Братство волчьей стаи - Владимир Колычев

— Нельзя, — кивнул Пахомов.

Уж он-то знал, кто такой Чащин и сколько в нем смертельного яда. Нельзя Кате переходить ему дорогу.

— А вы бы не могли за нее похлопотать? — спросила Марина Петровна. — Ну, чтобы она там, в Москве, осталась.

Пахомов покосился на нее с подозрением. Если девушка заканчивает юридический вуз и хочет служить в Москве, никто не станет мешать ей в этом. Во всяком случае, по распределению ее в другой город не погонят. Но может, у Сайко реально столь устаревшее мнение о действительности. Если так, то на этом неплохо было бы сыграть.

— Да, есть у меня один человек, который может помочь, — сказал он.

— И вы можете замолвить за нее слово? — вибрируя от нарождающегося восторга, спросила женщина.

— Да, конечно. Я могу позвонить этому человеку прямо сейчас?

— В Москву?

— Да, если позволите.

Марина Петровна сорвалась с места, принесла телефонную трубку, подала ему. Олег приложил ее к уху. Гудки есть, возможно, междугородняя связь действует. Только стрелки часов показывали начало четвертого ночи. Рано еще звонить половнику Терехову, спит он. Да и ему самому не хотелось уходить в ночь. Марина Петровна не гнала его из дома, накормила, напоила, а ему придется убраться, как только пройдет звонок. Мало ли, вдруг у Чащина под контролем весь город.

— Алексей Терентьевич еще спит.

— У нас разница с Москвой — три часа.

— Все равно рано.

— Так а зачем нам торопиться? — проницательно глянув на него, кивнула женщина. — Может, вы спать хотите?

— Если вы мне не доверяете, не хочу, — улыбнулся он.

— Ну почему же не доверяю?.. Вы же из уголовного розыска. И про мужа моего знаете… А если бы ограбить хотели, уже бы и ограбили. Да у меня и брать-то нечего!

— Так я и не собираюсь.

— Так я и не говорю, что собираетесь.

— Говорите. И я вас понимаю… Ладно. — Он взял трубку, набрал номер.

Чтобы там ни говорила Сайко, а подозрения на его счет остались. Пахомова это ничуть не удивляло, но и расслабляться он не имел права. Вдруг он заснет так, что не услышит, как Марина Петровна вызывает полицию. А привязать ее к ноге — это слишком. Вздремнул на балконе, и хватит. Пора и честь знать.

Полковник Терехов ответил сразу. Пахомов представился.

— Олег! Ты?! Ну, наконец-то! — обрадовался начальник.

— Алексей Терентьевич, я всех своих людей потерял.

— Да слышал! Кручинин отзвонился!

— И про завод сказал?

— И про завод сказал.

— И что вы собираетесь делать?

— Закрывать завод будем. Кручинин у нас там, на месте, спецназ уже в пути, завтра будет. Группа поступает в распоряжение Кручинина, координаты завода у него есть. Думаю, вы справитесь.

— Справимся, — кивнул Пахомов.

— Ты сейчас где? — спросил Терехов.

— Да есть тут одно место.

— Далеко от Волкобойска?

— Не очень.

— Ты мне адрес скажи, я Кручинину позвоню, он подъедет, тебя заберет.

— Куда?

— А где он сейчас находится, туда и заберет.

— А где он находится?

— У него и узнаешь, — в голосе Терехова скрипнула раздраженная нотка.

— Я понял, товарищ полковник.

— За ребят отомстить надо, — понизив голос, подсказал начальник.

— Отомстим.

— Ну, все, я Кручинину звоню. А ты мне потом позвонишь, когда с ним будешь.

— Позвоню.

Пахомов назвал адрес и отключил телефон. После чего с чувством вины посмотрел на Марину Петровну. Женщине и без того досталось — дочь обидели, мужа убили, теперь вот новая напасть. Как бы самой не досталось.

— У вас здесь есть родня? — спросил он.

— А как же! Мама, брат.

— Вы бы ехали к маме.

— А что случилось?

— Ищут меня, понимаете. Нехорошие люди ищут. Вдруг найдут. Я себе не прощу, если вдруг под горячую руку попадете.

— И когда ехать? — разволновалась женщина.

— Прямо сейчас. Собирайтесь.

У Олега еще было время, и, пока Сайко собиралась, он успел сделать себе чай и бутерброд. А водку пить не стал. И без того с пятидесяти грамм захмелел. И зачем он только назвал этот адрес? Если чутье его не подводит, то этот адрес очень скоро станет известен Чащину. А он не дурак, он поймет, почему Пахомов оказался на квартире у Сайко. Тогда он перекроет доступ к фигурантам по другим уголовным делам, которые могут вывести следствие на него.

Но, возможно, чутье выдало ложную тревогу. Не мог полковник Терехов продаться волкобойской мафии. Во-первых, не тот он человек, а во-вторых, не успел бы… Впрочем, Кручинин мог просто ввести его в заблуждение.

Марина Петровна собрала вещи, раздраженно глянув на Пахомова, попросила его из квартиры. Выходя из подъезда, она сняла с сигнализации свою «Калину». Открыла багажник, положила сумку. Только тогда спросила, удостоив Олега косым взглядом:

— А вы куда?

— Да прогуляюсь.

— Подвезти?

— Ну, если вы настаиваете.

Олег понимал, что нельзя впутывать женщину в гиблое дело, но в то же время он не должен был выпускать ее из виду. Может, она прямым ходом отправится в полицию.

— Да нет, не настаиваю… — пожала она плечами.

— Может, вы не хотите со мной расставаться? — улыбнулся он, усаживаясь в машину.

— С вами интересно, — как-то не очень уверенно сказала женщина.

— И страшно.

— И страшно, — с непонятной какой-то радостью согласилась она.

— Страшно интересно.

— Да, страшно интересно! — как-то нервно развеселилась она.

— Может, не будем расставаться? Поговорим. Я знаю одно хорошее место.

— Где?

— Сейчас направо.

Они объехали двор дома по кругу и остановились возле соседней пятиэтажки. С этого места хорошо просматривался подъезд, из которого они только что вышли.

— Здесь и поговорим, — сказал Пахомов. — А заодно за вашим домой присмотрим.

— Может, вы скажете, что происходит?

— Вы говорили, что Чащин к вашему мужу в больницу приходил, извинялся.

— Да, приходил, извинялся. — Марина Петровна беспокойно поглаживала рычаг переключения передач, как будто собиралась воткнуть его в положение первой скорости.

На всякий случай Пахомов заглушил двигатель, но ключи оставил в замке зажигания.