но связи нет.

— Почему?

— С утра нет. Нулевой уровень сигнала.

— Глушат?

— Зачем?

— Эх, подполковник, ты так и не понял, насколько все серьезно!..

Пахомов продолжал смотреть на Тернова, но это не помешало ему вложить Кручинину в руку клочок бумаги.

— Здесь координаты завода, на котором выплавляют незаконно добытое золото. Позвони в Москву, сообщи координаты, пусть высылают людей… Если ты не позвонишь, я позвоню сам. Найду способ.

— Я позвоню. И про завод скажу, — кивнул Кручинин. — И про то, что здесь творится.

— Черновицына и Духова убили люди Чащина. Клички — Джим, Демид, Карпуха. И в меня они стреляли…

— Разберемся.

— И Знаменову найти нужно. Чащин ее где-то держит… Давай, подполковник, действуй. От этого зависит и твоя жизнь. А Чащину не доверяй. И Тернову тоже.

Пахомов отпустил руку и, не спуская с Тернова глаз, скрылся за будкой билетной кассы. Только тогда начальник уголовного розыска сорвался с места и, на ходу вынимая пистолет, бросился за ним. Он забежал за будку, но, видимо, Пахомова и след простыл.

Кручинин медленно приходил в себя. Пахомов свалился как снег на голову — оглушил, охладил, засыпал за шиворот. Сначала трупы его людей нашли, потом появился он сам. Какой-то завод, какой-то Джим…

Пока Кручинин размышлял, к нему подошел Тернов.

— Звонить собрались, Игнат Игоревич? — с хищной усмешкой спросил он.

— Я обязан перед вами отчитываться? — с подозрением глянул на него следователь.

— В обычной обстановке нет, но когда положение обязывает — да.

— Я вас не понимаю.

— А я вам сейчас все объясню!

Тернов взял его под руку и повел за собой. Кручинин резко остановился, возмущенно глянул на него. Он что, кукла ходячая, чтобы его таскали туда-сюда? То один тащит, то другой.

— Игнат Игоревич, все очень серьезно! — сверкнул глазами Тернов.

И снова дернул его за руку. Кручинин пожал плечами, вырвал руку, но пошел следом.

Они вышли из парка, Тернов открыл дверь «Мураны». Машина у него не из дешевых, одно только это могло навеять подозрения. Он движением руки велел Кручинину обождать, сел в машину, взял трубку радиотелефона. А Игнат Игоревич глянул на дисплей своего телефона. Сигнал по-прежнему отсутствовал. Зато Тернов кому-то позвонил, поговорил, обещающе качая головой. А Кручинин тем временем посмотрел и запомнил координаты завода, которые дал ему Пахомов.

Тернов покинул свой внедорожник, распахнул перед Кручининым правую переднюю дверь.

— Извините, что нагрубил вам, Игнат Игоревич.

Кручинин выразительно промолчал. Тернов действительно нагрубил ему, но прощать он его пока не собирался. Пусть он сначала объяснится.